Ведьмы.Ру 2 (СИ) - Демина Карина - Страница 64

Если слова о деньгах отклика не нашли, то взгляд женщины впился в сумочку. И руки сами к ней потянулись.

— Звони, — Ляля сумочку отодвинула. — Сперва дядю устроим, а потом сумочка…

— Не, — Лёшка, выслушав рассказ, затряс головой. — Не… ну ты… она, конечно, с прибабахом, но не настолько же!

Правда сказал это не слишком уверенно.

— Проверить несложно. Если хочешь, — Данила заглянул в пустой стакан, прикинув, что третий в него точно не влезет. От кофе остался не столько горьковатый привкус собственно кофе, сколько назойливая сладость сиропа, которого, кажется, бахнули от души.

— А надо?

— Не знаю.

— Что изменится? — Лёха почесал затылок.

— Ну, как минимум, будешь знать. Может, я сочиняю и вообще это часть коварного плана…

— Извини, Мелецкий, коварные планы — это не про тебя.

— От Мелецкого и слышу.

Лёшка хохотнул, но тоже как-то нервно. Потом нахмурился и сгорбился, так и сидел, казалось, долго-долго. Потом тряхнул головой.

— Проверить надо. Чисто, чтобы правду знать. Но… даже если так, то… ты меня всё равно бесишь.

— А я-то чего⁈

— И отец у меня есть.

— Не претендую совершенно.

— Нет… к тому… ну… не знаю. Вот если вдруг и так, то как ему сказать?

— Ты у меня спрашиваешь?

А ведь они с Лёшкой похожи. Почему-то раньше Данила об этом сходстве вот совсем не задумывался. Наоборот даже, скажи кто, что они похожи, точно бы в нос дал. А вот сейчас чувство, что он, Данила, в зеркало смотрится, только отражение застыло старое.

Он ведь тоже бунтовал.

В классе этак девятом. И волосы покрасил, правда, в ярко-синий. И ещё так, выбрил по вискам полосы, для большей крутости.

Майки.

Джинсы драные и мечта о мотоцикле. Отец почему-то не злился, а наоборот, смеялся… ну, до тех пор, пока они со Стасом уши не пробили. Хотя, казалось бы, какая разница? Волосы, уши. А он вот…

— Я вот тоже сижу и не знаю, как маме сказать. И чего… и… ладно, если так, то это часть проблемы. Другая… в общем, я кофею больше не хочу, а рассказывать долго. И не перебивай, потому что звучит это бредом, но вот реально не бред… в общем, твоя матушка, она, как бы… выразиться… у неё есть план.

— Не удивил. У неё всегда есть план. Даже раскладки носков в шкафу, не говоря уже о большем. Она вообще на планах чутка повёрнутая.

— Не перебивай, просил же. Вот… это не про носки. Это про то, что меня в больничку отправить, а тебя — на моё место. С отцом не знаю, но… смотри, если вдруг его не станет, а ты его сын, она вполне может подать иск об установлении отцовства и на этом основании заявить тебя наследником.

— Может, — согласился Лёшка, тряхнув башкой. — Только… не она. Я могу. Я уже совершеннолетний. А установить родство без согласия на то можно лишь в отношении несовершеннолетних. Я же, Дань, не претендую. Я ж говорю, у меня есть отец. И вообще… я не хочу!

— Вот честное слово, не заставляю… но… скажи, а год назад, если так-то… ты бы пошёл в суд? Скажем, если бы мама попросила?

— Год назад… — Лёха задумался и так крепко. И судя по тому, насколько помрачнел, ответ был однозначным. — А ты прав. Год назад… год назад я не мог ей отказать. Даже не так. Мне бы и в голову не пришла мысль ей отказывать.

И что из этого следует?

А то, что как минимум надо с отцом встретиться. И посмотреть, что за коньяк ему поднесли. И сказать, чтоб не пил… и тогда надо бы сказать сразу, а потом уже всё остальное. Потому что если начать с остального, то до коньяка разговор может и не дойти.

— Вот вы где, — додумать помешал Никита. — Сидите? Пьёте?

Нос его дёрнулся и Никитка этот нос почесал, а потом чихнул и, вытерши рукавом, прогундосил:

— Там это… дядь Женю грузят. Пойдёте смотреть?

— Эм… — Лёха поглядел на Никиту с сомнением.

И удивлением.

И даже с ревностью какою-то, будто рыжая масть Никиты бросала вызов пока не покрашенным Лёшкиным космам.

— Это Лёшка, — сказал Данила. — А это Никита… Ульянин двоюродный брат. Или троюродный…

— Эт детали, — Никита протянул руку. — Прикольный прикид. А ты с нами?

— Я…

— Пока да, — ответил за Лёху Данила и, поднявшись, сказал. — Идём.

— Во, Игорёк тоже просил проконтролировать, а то он ухо дал, а другой камеры нет. Ну а без камеры… блин, слушай, Дань, а тут аптека есть?

Грузили дядю Женю на стоянке, благо, в этом торговом центре стоянка располагалась под землёй, в силу чего была обширна и в должной мере зловеща. Здешние лампы источали слабый и какой-то выбеленный свет, в котором всё-то вокруг казалось ненастоящим.

Небольшая игрушечного вида машинка.

Две блондинки и одно тело, которое они пытались в эту машинку запихнуть. Дядя Женя то ли играл беспамятного, то ли и вправду был таковым, но не запихивался.

— А они нас не увидят? — уточнил Лёха шёпотом.

— Нет. Я держу полог, — Василий держал не только полог, но и свой безразмерный портфель. — Однако, по моему мнению, им следовало бы выбрать иной транспорт. Не уверен, что объема данного будет достаточно, чтобы уместить тело целиком.

— А расчленённое бы влезло? — зачем-то уточнил Никита.

— Если правильно сложить, то да.

Голова дяди Жени застряла, а вот ноги остались на асфальте, и блондинка, подняв одну, попыталась впихнуть. И у неё даже вышло, вот только вторая нога осталась лежать.

— Нет… так не получится, — сказала Ляля, отбрасывая волосы. — Может, такси возьмём?

— Нельзя. Отследят, — блондинка выдохнула. — Что он у тебя такой… невпихуемый? Ладно, погоди, сейчас позвоним…

И телефончик достала. Посмотрела на экран, помахала.

— Зая… мне срочно нужна машина! Клиент! Что? Зая… я не… нет, это ты послушай! — тон её резко переменился. — Если я говорю, что нужно, значит нужно! Срочный вопрос! Срочнейший! И нет, не получится отложить… если всё выйдет, то… можно будет и сворачиваться, как ты хотел. Там до конца жизни… я понимаю, что без предупреждения, но случай… раз в жизни такое случается! Я потом объясню. Не злись, ладно? Ты же знаешь, я бы не стала беспокоить, но… да… вот… я на стоянке… и… пожалуйста не повышай на меня голос! По-моему, мы договаривались, что я нахожу клиентов, а ты…

— Слушай, Дань, это, конечно, дело твоё, — Лёшка дёрнул за рукав, привлекая внимание. — Но это нормально, что мы стоим и смотрим, как похищают человека?

— Ну… да… надо бы отойти, — Данила поглядел на блондинку, которая ледяным тоном командовала любовником. Кажется, они поспешили назначить главным Вахрякова. — А то когда приедут, могут и засечь.

— Щит — вряд ли, но вот остаточные эманации моей силы — вполне, — Василий переложил портфель под другую руку.

— Нет, я о том, что… надо бы полицию вызвать. Или вмешаться…

— Не надо. Это дядя Женя.

— То есть, ты его знаешь?

— Это дядя Ульяны.

— И поэтому вы решили от него избавиться?

— От него не избавляются, — Ульяна посматривала на Лёшку искоса, с некоторым сомнением. — Его внедряют. Его должны похитить и доставить в «Синюю птицу».

Лёшка промолчал.

Только посмотрел так, превыразительно.

— Потом, — пообещал Данила. — Я тебе всё расскажу… объясню… ну, что сам понимаю.

Вот только понимал он не так, чтобы много.

Глава 31

Встречаются родственные души, а еще раскрывается роль харизмы в жизни мужчины

Глава 31 В которой встречаются родственные души, а ещё раскрывается роль харизмы в жизни мужчины

Передо мной стоял страшно красивый парень, у него были ярко красные глаза, тонкие черты лица, длинная коса, которая доходила до пояса и плащ.

Суровая правда о мужской красоте

— Согласитесь, коллега, утро ныне чудесное. За вычетом некоторых мелочей, — Профессор дёрнул ухом, отгоняя особо назойливого слепня. Следовало признать, что козлиное обличье имело ряд преимуществ. То же комарьё оказалось не способно пробить толстый покров шерсти, а на звон их Филин вскоре вовсе перестал обращать внимание.