Черный к свету (ЛП) - Андрижески Дж. С. - Страница 29

До сих пор я никогда не читала и не слышала ни единого упоминания о том, что у Люциана Ракера есть значительная недвижимость в Сан-Франциско, не говоря уже о том, чтобы он называл её своим основным местом жительства. Я видела фотографии его недвижимости в других странах, на разных континентах, и яхты размером с баржу, с двумя вертолётными площадками и бассейном, но ничего о закрытой собственности, куда направил нас Итан Морган, начальник его службы безопасности.

Я подумала, не является ли это тоже проблемой безопасности.

Кроме того, возможно, преждевременно предполагать, что именно этот дом был тем местом, которое он считал «домом», а не каким-то налоговым обозначением, необходимым по другим причинам.

Тем не менее, у каждого имелось какое-то «основное» жилище, в котором он ночевал, не так ли?

Или такое бывало только у не-миллиардеров?

Как и Ник, и, вероятно, Блэк, я всё ещё не могла взять в толк, почему эти люди вообще наняли Блэка, особенно учитывая, какой враждебно настроенной казалась Горрен. Если не для того, чтобы повесить на него убийство или помочь обеспечить прикрытие, пока они как Франкенштейн пытались внедрить чип мозга в новое тело своего босса, тогда зачем мы здесь?

Не похоже, что они добьются успеха с чипом. Блэк подтвердил, что Уикер был настроен ещё более скептически по поводу их успеха с чипами, чем он нам говорил. На Уикера, по-видимому, оказывалось большое давление, чтобы он всё равно провернул это; очевидно, некоторые крупные акционеры Ракера отрицали смерть как явление, и, казалось, были полны решимости вернуть Люциана Ракера к жизни.

Вся эта сторона дела была чертовски странной.

Если они добьются успеха, что тогда? Неужели никто не должен был заметить, что Люциан Ракер появится на своём следующем мероприятии, выглядя (и, вероятно, действуя) заметно иначе? Даже с использованием какой-то технологии клонирования, он неизбежно будет выглядеть по-другому во многих отношениях. Я почти хотела посмотреть, как они собираются объяснить это.

Почти.

Но не совсем.

И как вообще всё это возможно теоретически? Они хранили клонированное тело во льду, готовясь именно к такому повороту событий? Тело, возможно, на несколько десятилетий моложе, с некоторыми генетическими усовершенствованиями по сравнению с оригиналом?

Потому что это чертовски тревожило.

Не говоря уже о том, что я была уверена, что всё это незаконно, даже то, что они планировали сделать с оригинальным телом Ракера.

Клонирование людей запрещено законом, не так ли?

Блэк хмыкнул. Впервые с тех пор, как мы покинули парковку «Прометариса», он слегка улыбнулся мне.

— Я думаю, что это было чистое принятие желаемого за действительное, док, — сказал он своим глубоким голосом. — Конечно, у нас будет своя команда умников-задротов, которая изучит это, и я всё равно хочу заполучить в свои руки один из этих чипов, но с их стороны это чистая фантазия, идея о том, что они могут «воссоздать» человека таким образом, не говоря уже о том, чтобы даровать ему бессмертие.

Он презрительно фыркнул, устремив взгляд внутрь себя.

— Оживление этого ублюдка с помощью примитивного механического импланта и набора стволовых клеток не кажется мне даже отдалённо реалистичным, — добавил он как ни в чём не бывало. — Даже с помощью самых передовых органических технологий ты никогда не добьёшься успеха в этом… поверь мне, на Старой Земле были те, кто пытался. Не говоря уже о том, что люди здесь не понимают aleimi и то, как он поддерживает жизнь в живых телах. Они даже не понимают, что такое «жизнь», док, или сознание, или как работает разум… или самосознание. Они думают, что мы все просто тупые компьютеры, которые функционируют с помощью сбора и обработки данных. Но даже червь не такой, не говоря уже о видящем или человеке. Их невежество, высокомерие и абсолютная инфантильность делают любой успех с использованием такого рода технологий абсолютно невозможным. Любая идея о том, что люди добьются успеха в этом, даже в отдалённом будущем, крайне маловероятна.

Блэк пожал плечами, и его голос звучал ровно с той же проницательной уверенностью.

— Это не было бы успешным даже при идеальном сценарии с использованием высокоразвитых органических технологий, с нетронутым имплантом, хранящим все воспоминания о каждом опыте, чувствах и мыслях, которые были у Люциана Ракера с момента рождения, — цинично добавил Блэк. — Что бы они из этого ни слепили, это будет иметь лишь смутное, чрезвычайно поверхностное отношение к памяти Люциана Ракера, не говоря уже о его живой, мыслящей, осознающей себя версии. И вообще, память у людей дерьмовая. Это было бы похоже на фильм о чьей-то жизни, только лишённый чувств, контекста и понимания, с огромными пробелами и выдумками, вплетёнными в него.

Ник хмыкнул с заднего сиденья.

Я увидела, как он скривился в зеркале заднего вида, словно сама мысль об этом вызывала у него отвращение.

Что касается меня, то я определённо склонялась к тому, чтобы вызвать полицию.

Даже если Блэк прав, и у них не было ни малейшей надежды на успех их мрачных планов, я не хотела иметь ничего общего с Люцианом Ракером или его компанией.

До сих пор всё, что мы видели — это масштабная фальсификация улик, незаконное обращение с трупом, воспрепятствование правосудию, утаивание преступлений, караемых смертной казнью, и косвенные доказательства множества гораздо более тяжких преступлений, большинство из которых я не могла точно охарактеризовать, потому что была недостаточно знакома с уголовным кодексом в области легальных научных исследований и экспериментов.

Если у них где-то имелось полдюжины клонов Люциана Ракера, то это ещё одно безумие, за которое я была бы более чем рада видеть, как их арестуют.

У меня даже не сложилось впечатления, что они на самом деле хотели, чтобы мы нашли убийцу.

На самом деле, всё, что они делали, указывало на обратное.

Так что да, я хотела заявить на них в полицию. Я сильно сомневалась, что то, что мы увидим в доме Ракера, заставит меня изменить своё решение.

Я искренне надеялась, что Ник и Блэк чувствовали то же самое.

Блэк удивил меня, протянув руку и тепло пожав её.

«Я чувствую то же самое, ilya, — заверил он меня. — Абсолютно. Мы придём туда, найдём всё, что сможем, возможно, получим чертежи этого импланта и ещё какую-нибудь информацию о том, что он делает. Потом мы вызовем полицию, и Энджел сотворит чудеса со своими старыми друзьями из полиции Сан-Франциско. Хорошо? Может быть, ты даже сможешь свидетельствовать против них в суде. Или это могу сделать я».

Я почувствовала, что напряжение, которое я испытывала в груди в течение последнего часа, начало спадать.

«Хорошо, — послала я с облегчением. — Это здорово, Блэк. Я согласна».

«Я просто хочу посмотреть, что у него есть в доме, пока туда не нагрянули копы, — добавил Блэк, и его мысленный голос стал чуть холоднее, но не по отношению ко мне. — Больше всего я не доверяю людям Ракера в том, что они не уничтожат и не спрячут документацию и улики по всем направлениям, поэтому я хотел бы добраться туда до того, как они смогут очистить это место от того дерьма, которое замышлял Люциан. Насколько нам известно, у Прометариса и Ракер Индастрис есть несколько купленных людей в полиции Сан-Франциско или в одном или нескольких других государственных учреждениях, которые могли бы помочь с этим. Я многое почерпнул у Уикера, но начинаю думать, что Горрен здесь главная вдохновительница. Уикер и Морган многого не знают. Не имея возможности прочитать Горрен, мы должны предполагать худшее».

Я почувствовала, как у меня ещё больше расслабилось сердце.

С этим я тоже согласилась.

Глава 14. Персонал

Когда мы проехали через железные ворота, отделявшие поместье Ракера в Сан-Франциско от улицы, нас уже ждали сотрудники дома. Блэк повёз нас по подъездной дорожке Пасифик-Хайтс к шестиэтажному зданию, которое Ракер называл своей главной резиденцией в Соединённых Штатах, и сотрудники выстроились в шеренгу, как в романе восемнадцатого века.