Ведьмы.Ру 2 (СИ) - Демина Карина - Страница 72

Это вряд ли.

И вот что делать? В лабораторию заглянуть стоит. Хотя бы затем, чтобы зафиксировать и наличие этой лаборатории, как что-то подсказывало, напрочь незаконной, и тех, кто в ней трудится. А уж если повезет, и то, над чем трудятся. С другой… до сего дня лаборатории Наум Егорович обходил стороной. Уж больно много в них было всякого, хрупкого и непонятного.

— Не хочу, — сказал он, скрестивши руки на груди.

— Отчего же?

— Вы вскроете мой череп и достанете мозг.

— Господи! Как вам такое в голову пришло.

— Голос, — наябедничал Наум Егорович. — Прям таки и заявил вчера.

— Чтоб вас… а я предупреждал, что работать надо аккуратней, — это было сказано в сторону. И кажется, голосу ныне не поздоровится. Доктор же, выдохнув, улыбнулся доброжелательно и мило, как человек, который определённо замыслил пакость. — Николай Леопольдович, клянусь, никто не собирается причинять вам вреда! Всего-навсего небольшое знакомство, которое будет очень полезно в преодолении кризиса…

Наум Егорович молча сверлил этого, в халате, взглядом.

Доктор вздохнул:

— Понимаете, — произнёс он тише и чуть наклоняясь. — Проблема в том, что на вашу помощь очень рассчитывали. И если вы откажетесь, это могут неправильно понять. Решить, допустим, что вы действительно сумасшедший.

— Я здоров! — воскликнул Наум Егорович с той убеждённостью, которая любого нормального доктора заставит подозревать обратное. Он давно заметил, что чем больше ты твердишь о здоровье, тем сильнее тебе хотят доказать обратное. Прям рефлекс какой-то, что ли.

Врачебный.

— Конечно, конечно, — ласково произнёс доктор. — Я вам верю! Но вот у других могут возникнуть сомнения. Особенно, если вы начнёте возмущаться громко или, скажем, оказывать сопротивление. Согласитесь, здоровый человек готов к компромиссам…

— Я готов, — ещё более поспешно и громко выкрикнул Наум Егорович. — Ведите!

— Ну что вы… мы вдвоём прогуляемся… и Петенька, конечно. Вдруг у вас голова закружится?

Или ещё какая напасть случится. С головой. Оно ж бывает. Всё это читалось без слов, но Наум Егорович важно кивнул.

Глава 35

О палачах и милосердии

Глава 35 О палачах и милосердии

Что-то захлюпало под ногами. Штурмовик опустил взгляд. Это был адмирал.

О тяжёлой судьбе адмирала

— Знаешь, Кит, — сказала Ульяна, когда острые когти Никиты пробили майку. — Вот теперь ты точно можешь претендовать на домик с когтеточкой!

— Теперь он мне не нужен, — фыкрнул Никита, смотреть на которого было сложно.

В том смысле, что смотреть и не смеяться.

Круглая кошачья морда, окруженная шерстяной гривой, была забавна, несмотря на выпирающие клыки.

— Я буду точить когти о вековые дубы! Как дикие предки…

— Не возражаю, но тут один нюанс так сказать… дубов в округе нет. Даже обычных. Не говоря уже о вековых. Так что пока давай возьмём домик? С когтеточкой?

— И мышь плюшевую!

— Кит!

— Чего? Мне, может, захотелось. Я, может, буду её обнимать долгими зимними ночами.

Элька закатила глаза.

А Ляля, приобнимавшая замороченного парня, сказала:

— Долго я его не продержу. Он и так приворотным надышался, ещё потом свихнётся, а скажут, что я виновата. Так что спрашивайте.

И вот о чём его спрашивать?

— Ты кто? — у Данилы вот сомнений не было.

— Родион, — сказал парень, радостно улыбаясь.

— И как ты тут появился?

— Инга сказала. Скинула контакт.

— Кого?

— Её.

— Зачем?

— Сказала, что нужно познакомиться. Обработать. Сделать так, чтоб эта провинциальная дура на меня запала.

— Сам он дура, — обиделась Ляля, и Ульяна спешно погладила её по плечу.

— И как ты действовал?

— Обычно. Сперва зелье первого круга, для знакомства. Хватило бы, чтобы очаровать. А там уже пригласил бы к себе…

Ляля фыркнула.

— … потом Инга подвезла бы препарат посерьёзней, чтоб девчонку привязать. Пара недель и всё, она бы без моего разрешения и вздохнуть не сумела бы! — прозвучало хвастливо.

— А дальше?

— Дальше мы бы поженились.

— И?

— И уехали бы в свадебное путешествие. Полагаю, вернулся я бы один. Контакты налажены. А девка красивая. Такие дорого стоят.

— Он… он серьёзно? — Ляля аж на цыпочки привстала и глаза её нехорошо сузились. — Они меня бы продали? Ты бы меня продал⁈

— Р-р, — заворчал Никита, тоже с подобным раскладом несогласный.

— Э-м, Дань, — Лёха помахал рукой перед глазами Родиона. — Не знаю, во что ты вляпался, но это дело серьёзное. Батя мне говорил, что слухи давно гуляют, ну, про продажу красивых девчонок туда… но это типа слухи. А выходит, что не слухи.

— Тихо, — попросил Данила и, наморщив нос, поинтересовался. — Ты уже так делал?

— Да, — радостно кивнул Родион.

— Женился и увозил жену? — Элька достала телефон. — Извините, но это надо записать.

— Погоди, — Ляля перехватила руку. — Мы запишем. Я попрошу, и он всё подробно расскажет. Сам. Чтоб без нас. Правда, Роденька? Расскажешь? Ты же для меня всё-всё сделаешь.

— Ага…

— Тогда отвечай.

— Жену я не увозил. Я не был женат. Девушек. Спрос высокий. Давали задание. Я подбирал нужный типаж. Знакомился. Привязывал к себе.

— Зельем?

— Только один раз. Зелье дорогое. Я умею работать и без него, — сказано это было с гордостью. — Они сами были не против познакомиться! Я ведь красив!

— Очень, — поддержала Ляля.

А Ульяна подумала, что надо бы отойти, потому что с каждым произнесённым словом ей становилось всё более тошно.

— И упакован. Квартира. Машина. Ухаживаю красиво. Я говорил про любовь. Они верили. Дуры!

— А ты умный?

— Уль? — Данила почувствовал что-то, иначе почему под руку взял. — Уль, ты…

— Он… он ведь…

— Тихо, — Данила взял не только под руку. Он приобнял. — Давай. Дыши глубже. Помнишь, как нас учили? Контроль и только контроль. Его не слушай. Мы это так не оставим, но знать надо.

— … и предлагал поездку. Намекал, что нужно развивать отношения, переводить на новый этап. Они и готовы были хоть бегом бежать! Замуж… ха! — Родион издал нервный смешок.

— Дань, а мы ему морду набьём? — жалобно поинтересовался Лёшка.

— Морду? Да… но… главное, чтоб только морду, — Данила произнёс это тихо и мрачно, — потому что мне ему голову оторвать хочется…

— … дарил путёвку. Потом у меня вдруг в последний момент что-то случалось. Проблемы в бизнесе. Мамина собачка заболевала. Я говорил, чтоб ехали без меня. Что я присоединюсь позже, через день или два. Обещал, что там встретит мой добрый друг. Проводит, поможет…

И девушка исчезала.

Ульяна поняла это чётко и ясно. А ещё поняла, что доказать что-либо, если вдруг этот урод пойдёт на попятную, не получится.

Знакомился?

Время сейчас такое, что все и со всеми знакомятся.

Путёвки покупал? Скорее всего они изначально были куплены хитрым путём, через фирму какую-нибудь или вовсе так, что казалось, будто девушка сама приобрела.

— … я не виноват. Там придумано так, что не подкопаться. Я ей давал наличку, отправлял на конкретную фирму, якобы к знакомым, которые сделают скидку. Там всё оформлено, надо было только забрать… подписи только их. И кого ни спроси, меня мало кто видел.

И в аэропорту его не было.

На камерах.

И девушки уезжали сами, а что не возвращались… это ведь тоже случается, верно?

— Потом менял квартиру, номер телефона. Перерыв делал на пару месяцев. Инга настаивала.

— Она во главе?

— Не знаю. Скорее всего нет. Она стерва, умная, но не настолько. Надо мной — да, а кто там дальше — не моего ума дела. Мне платили. Я не задавал вопросов.

Данила держал крепко. И наверное, это хорошо, это позволяет не терять разум. И с силой, которая требовала что-то сделать, управиться.

А ведь Ульяна может с ним сделать.

Превратить? В козла?