Мой Советский Союз Магических Республик (СИ) - Вишневский Сергей Викторович - Страница 18

— Один какой-то палкой размахивал, — вставил Кирилл.

— Папкой, — поправил его милиционер. — Это были инженеры из ГорСвета. Падает освещение на западе города. Проверяли напряжение по подстанциям.

— А чего они драпанули сразу… — растерялся Кирилл.

— Ну, может потому что их матом обложили, — пожал плечами милиционер. — Или потому что хлопки начались? Словно стрелял кто-то. Еще и мигалка. Они так-то хотели вас попросить к фонарю уличному подъехать, чтобы забраться на вас и напряжение замерить в лампочках.

— А… — осторожно произнес Палыч и покосился на ребят.

— Из чего стреляли? — продолжил тем временем мужчина и поставил банку из-под супа с обгоревшей картонкой. — И кто художник этого… агрегата.

— Мы не стреляли, — вжал голову в плечи Семен. — Это болты из бардачка были.

— Какие болты? — смутился милиционер.

— На семнадцать, — подал голос Кирилл. — Там хлопушки были на три руны…

— А это что? — кивнул он на банку.

— Так индикаторы… С одной стороны синий был, с другой красный, — пояснил Семен и с воодушевлением добавил: — Мы контуры разнесли немного, и у нас на одной картонке два индикатора работало. Светило точь-в-точь как мигалка и…

Лейтенант тяжело вздохнул и злобно зыркнул на парня, который тут же заткнулся.

— Пять утра, а я с вами вожусь. Ладно, я все понимаю. Ну напугались, энергетиков с кем-то перепутали. Пошумели, — тут он глянул в папку, а затем на пойманных «хулиганов». — Вы на кой-черт за ними потом погнались?

Все трое тут же опустили взгляды в пол.

— Хрен с ними, у них в заднице детство. Петренко, ты как их слушать стал? Как у тебя мозгов хватило через весь город с этой… — тут милиционер схватил банку, сплюнул и поставил на стол. — Как, Сергей? Тоже детство в заднице?

— Ну, мы уже все развезли, возвращались… — неохотно произнес Палыч.

— Это наша идея была, — вставил Семен. — Терять нечего, товар отвезли, вот и решили шугануть.

— Шуганули, — буркнул лейтенант. — У нас старший энергетик смены теперь заикается.

Тут на столе зазвонил телефон. Милиционер недовольно снял трубку.

— Слушаю… Да, — буркнул он и с минуту внимательно слушал. После чего коротко ответил: — Есть! — и положил трубку.

— Еще раз… — произнес он и оглядел ребят. — Еще раз я услышу ваши имена в этом году — сядете за хулиганку на пятнадцать суток. Понятно?

Все трое синхронно кивнули головами.

— И чтобы в ноги все Дубовой поклонились. Поняли?

— Поняли, — кивнули те.

— А теперь, чтобы ни вас, ни машины тут через пять минут не было! — рыкнул полицейский и указал на дверь. — Свалились на мою голову…

Как только троица покинула кабинет, Палыч недовольно рыкнул:

— Ну, студенты!

— Да, ладно тебе, Палыч, — отозвался Семен. — Не шарахнуло ведь!

— Есть сегодня что? — спросил Кирилл, как только уселся рядом с Семеном.

Ребята устроились в небольшом кафе с мороженным, за столиком у окна. Кирилл взял два сливочных шарика, а Семен разглядывал шоколадный и фисташковый у себя в стаканчике.

— Не-а… — мотнул головой тот. — Тишина. Оно тоже, кстати, иногда полезно. Домом можно заняться или по учебе чего поглядеть.

— Странно слышать от тебя такое, — хмыкнул Осетренко и зачерпнул ложечкой мороженое. — А еще страннее, что Ленка молчит.

— Ты все еще волнуешься за ту ночь?

— Ну, как бы… был уверен, что до комсомола дойдет за то задержание.

— Ну, я бы не назвал это странным. Посуди сам, — Кот зачерпнул мороженого. — Водитель РайТорга с двумя студентами забрались в машину, сделали муляж сигнализации, рупор из картонки, хлопушки из болтов и гоняли энергетиков по ночному городу. Обматерили, напугали и…?

— Ну, хулиганку бы точно впаять могли. А тут… — пожал плечами Кирилл.

— Чисто технически это больше напоминает бред, — хмыкнул Семен и указал ложечкой на зал. — Ты кому угодно расскажи — брехуном обзовут в лучшем случае.

Осетренко глянул в пустой зал, затем на улицу, где лег первый снег, и вздохнул.

— Ну, допустим, ты прав. Только…

— И да, кто-то замял. Может быть, кстати, и Клавдия Семеновна постаралась.

— Вот это более… правдоподобно, — кивнул Кирилл и тут же заметил, как за окном на них кто-то уставился. — О… вспомни, как говорится.

Кот проследил за взглядом друга и сморщился.

— Блин, даже мороженное поесть не даст, — проворчал он недовольно.

Из-за стекла на две довольные морды смотрела староста курса. Леночка в тонком пальтишке насупилась, поправила шарф и быстро вошла в кафе.

— Вот вы где, обормоты! Я вас ищу по всему корпусу, а они, стоило паре закончиться, уже мороженное трескают! И не холодно вам?

— Нам — нет, — отозвался Кирилл.

— Нам — сладко, — кивнул Семен. — А чего надо?

— Тут нашему комсомолу задание сунули, — кивнула на здание университета девушка. — Надо помочь на скотобойне в Голованово.

— Где? — глянул на друга Кирилл.

— Скотобойня? — удивленно уставился на него в ответ Семен.

— Никого там убивать не надо будет. Там вроде как с уборкой или еще чем, — пожала плечами девушка и с прищуром оглядела ребят. — Вы уговор помните?

— Помнить-то помним, только ты говорила про профиль и…

— Что есть, то есть, — отозвалась староста. — Помощи у нашего комсомола вообще не часто просят. А тут…

— Почему нечасто? — нахмурился Осетренко.

— Потому, Киря, что сами комсомольцы редко что делают на совесть, — хмыкнул Семен.

— Ну, я бы так…

— Выражение выбирай, Кот, — хмуро глянула на него девушка. — Просто многим комсомольцам, в силу возраста и опыта, не хватает навыков.

— А я что сказал? — удивленно глянул на нее Кот.

— В любом случае, завтра надо явиться к обеду на скотобойню в Голованово. Уговор дороже денег! — внимательно посмотрела на ребят Лена.

Друзья переглянулись, тяжело вздохнул и синхронно кивнули.

— Спасибо… Вы меня очень выручили, — тихо произнесла Лена. — У нас там половина на собрании побелела, когда про скотобойню разговор зашел.

— Как в анатомичке? — хмыкнул Семен.

— Примерно, — вздохнула Лена.

— Значит, план такой! — потирая руки, произнес Семен, вышагивая по утоптанной тропинке. — Сейчас приходим, узнаем фронт работ, быстро все завершаем и дуем к Геннадичу. Разбитый «Киров» у него. Там а-а-а-асторожно разбираем, смотрим, сравниваем схемы. А уже завтра, в воскресенье, пытаемся придумать, что сможем сделать с битой УШМ.

— Звучит неплохо, только вот как это будет на практике. Ты еще не забывай, что нам обратно час на автобусе пилить до города, — буркнул Кирилл и остановился. — Слушай, тут так и должно быть?

Семен выглянул из-за спины друга и пожал плечами.

— Ну, я примерно так себе и представлял.

Серое бетонное здание, пара таких же серых и длинных то ли бараков, то ли каких-то складов. Ну и большое приземистое здание с торчащими трубами вентиляции.

— Мрачновато, — вздохнул Осетренко и направился к проходной.

— Есть такое… Хотя зачем его делать красочным? Ну, представляешь себе розовую или голубую скотобойню? — хохотнул Кот.

— М-м-м-мда, — протянул Кирилл и сменил тему: — Слушай, ты к практике готовиться пробовал?

— Неполная трансмутация сложных веществ? Да, а что? У тебя не получилось?

— Да, просто долго голову ломал, что взять, — вздохнул Осетренко. — И так крутил, и эдак… Ты что пробовал?

— Так элементарно! Два пельменя берешь и делаешь. Тесто и мясо. Идеально!

— Ну, я попроще в итоге взял, — задумчиво произнес Кирилл. — Карандаш. Грифель и оболочка.

— Ну, нет. Это несерьезно. Надо, чтобы одно было растительное, а второе животное. Тогда — да. В идеале хорошо бы придумать, чтобы одно было не живое, а второе живое. Вот тогда вообще класс будет.

— Есть идеи?

— Если честно — нет. Пельмень тоже от безысходности взял. Додумался бы до карандаша — тоже бы его выбрал. А так, пока пельмени варил, развлекался.