Мой Советский Союз Магических Республик (СИ) - Вишневский Сергей Викторович - Страница 33

Кирилл глянул на друга. Тот задумчиво глянул на Александра Александровича, вздохнул и спросил:

— А если мы, как жили, не хотим?

ГБшник хмыкнул, еще раз затянулся и взглянул на парней уже по-другому. Тяжело, оценивающе, с легким блеском, вроде как добычу рассматривает.

— К Сидоровичу сходите — там посмотрим, — подошел он к раковине, включил воду и затушил сигарету. — Может кишка у вас тонка для такой работы.

Семен хотел было сказать, что-то, но его одернул за плечо Кирилл. Сан Саныч же выкинул недокуренную сигарету в ведро, сполоснул руки и произнес:

— Сможете повторить то, что покажет Сидорович по памяти — покажите ему. Я дам дальнейшие инструкции, — мужчина стряхнул капли с кистей, глянул в зеркало на парней и произнес: — Если узнаю, что хоть кому-нибудь проболтались…

— Сядем? — спросил Семен.

— В лучшем случае… — хмыкнул ГБшник.

— Спасибо, ребят, — с улыбкой произнесла Катя, глянув на парочку студентов, что провожали ее до дома. — Вот прям… огромное спасибо. Мне очень понравилось. Ну, и пусть на лавочке, у сцены, все равно это было… удивительно и потрясающе.

— Да, черт был хорош, — довольно улыбнулся Кирилл. — Я, признаться, и не думал, что театр будет таким… интересным.

— Спасибо вам еще раз, — кивнула Катя и направилась к подъезду пятиэтажки.

Ребята проводили ее взглядом и переглянулись. Не сказав ни слова, оба сунули руки в карманы и направились в сторону общежития.

— Что думаешь на счет этого ГБшника? — спросил Осетренко, покосившись на друга. — И что это было? В каком смысле «Как жили не хотим»?

— Киря, ты вот закончишь, и куда потом? — глянул на друга Семен.

— Ну, я… артефакты делать хотел. По ГОСТу.

— Ты для этого хочешь на магокалькутрон накопить?

Кирилл шмыгнул носом, поправил шапку и молча кивнул.

— Такими темпами, как сейчас, ты еще несколько лет после университета копить будешь, — вздохнул Кот. — Вон, и ботинки у тебя новые, да и часы ты себе прикупил.

— Ну и что, — буркнул Осетренко. — Главное ведь цель, нет?

— С целью оно понятное дело интереснее, да и короче выходит, только вот… Ты ведь не собираешься в больнице работать? — глянул на него Кот. — Чтобы как идиот в поликлинике сидеть или в приемном отделении, так?

— Чего сразу поликлиника, — глянул на него Осетренко. — Я что-то как-то бумажки не очень люблю.

— А то, что целитель Полимага, считай, ходячий диагност.

— Кто?

— Диагност. Терапевт по сути. Ты смотришь и говоришь, к какому врачу, — пожал плечами Семен.

— А… А хирургия у нас тогда зачем? А это… акушерство?

— На случай непредвиденных обстоятельств. Все терапевты по сути знают, как принимать роды, но в основном в теории. Так и мы так же.

— Погоди, я же точно знаю, что в столице…

— Столица — это другое, — грустно усмехнулся Семен. — В столице и клиника, и магохирургия, и рунная терапия и чего только нет. А мы с тобой где?

— На Урале, — погрустнел Кирилл.

— Ну, вот и получается, что рассчитывать мы с тобой можем только на себя и то, что тут есть.

— А ГБшник тут причем? — глянул на него друг. — Ты в «контору» решил податься?

— Я? С ума сошел? Да и кто нас туда возьмет? — хмыкнул парень, глядя на аккуратную дорожку, что вела рядом с дорогой. — Я не комсомолец, не подготовлен, не служил… Кому я там нужен?

— А зачем тогда? — кивнул за спину Кирилл.

— Связи, Киря. Связи! Ты так и не понял? — глянул на него друг. — Знакомый директор скотобойни — это хорошо. Знакомые в управлении железнодорожников или на стройке знакомый бригадир — тоже. А вот если у тебя знакомый ГБшник — это вообще уже другое.

— Ну, как бы… — нахмурился Осетренко. — А если там что-то опасное или…

— Поэтому и знакомство с такими людьми стоит дорого, — хмыкнул Семен. — А вообще идея на счет своего кооператива хорошая.

Кирилл глянул на Кота и хмыкнул.

— Деньги другие, — спокойно произнес он.

— Да, деньги другие, но самое главное — простор. Простор для идей и возможностей… Хотя есть и свои нюансы, — глянул на друга Семен. — Ты вообще в курсе, что любой артефактный кооператив должен иметь на довольствии специально подготовленного человека?

— В смысле?

— Я про милицейского, который будет следить, чтобы мы всякие поделки налево не продавали. Помнишь, что ГБшник про «синьку» говорил?

— Ну, тоже верно, — кивнул Осетренко. — Но я так далеко еще не заглядывал… Погоди, а ты…

— Были мысли, но это все так, — махнул рукой Кот. — Кооператив, знаешь, почему называют кооперативом?

— Почему?

— Потому что это кооперативные усилия нескольких человек. Одному или двум там вряд ли, что можно сделать.

— Думаешь, мы артефакты вдвоем сделать не сможем? — глянул на друга Кирилл.

— Чтобы выпускать артефакты массово, и одного из нас достаточно. Только вот бухгалтер нужен? Нужен. Представитель, кто с магазинами договариваться будет нужен? Нужен. Водитель, кто развозить это все будет? Милиционер опять же. А еще надо с МинТоргом постоянно связь держать и следить за тем, что делают другие кооперативы артефактные. Хорошо бы человек семь найти, а это, считай, без каких-либо гарантий, что денег заработаешь. Вот и получается — будешь на кон ставить все, что есть?

Кирилл хмуро глянул на друга, затем поднял воротник куртки и буркнул:

— Поглядим.

— Как-то не особо тут много народу, — задумчиво произнес Кирилл.

— Тут вечером, после пяти, в основном народ. Студенты за радиодеталями бегают редко, — пожал плечами Семен, вышагивающий по полупустым рядам. — Знать бы ещё, где этот «Паяльник и Ко».

— Если название есть, то вряд ли просто лоток. Скорее уж магазинчик кооперативный, — пожал плечами Кирилл. — Кстати, ты не в курсе, с кооперативными радиодеталями так же, как с макаронами?

— Ну, а как по-другому? — хмыкнул Кот. — У нас везде так, если не государственное.

— С макаронами понятно — там мука, наверное, паршивая идет. А радиодетали почему у кооперативов паршивые?

— А откуда они вообще эти детали берут, — глянул на друга Семен. — Не думал?

— Ну, так сами же делают. Перепродавать запрещено.

— Так, а на каком оборудовании они это делают? Откуда у них оснастка вся и станки?

— Ну, так… Сами делают?

— Э-э-э, не-е-е-е… — протянул Кот. — Такое оборудование, Киря, на коленке в гараже не состряпаешь. Такое оборудование только у государства выкупить можно. А значит что? Если оно его продает, то оно списанное, устаревшее или износилось в груду металла. Вот его до ума доводят и на нём работают.

— Это что получается…

— Да, Киря. Специально для кооперативов никто не будет делать станки. Да и если кооператив станок для себя будет делать — сколько он сил и средств для этого потратит?

Кирилл шмыгнул носом и спросил:

— А кооперативов, которые станки всякие делают или машины, нет?

— Есть, почему нет… Только вот их станки не сильно-то лучше, чем отреставрированное государственное. А тех, кто хорошее делает, государство себе под крыло берет. Заказы, ценник хороший. Государственный подряд это называется.

— Как-то это… — Осетренко кашлянул и тихо добавил: — Нечестно получается.

— Может и не честно, но правило прямое, как палка: лучшее государству. Остальное по остаточному принципу тем, у кого есть деньги. Макароны те же государственные и в пайках, и у военных, и в столовых государственных. У нас даже в универе и те фабричные варят. Да и на прилавке есть, но только из-за перепроизводства. Немного. Кооперативных в продаже — завались. Хочешь макарон себе лично — ищи на прилавках избыток. Не хочешь искать — вот тебе кооперативные. В любых количествах. Да, переварить в клейстер — раз плюнуть, но есть же. И так везде. От ручного фонарика, до мотоблока.

— Душат кооперативы получается, — хмыкнул друг.

— Можно сказать душат, а можно сказать действуют в интересах государства, а не частного капитала. Частный ведь капитал, он только о себе заботится, — пожал плечами Кот и указал в сторону. — О! Вот и «Паяльник»!