СССР против НЛО (СИ) - Б. Анджей - Страница 23

— Ну и где она была? — раздался между тем молодой весёлый голос кого-то из набежавшей компании.

— Вон оттуда пришла, — ответила актриса Наталья Варлей и показала туда, где дорога поворачивала за поросший какими-то высокими южными травами холм.

Люди окружили животное, стали трепать его по чёрной короткой гриве, приговаривать: «У, скотинка». Ослица недовольно мотала головой, а актёр Демьяненко принялся совать в вытянутые губы кусочки сахара. Народ всё прибывал, лез поближе к интересному. Как я ни пихался, творческие эти работники с шутками и прибаутками оттёрли меня в сторону.

А подлое облачко тем временем шмыгнуло книзу, в чью-то тень, а потом разлетелось, как разлетаются из-под ладони мухи и комары. Чёрные точки прятались, скрываясь по теням, а я метался, пригнувшись, чуть не ползая на четвереньках, и наводил на них своё оружие, мощный и незримый пылесос. Но хоть пылесос тот и был мощный, много тёмной мелочёвки поймать не удалось, инфернальные эти мошки поныряли среди гущи народа и разлетелись на время кто куда.

И напарник мне помочь не смог — потому что не было у меня напарника, в этот раз Федю прикрепили на усиление в другую группу, так что я прибыл на задание один как перст, и трейлер мой прятался во временно́й складке безлюдный и покинутый.

Да, решить вопрос малыми усилиями не вышло. Впрочем, как обычно.

Тёмным роевым сущностям удалось проникнуть в этот солнечный мир… Они влезли сюда не просто так, а за ещё не снятым фильмом. Теперь начнут пользоваться своей невидимостью и своими умениями: станут влиять на поведение людей, сеять раздор и на этом прибавлять в силе. А потом попробуют довести до того, что кино здесь, в этой реальности, не состоится. Или всё же состоится, но будет другим, не таким шедевральным. А то самое, настоящее кино эти злые тёмные мухи утащат к себе — зачем-то оно им там в своих краях нужно.

Я выпрямился, стащил газетную свою панаму и задумался.

— Ты чего, Никита? — послышался рядом энергичный и заботливый голос. — Голову, что ли, напекло?

Передо мной возникло загорелое лицо, из-под тюбетейки торчал завиток волос. Лицо весело, как оно это умеет, подмигнуло, сверкнули озорные глаза:

— Ну так держи водички!

С этими словами актёр Никулин вылил стакан воды прямо мне на голову.

***

Если из прошлого исчезнет один, пусть даже очень хороший фильм, история не изменит свой ход и протянувшаяся на семьдесят лет страна под названием СССР из пространства-времени никуда, конечно, не денется. Но станет она там, в пространстве и времени, уже хоть на немножко, на капелюшечку, но другой. И уж точно не станет от этой потери страна СССР лучше.

Так что — народное достояние необходимо защищать.

Вот для этого, собственно, и существует наша Служба.

***

Вечер валился на южный курортный город. Разомлевший овал солнца медленно погружался в морские пучины, в темнеющем небе застыли в безветрии облака, подсвеченные понизу закатом в приятные персиковые тона. Над горами тут и там начинали проклёвываться звёзды.

Мне, впрочем, млеть и рассматривать облака и звёзды было не ко времени. Сейчас меня интересовали другие звёзды, а именно звёзды советского кинематографа.

Эти звёзды разбрелись по курортному южному городу кто куда. Режиссёр Гайдай со своей женой, актрисой Ниной Гребешковой, уехали на служебном «Москвиче» по каким-то неизвестным делам. Троица Вицин, Никулин и Моргунов ушла в гости к заведующей гостиницей, у которой дома имелась редкая по тем временам штука, телевизор, и по нему сейчас показывали мировой футбольный чемпионат. Актриса Наталья Варлей репетировала у себя в номере, в этом ей помогали две подружки-гримёрши. Актёры Этуш, Мкртчян и другие разбежались по городским ресторанам и прибрежным кафе.

Лицедеи рангом пониже, а также режиссёрские помощники, осветители, звуковики, реквизиторы и прочий творческий, административный и технический люд не отставали от своих именитых товарищей. Только парторг Оглоблин похожий на усатого бобра невысокий мужичок, что всегда таскал с собой под мышкой толстую бумажную папку, для солидности, пил в своём номере в одиночестве, закрывшись на три оборота ключа и занавесив шторы.

— Наше здоровье, — бормотал он и чокался со своим отражением в зеркале.

А среди всего этого веселья и благодати роились невидимые вредоносные мошки, посланцы тёмных сил. Инфернальная мошкара была пока ещё слаба и предпочитала скрываться и действовать исподтишка.

Просто оно так устроено, что в эти культурно-временные слои, к кинофильмам Леонида Гайдая, Эльдара Рязанова, Георгия Данелии и так далее, а ещё к балету, пломбиру и сборной по хоккею что-то покрупнее мошки пробраться не в состоянии: специальный отдел нашей Службы засечёт таких желающих и выдворит обратно. Сюда, как говорится, и муха не проскочит. А вот что-то помельче мухи… Нет, к космическим достижениям страны, а ещё туда, где политика и история, не проберётся и мошка.

А здесь вот, как видим, пробирается. Просто потому, что очень много всё-таки создали тогда хорошего. И теперь за всем этим попробуй уследи.

Да, хоть у мошек пока ещё не доставало сил на что-то серьёзное, но, собравшись в одном месте — или в одном человеке — они могли запросто организовать какую-нибудь пакость. Но уследить за всеми людьми из съёмочной группы было нечего и думать. Поэтому я расположился на лавочке у гостиницы «Таврида», где все и жили, и ждал — авось оно само чем-нибудь проявится.

Вдыхая терпкий аромат южных растений и слушая стрёкот цикад, думал я о разном. Например, о том, что хорошо было бы прибывать на вот такие случаи заранее. А ещё лучше — отправиться ещё раз, уже после окончания всех перипетий, особенно если задание оказалось проваленным. И тогда, заранее зная, что и как там будет происходить, переиграть всё наново и неудачу предотвратить. Но погружения в Прошлое имеют свои законы, с ними не всё просто, и вот такие штуки там не проходят. А почему это так, я объяснить не смогу, сам не очень понимаю работу этих вселенских механизмов.

Ещё я анализировал свои недавние действия. Мог ли я поймать тёмную мошкару, пока она ещё была облачком, в свою слабенькую ловушку? Мог бы, наверное. Но я всё сделал правильно, просто не повезло. Потом, когда тёмные мошки от меня улизнули (а потом меня облил водой весёлый шалун Юрий Никулин), я сразу распорядился защитными единицами, что у меня оставались, двумя из трёх. Я прикрыл ними режиссёра Гайдая и Шурика, актёра Демьяненко, рассудив, что без них и без Натальи Варлей, которую я уже прикрыл ранее, фильма — того, каким его все знают — точно не будет.

Пока я лихорадочно раздумывал, как же распорядиться последней защитной штуковиной, из-за поворота прибежали какие-то автомобилисты с криками в духе:

— Эй, кто тут главный? Ваш ишак помял нам машину!

Потом они увидели, что здесь снимают кино, и чуть поутихли. А когда перед ними появились лично Вицин, Никулин и Моргунов, автомобилисты заулыбались во все свои зубастые рты, понабирали у знаменитого трио автографов, и инцидент на том оказался исчерпан.

Да, в головы режиссёра и двух главных актёров сгруппировавшаяся инфернальная мошкара теперь точно не проникнет. А вот в головы ко всем остальным — запросто. И мне оставалось только ждать.

Через какое-то не очень скорое время выяснилось, что из съёмочной группы покинули гостиницу и ушли в город не все. Из раскрытых окон, пока я под ними сидел, то и дело раздавались голоса, смех и звон бокалов, и я не обращал на это особого внимания: проживали в гостинице не только мои киношники, да и вообще — что ещё делать летним вечером на курорте, как не звенеть бокалами?

Но когда из окна второго этажа донёсся через форточку довольно громкий крик, стало понятно, что происходит нечто именно по моей части. Потому что и голос был знаком, и слова оказались такие, что сомнений не возникло.