Когда я стала тобой - Гарза Эмбер - Страница 13

Я с улыбкой потянулась за сэндвичем. Какой же замечательный денек! Странно, что другие столики на улице пустуют.

Я наклонилась к тарелке и откусила бутерброд. Скрипнул стул. Салливан больше не плакал и не дергался. Воцарилась прямо-таки зловещая тишина. Словно никого рядом со мной и не было.

– Ты почему тут играешь совсем одна? – спросил папа.

– Я не одна, я с Лолой.

Он осмотрелся.

– И где же она? Никого не вижу.

– Совсем не видишь?

Лола сидела на траве, скрестив ноги. Почему же только я одна ее видела?

Глава 8

Моя мама была неважным поваром. Когда мы с Рафаэлем поженились, я умела готовить лишь самые простые блюда вроде тако, спагетти, лазаньи и запеченной курицы – и то с использованием соусов в банках и готового теста.

А вот мать Рафаэля готовила потрясающе. Даже по прошествии многих лет мои кулинарные навыки все равно не шли ни в какое сравнение с мастерством Кармен Медины, о чем супруг не забывал регулярно мне напоминать. Мы с Кармен часами торчали на кухне, когда она учила меня тонкостям любимых рецептов их семьи. Рядом с ней я никогда не чувствовала себя глупо, даже если мексиканские лепешки были безнадежно испорчены, зато Рафаэль в подобных случаях выставлял меня полной дурочкой. Хотя Кармен была отличным учителем, до ее смерти я сумела освоить только один семейный рецепт – домашний соус энчилада.

Лепешки с курицей и соусом энчилада давно стали главным блюдом в нашем рационе. Как только наступал первый холодный и дождливый осенний день, я исправно принималась заготавливать соус. Летом Рафаэль постоянно запекал что-нибудь на гриле, однако стоило начаться дождям, как душа сразу просила чего-то горячего и питательного из духовки – для поднятия настроения.

Сегодня утром меня разбудили звуки дождя, барабанившего по крыше, и поэтому я сразу спустилась на кухню – проверить запасы. Как ни странно, у меня были почти все необходимые ингредиенты, хотя я не предполагала, что готовить соус энчилада придется так скоро. Дожди обычно заряжали ближе к зиме, да и то не очень сильные.

Я сходила в магазин за недостающими продуктами и теперь стояла босиком у плиты, помешивая кипящий соус. В окно кухни стучался дождь. Ни Аарон, ни Рафаэль не отведают вместе со мной чудесный ужин, но даже их отсутствие меня не останавливало.

Правда, я уже отправила им обоим по сообщению – может, хоть немного затоскуют по дому.

Рафаэль прислал в ответ эмоджи с грустной мордочкой.

Склонившись над плитой, я вдохнула аромат острого соуса, и меня охватила ностальгия. В доме больше не стояла тишина – он наполнился звуками жизни моих родных. Вот малыш Аарон радостно покрикивает, играя рядом на полу, а из гостиной доносится шум какого-то матча – Рафаэль сидит на диване перед телевизором, задрав ноги на кофейный столик…

К реальности меня вернули звуки переливающегося через край соуса. К реальности пустого и тихого, не считая ритмичного стука капель по крыше, дома.

«Ну же, mija[2], не забывай помешивать», – раздался у меня в голове голос Кармен.

Убавив огонь, я начала аккуратно размешивать соус – судя по запаху, он уже немного подгорел. Будь здесь Рафаэль, я бы, наверное, просто вылила эту кастрюлю и начала бы все заново.

У Кармен соус никогда не пригорал.

Ложка кружилась в водовороте красной массы, и я вдруг подумала о тебе. Интересно, а твоя мама хорошо готовила? Ты чему-нибудь от нее научилась? О твоих родителях я ничего не знала, кроме того, что живут они не в Фолсоме. При встрече мы о них почти не говорили.

Да мы вообще мало что успели обсудить. Куда подевался отец Салливана? Почему ты сюда переехала?

Звякнул мобильный: пришло сообщение. Не желая оставлять соус без присмотра, я быстренько схватила телефон, лежавший экраном вверх на кухонном столе, и вернулась к плите.

Я выключила огонь и только после этого ответила Кристине:

В обычной ситуации я сочла бы это за шутку, но в последнее время Кристина постоянно ко мне липла. Как знать, может, и правда уже выехала. Я была не против: соуса хватило бы на два противня запеканки. Одной мне столько не съесть.

Я уже и впрямь хотела позвать Кристину в гости, однако мой большой палец замер над экраном телефона, потому что внезапно вспомнились твои слова.

Если бы я хоть на кого-то могла рассчитывать…

Я посмотрела в окно на мрачное дождливое небо. От сильного ветра дерево в саду склонилось под странным углом. В воздухе кружили листья, словно кто-то срывал их невидимыми руками и подбрасывал вверх.

Вы с Салливаном, наверное, прижимаетесь друг к другу в своем гостевом домике. Стены там тонкие, а еще во многих старых постройках нет системы центрального отопления и кондиционирования. Да, от такого жилища на заднем дворе другого дома особых удобств ждать не стоило.

Получается, тебе холодно и страшно?

Как же Салливан переносил ураган?

Аарон такую погоду терпеть не мог. Всегда начинал плакать, особенно если гремел гром.

– Господи, неудивительно, что он никак не успокоится, – с усмешкой сказал Рафаэль, хотя в его тоне слышалось недовольство. – Я бы от такого пения тоже разревелся.

Я прижимала Аарона к груди и закрывала его ушки руками, чтобы он не слышал раскаты грома.

– А я думала, тебе нравится, как я пою. Когда мы вместе пели в хоре, ты говорил, что у меня красивый голос.

Рафаэль снова засмеялся и пожал плечами.

– Ну а как еще соблазнить девушку?

– Что? – Я отпрянула, как будто он дал мне пощечину. Мы познакомились в хоре, и первым делом он сделал комплимент насчет моего голоса.

– А то ты не догадывалась, что это такой подкат.

– Нет, не догадывалась, – честно ответила я. Аарон по-прежнему плакал, не замолкал уже несколько часов. Что я только не пробовала…

– Давай я его возьму.

Рафаэль протянул руки, и я неохотно передала ему плачущего сына.

– Значит, ты мне соврал?

– Ничего я не врал. Надо же было как-то заговорить с тобой. – Он начал качать Аарона точно так же, как это делала я. Я наблюдала за его действиями, а сердце просто обливалось кровью. Если я не сумела успокоить малыша, с чего Рафаэль взял, что у него получится? – Я, собственно, только поэтому и записался в хор – чтобы цеплять девчонок.

Вверх по телу поднялась волна жара.

– Девчонок? И много их было?

– Ну, в итоге-то я выбрал тебя, – с самодовольным видом и жалостливой улыбкой ответил он.

Я сделала шаг назад и скрестила руки на груди.

– Ты так и не ответил на мой вопрос.

– Да, нам с Джинсом нужно было определиться с курсом по выбору, и мы остановились на хоре, потому что там всегда много цыпочек. – Джинс – прозвище его лучшего друга из старших классов. Этот парень ходил в суперузких джинсах, и однажды на перемене они треснули на заднице прямо по шву. Так к нему и прицепилась эта кличка. – Но как только я увидел тебя, то сразу понял, что никакая другая мне не нужна. Ты была самой симпатичной девчонкой в хоре.

Рафаэль всегда знал, что сказать. Поэтому я в него и влюбилась. Он постоянно сыпал красивыми словами: «Ты самая чудесная, ты лучше всех». Правда, теперь я уже не знала, можно ли ему верить.

– Смотри-ка! – вдруг выпалил он с торжествующей улыбкой. – Я его успокоил.

– Как тебе удалось?

– Не знаю, – повел он плечами. – Наверное, я просто классный папа.

– Похоже на то, – пробормотала я, не зная, то ли разозлиться, то ли поблагодарить его. В последующие годы меня частенько раздирали смешанные чувства.