Жезл жизни (СИ) - Ланцов Михаил Алексеевич - Страница 49

Одежда падала на пол, и вскоре они оказались на кровати — сплетенные в жадном, яростном танце. На этот раз Сторми не позволяла ему доминировать, не позволяла замедлиться. Она сама задавала ритм, сама выбирала позы, сама решала, когда и как они оба достигнут предела.

Когда все закончилось, Сторми лежала на нем, тяжело дыша, ее тело покрывала испарина, а пальцы все еще впивались в его плечи, будто боясь, что он исчезнет.

— Давай бросим всё и сбежим! — наконец сказал он, проводя рукой по ее спине. — На хрен эти крысиные бега!

Она медленно подняла голову, и в ее глазах не было ни насмешки, ни злости — только усталость.

— Ты знаешь, что я не могу.

— Можешь. Просто не хочешь.

Она покачала головой, отстраняясь.

— Я слишком далеко зашла, Яр. Обратной дороги нет.

Он хотел возразить, но она уже встала и начала одеваться, ее движения снова стали точными, холодными.

— Пойдем. Я покажу тебе кое-что.

Они вышли из дворца, и зашли в бывшие казармы королевской гвардии. Там, на плацу стояли ряды «небесных воинов» — уже не просто копейщики, а настоящая армия.

— Арбалетчики, — сказала Сторми, указывая на первый отряд.

Мужчины в кольчугах, с тяжелыми стальными арбалетами в руках. Их лица были бесстрастны, но в глазах — пустота. Они стояли, как статуи, не шевелясь, не переговариваясь.

— Лучники.

Следующий отряд — легкие лучники, в стеганых доспехах, с составными луками. Их пальцы лежали на тетивах, будто они ждали команды, чтобы выпустить стрелы прямо здесь и сейчас.

— Мечники.

Тяжелая пехота. Кирасы, шлемы, большие щиты, короткие мечи с широкими клинками. Они выглядели так, будто могли пройти сквозь любую оборону, сломать любой строй.

— Все они — из Рипуса, — сказала Сторми с гордостью. — Раньше они были придворными, чиновниками, солдатами короля. Теперь они — совершенные воины.

Ярослав смотрел на них и чувствовал, как холод ползет по спине.

— Ты превратила их в машины.

— Я дала им цель, — поправила она. — Они больше не будут бояться. Не будут бежать. Они умрут, если я прикажу. И убьют, если скажу.

Она повернулась к нему, и в ее глазах снова появился тот самый огонь — холодный, расчетливый, немигающий.

— Это и есть будущее, Яр. И ты не сможешь его остановить!

Вернувшись в ПВД, Краснов долго стоял у окна, глядя на тихий город и делал сложный выбор: пойти вместе со Сторми до конца или помешать ее планам? Наконец, приняв решение, он начал действовать.

Проникнуть ночью в королевский дворец не составило большого труда — «живые» обитатели крепко спали под охраной одержимых. Часовые стояли, уставившись в пустоту, — «небесные воины» не нуждались в отдыхе. Ярослав пробрался через служебный вход, миновал кухню и, наконец, оказался на узкой лестнице, ведущей на балкон танцевального зала, где во время танцев играли музыканты.

Большое прямоугольное помещение внизу было освещено голубоватым светом магических шаров. Огромная перевернутая «люстра» — металлический купол с хрустальными подвесками стоял на узорном паркете, бросая разноцветные блики на стены. Вокруг установки суетились люди в серых туниках, поправляя кристаллы и соединительные узлы. Ярослав похолодел — это действительно были жрецы Карса, какими он их запомнил — худыми, жилистыми, загорелыми до черноты, с бритыми головами.

Двое прислужников прикатили высокий стол на колесиках. На нем лежал привязанный обнаженный мужчина средних лет. Его лицо было бледным от страха, он яростно дергался, пытаясь вырваться, но ремни держали надежно.

Стол с очередной жертвой закатили под купол. Хрустальные подвески вспыхнули ярко-белым светом. Перенос произошел.

К установке подошел человек в белой накидке. Он сам раскрыл половинки установки, сам выкатил стол. Его голова на мгновение слегка откинулась, стало видно лицо под надвинутым капюшоном.

Ярослав машинально выхватил «Дезерт Игл» — там внизу стоял старший жрец Корв. Живой и невредимый.

Выстрелить Краснов не успел — холодное лезвие прижалось к его горлу.

— Я знала, что ты придешь, — прошептала Сторми. Ее дыхание пахло вином и чем-то горьким. — Но ты не понимаешь, что это единственный способ спасти этот мир.

Внизу жрец в белой накидке развязал голого мужчину. Тот спокойно сел и уставился перед собой. Его глаза были пусты.

— Как тебя зовут? — спросил жрец.

— Солдат, — ответил мужчина.

— Кто твой командир?

— Тот, кто отдает приказы.

Сторми улыбнулась.

— Видишь? Он больше не будет голодать. Не будет бояться. Он — совершенство!

Ярослав повернул голову. Их губы почти соприкоснулись.

— Это же жрецы Карса там внизу? Во главе с Корвом? Ты же говорила, что прикончила всех!

— Это всего лишь их оболочки! — дернула подбородком Сторми. Лезвие ножа прорезало кожу на горле Ярослава. — Откуда, ты думаешь, мне было брать тела для призванных посреди пустыни? Пришлось использовать жрецов. Для них это хуже смерти, поверь!

— А ты доверила им управление установкой? Не боишься?

— Они такие же одержимые, как все прочие! — твердо сказала Сторми. — Чего мне бояться?

— Бунта! — попытался пожать плечами Ярослав, но не смог — лезвие ножа жестко фиксировало его движения. — Я видел, что твои призванные со временем потухают, превращаются в марионеток, которых надо постоянно дергать за ниточки, иначе они перестают двигаться. А вдруг в этот момент управление над ними перехватит другой кукловод?

Сторми убрала нож и отошла к перилам балкона, задумчиво глядя вниз.

— Я слышала об этом эффекте, но считала всё выдумкой офицеров! Ты уверен в этом?

— Лично столкнулся с «потухшими», когда перед походом на Дарн принял под свое командование сотню Оршака.

— Это потому ты бросил солдат в лобовую атаку, не думая о потерях? — прищурила глаза Сторми. — Решил утилизировать с максимальной пользой?

— Проводил их в последний путь как героев! — сказал Ярослав, убирая под куртку пистолет.

— Значит, ты думаешь, что управление над такими… «потухшими» может перехватить кто-то другой? — задумчиво сказала Сторми. — Или внедренная душа из другого мира развеется? В архивах Храма Карса об этом не было ни слова! В древности одержимые не жили настолько долго, чтобы начали появляться такие эффекты!

— А если… А если к ним постепенно возвращается изначальное сознание? — сказал Ярослав и сам оторопел от такого предположения. — И они начинают действовать не по чьей-то указке, а самостоятельно! Вот, к примеру… Ты посылала кого-нибудь из своих… бывших жрецов на встречу с Турвилем?

— Нет! — ни секунды не задумываясь, ответила Сторми. — А что?

— А то, что мои разведчики видели, как мужчина, похожий по описанию на жреца Карса, тайно встречался с Роном в Рипусе. И получил от него ларец с каким-то кристаллом!

— Не может быть! — воскликнула Сторми, и, перегнувшись через перила, начала пристально рассматривать суетящихся возле установки прислужников. — Особенный кристалл… Он нужен для возвращения Карса! Самое интересное, что я узнала из древних, вроде бы утерянных свитков — Карс вовсе не бог!

— В смысле? Понятно, что он не бог — богов не бывает! — сказал Ярослав. — Это всё, как говорят мои земляки, опиум для народа!

— В нашем случае всё гораздо банальней! — Сторм усмехнулась, не прерывая наблюдения за подготовкой к новому запуску «Жезла жизни». — Карс был человеком. Изначально самым обычным. Но позже стал могущественным магом. Единственное, чего он не смог добиться в жизни — отмены смерти. Он долгое время искал способ переродиться и нашел его! Способ, на мой взгляд, донельзя странный — жертва десятков тысяч человек. Мог бы просто попытаться пересадить свое сознание в другое тело, раз уже начал применять такую технологию, доработал бы установку «Жезла жизни». Чтобы она не из параллельных миров души тащила, а из тела в тело пересаживала. Но, похоже, Карс в старости малость из ума выжил, поэтому нагородил такой ерунды. В итоге сам себя обманул — для его призыва не только жертвоприношение нужно, но и особый кристалл. Который, насколько я поняла, пропал где-то во время странствования уцелевших после поражения тысячелетней давности.