Путь к вершине (СИ) - Кас Оксана - Страница 66

[*Amazing Saturday и Radio Star — популярные и весьма уважаемые шоу на корейском телевидении. Amazing Saturday — шоу, где гости и ведущие пытаются угадать песни, за выигрыш им полагается еда, все с юмором и в дружеской атмосфере. Radio Star — программа в стиле беззлобной сатиры, по формату ближе к интервью. На оба шоу приглашают несколько гостей, чаще всего — не айдолов, а просто корейских знаменитостей, актеров, певцов, нередко — спортсменов и блогеров.*]

Минсо вообще удивилась, что Хару туда пригласили во время продвижения дебютного альбома. Обычного такого приглашения приходится ждать достаточно долго.

— То есть, большая занятость Хару — это не выбор агентства? — уточнил Чанмин.

Минсо покачала головой:

— Почти. Участие в варьете и реклама — это из-за предложений со стороны. Что касается его деятельности внутри группы… тут уже другая картина. Хару уже в курсе, но я не уверена, что он рассказывал это вам. Его центральная позиция — это часть черного пиара.

— Черного пиара? — в ужасе переспросили хором сразу и Сухён, и Юнбин.

Минсо с улыбкой кивнула:

— Именно. Длинные партии в песнях, большое количество экранного времени в первых клипах, плюс, он будет снимать видео для ТикТока — все это заставить фанатов думать, что Хару лучше продвигают. Это будут обсуждать в сети. Под каждым обсуждением ваши личные фанаты будут вас же защищать. Я хочу, чтобы вы поняли, что сейчас центральная позиция Хару — это красная тряпка, мы этим одновременно и привлекаем внимание, и раздражаем людей, которые очень любят учить других жизни.

— И так будет всегда? — внезапно спросил Хару. — Вы обычно говорите весьма расплывчатое «первое время». Сколько нам жить в такой атмосфере? Пару месяцев? Год? Или это стратегия на три года, до конца контрактов?

Минсо снова улыбнулась:

— Не три года. Переводить фокус внимания будем постепенно. Уже в первом камбеке у Хару не будет таких длительных партий. Кроме того, мы сразу после дебюта начнем потихоньку продвигать и остальных, просто сделать это быстро не получится. Ориентировочно, после второго камбека перекос в популярности уже не будет так заметен, через год ситуация окончательно выровняется. Я не берусь утверждать, что Хару перестанет быть самым популярным мембером. Но, скорее всего, за год мы избавимся от клейма «Хару и подтанцовка», которое сами же и создали.

Парни напротив Минсо теперь выглядели менее растерянными. Видимо, примерные сроки и понимание, зачем это делается, их немного успокоили.

— Я хочу, чтобы вы понимали, что такая стратегия дает самые большие гарантии успеха. Но, если обстановка внутри группы будет слишком уж недружелюбной по отношению к Хару, ему будет сложно выполнять свою работу. И еще… несмотря на эксклюзивные контракты, мы не ограничиваем вас в собственном творчестве и самовыражении. Внутри группы, для YouTube канала, вы можете снимать любые каверы, ставить хореографию, записывать скетчи. Просто советуйтесь, пожалуйста, с продюсерами. Кто занимается YouTube каналом — вам известно. Телефон у вас есть. Пишите, договаривайтесь, озвучивайте идеи. Если что-то звучит слишком скандально, вас попросят изменить тему, но в остальном — можете делать, что хотите. И последнее. Несмотря на то, что у вас эксклюзивные контракты, агентство не против, чтобы вы работали над собственным личным брендом. Чанмин недавно спрашивал — может ли он за свой счет нанять пиар-агента. Думаю, остальные тоже должны знать: можно нанимать таких специалистов. Но контракт придется подписывать трехсторонний, личное продвижение не может мешать групповому и все события нужно отдельно обсуждать с нами, мы можем запретить участвовать в каких-то активностях. Хорошо?

Парни кивнули. Кто-то задумчиво, кто-то безразлично. Минсо предложила задавать вопросы, но даже Хару не стал ничего спрашивать, поэтому она отпустила их тренироваться. Ей еще смотреть видео с прослушивания, работы много.

Глава 31

Суп из сплетен

[*Сразу для контекста, чтобы не прерывать повествование сносками. Малатан — это одно из традиционных сычуаньских (китайских) блюд. Главным ингредиентом считается сычуаньский перец и традиционные соусы, но в остальном у супа вообще нет рецепта, потому что ингредиенты выбирают на свой вкус. Корейские кафе-малантан выглядят примерно так. Большая витрина, где выложены разные продукты. У входа берешь огромную тарелку и щипцы. Идешь мимо витрины, накладываешь щипцами в тарелку все, что хочешь съесть — разные виды мяса или морепродуктов, тофу, овощи. Выбираешь лапшу (обычно есть на выбор и пшеничная, и рисовая, и гречневая). Все это потом взвешивается в сухом виде, оплата по весу (да, мясо и овощи тут по одной цене). Тазик с едой уносят на кухню, там все варят в бульоне со специями, добавляют нужные соусы. Когда все ингредиенты сварились, суп подают посетителям. Время варки обычно небольшое. Малатан популярен в Корее, особенно среди молодежи в студенческих районах. Причина популярности — очень сытно, питательно, но при этом цена выходит не особо высокой. Единственное — это остро. *]

Шэнь был рад предложению прогуляться, но Хару и Тэюн вели его каким-то совсем уж подозрительным маршрутом. Они давно оставили позади их район, прошли мимо государственной школы, где раньше учились, свернули в еще один достаточно старый жилой район, хоть и не с частными домами, а многоэтажками.

— Где мы и куда вы меня ведете? — удивился Шэнь.

— Не переживай, за углом убивать не собираемся, — весело ответил Хару. — Уверен, что тебе понравится. Мы с Тэюном ходили в это заведение, когда хотелось поесть не дома, а много денег не было. Почти пришли.

Шэнь удивленно оглядывался по сторонам. Когда не было много денег? Куда они его тащат?

Шли они по небольшой улице, где все первые этажи были заняты заведениями малого бизнеса — маленькими магазинами, лавками с лекарствами народной медицины, кафе, частными школами. В таких местах обычно жилье стоит недорого, потому что по вечерам достаточно шумно. Шэнь снимал крошечную квартирку в похожем районе — дешево, удобно, поблизости есть и магазины, и недорогие кафе, и даже танцевальные классы. А спать можно и с берушами в ушах.

— Ну вот, пришли, — сказал Хару, останавливаясь возле входа в какое-то заведение.

Надпись на корейском продублирована китайскими иероглифами: «Сычуаньский малатан». И рядом китайский бумажный фонарик, ярко-красный, с четырьмя золотыми иероглифами, значение которых можно перевести как «Приход богатства и сокровищ» — одна из традиционных надписей для заведений малого бизнеса. Фонарик немного покачивался на ветру, а из заведения доносился легкий аромат сычуаньского перца — главного ингредиента малатана.

— Китайская кухня! — искренне обрадовался Шэнь.

Хотя, на самом деле, он был немного смущен. В Корее малатан набирает популярность, но он… немного отличается от традиционного китайского. Блюдо адаптировали под корейские вкусы, да еще и рестораны превратили во что-то вроде «фастфуда».

Но, едва Шэнь вошел внутрь, стало понятно, что это не обычное корейское кафе-малатан, не фастфуд, а почти традиционный китайский ресторан. Оформление зала, разномастная посуда на витрине, меню, приклеенное скотчем… Никакого минимализма, который так любят корейцы. Даже на душе теплее стало.

Они подошли ближе к прилавку. Мужчина, стоящий у весов в другой части прилавка, громко и радостно воскликнул:

— О! Вы пришли! Наконец-то! И… О-о-о-о-о!

Последнее он воскликнул, когда увидел Шэня. Дальше он быстро-быстро заговорил по-китайски, позвав сначала жену, а потом и дочь. Шэнь еще раз огляделся по сторонам. Музыка в кафе — китайская. На стене — китайский календарь, на прилавке «денежная жаба», за прилавком — китайские амулеты достатка.

— Хозяин заведения — этнический китаец, родившийся в Корее, — тихо пояснил Хару, — Его жена — китаянка, практически не говорит по-корейски.

Словно в ответ на слова Хару хозяйка тоже выбежала в зал. Она удивленно прижала ладонь к губам, а потом начала нахваливать Шэня по-китайски, говоря какой он высокий, какой красивый, какой молодец. Такой реакции на свою персону Шэнь вообще не ожидал. Понятно, что за пределами родной страны любой соотечественник кажется ближе и роднее, но тут… Как будто у него были родственники, о которых он не знал.