Путь к вершине (СИ) - Кас Оксана - Страница 27

Минсо не стала откладывать, сразу вызвала к себе адвоката агентства, объяснила ему ситуацию, отправила созваниваться с брендами и договариваться о времени подписания контрактов. Нужно поскорее договориться о начале съемок, чтобы окончательно определиться с расписанием и Хару, и группы.

Скоро у школьников начнутся каникулы, так что станет полегче. Как раз в это время все и отснимут — и клипы, и рекламу, и другой контент для фанатов. Да и с выходными нужно определиться — мальчикам нужно хотя бы немного отдохнуть на зимних каникулах.

Размышления Минсо прервала Ли Кахи, менеджер по репутации в сети. Она постучала и вошла сама, без представления.

— Кандэ сказал, что можно, — немного робко произнесла она.

— Что-то случилось? — удивилась Минсо.

PR-команда работала в другом здании, пусть это и недалеко отсюда. Чтобы встретиться с Минсо, Кахи покинула свой офис, хотя могла просто позвонить.

— Пока не случилось, но может произойти. Я закрою дверь?

Минсо настороженно кивнула. Щелкнул дверной замок. Кахи подошла к столу и протянула Минсо планшет:

— Листать вправо. Вчера мы смогли выйти на чат сассен-фанатов Хару. Опубликовали для этого его фото с ресепшена здесь. Ну, вы помните, мы договаривались об этом.

Минсо кивнула. С сассенами практически невозможно бороться. Пока они напрямую не нарушили закон, от них крайне сложно избавиться. И в агентствах давно придерживаются стратегии «не можешь остановить — возглавь». Возглавить, конечно, тоже не получается, а вот влиться в коллектив и получать некоторую информацию — вполне. Для этого стафф специально делает фотографии в стенах агентства. Случайные, из-за угла. А потом продает их и какую-нибудь информацию об айдолах. Притворяется недобросовестным сотрудником агентства, вливается в «тусовку», чтобы потом сообщать руководству то, что сассены нарыли сами.

Когда стало известно, что у общаги парней какие-то девчонки только что лагерь не разбили, Минсо дала разрешение на начало «операции» по отслеживанию сассен-фанатов. Как оказалось, это ненормальные фанатки Хару. Появились они, конечно, что-то слишком быстро. Кахи «поделилась» с ними некоторой информацией о жизни Хару и фотографиями из-за угла, сделанных в агентстве. По легенде, она низкоквалифицированный сотрудник New Wave, у нее нет прямого доступа к мальчикам, нет их номеров телефона, но она может делиться некоторой информацией.

Минсо пролистнула фотографии. Хорошо видно Хару только на двух, где он выходит из такси. Остальные — только его спина. Но… Такси стоит у примечательного жилого комплекса — «Нанквончэ», «Райская обитель». И все в агентстве знают, кто там живет: Хон Хесон нередко иронично говорила о названии своего ЖК — звучит, как рай, но на деле все не так.

— Когда это было сделано? — сухо уточнила Минсо.

— В воскресенье, — ответила Кахи, — Здесь — около восьми вечера. Сассены не выяснили, к кому Хару приезжал, но вернулся он в общежитие где-то одиннадцать, так что в чатах считают, что ездил он, скорее, к другу. У женщины он бы остался на более долгий срок.

Минсо тяжело вздохнула:

— Ты тоже узнала этот жилой комплекс? — спросила она.

Кахи кивнула.

— Я спросила, что она делала в воскресенье вечером, она ответила, что толком не помнит, скорее всего — смотрела какой-нибудь сериал.

Минсо медленно вдохнула и так же медленно выдохнула. В груди закипала злость.

Хон Хесон раньше работала в другом агентстве талантов, откуда уволилась по собственному желанию за несколько месяцев до того, как ее нашла Минсо. Была вполне успешна, у нее очень хорошее портфолио. Причиной увольнения назвала выгорание — отпуска давно не было, она устала и креативные идеи больше не появлялась. Сейчас у Минсо появились подозрения, что по увольнение произошло отнюдь не по собственному желанию.

— Она… могла? — неуверенно спросила Кахи.

— Любая могла, — пожала плечами Минсо, уже беря в руки телефон.

— Не знаю, — чуть передернула плечами Кахи. — Он, конечно, удивительно красив, но ему восемнадцать. Мой младший брат его старше на год и кажется мне сущим ребенком…

Минсо тоже поежилась. Ей самой Хару годится в сыновья. Как и Хон Хесон.

— У Хесон мог бы быть ребенок его возраста, — поделилась этим Минсо, — У них разница — пятнадцать лет.

— Пятнадцать⁈ То есть ей, получается, тридцать… три? — удивилась Кахи. — Она очень молодо выглядит…

Минсо, наконец-то, нашла нужный номер.

Молодо выглядит… Минсо тоже молодо выглядит — большинство людей в шоке от того, что ей уже сорок с небольшим: больше тридцати семи обычно не дают. Хесон выглядит максимум на двадцать семь. Но Хару-то восемнадцать.

Могла ли Хесон переспать с трейни? Да, действительно, на такое, гипотетически, могла пойти любая сотрудница агентства. Он очень красив, ведет себя вовсе не как восемнадцатилетний. Но для большинства нормальных женщин такая разница в возрасте будет казаться асексуальной. Не пять, не семь лет, а целых пятнадцать.

Гудки, наконец, прекратились и в динамике прозвучал взволнованный голос.

— Квон Чунхо? — уточнила Минсо. — Это Им Минсо. Зайди ко мне в кабинет. Да, как можно быстрее.

Положив телефон, она обратилась к Кахи:

— Ты садись пока. Раз ты все равно уже в теме, то побудь здесь, поможешь мне принять решение.

— Вы уверены, что она…

Кахи замолчала, словно боялась вслух произносить неприличные слова.

— Я пока не уверена, — ответила Минсо, — Но сама подумай — зачем парню ехать в ее жилой комплекс вечером и возвращаться через несколько часов? Так как жилой комплекс все еще может быть просто совпадением, я хочу уточнить информацию у менеджера, а потом уже приглашать Хон Хесон.

Кахи кивнула. Она скромно устроилась на стуле, руки сцепила в замок.

Минсо же пыталась успокоить рвущуюся наружу злость. Она не верила в то, что Хару поехал в тот жилой комплекс к кому-то другому, не к Хесон. Но не хотелось делать поспешных выводов — фото у жилого комплекса ничего не доказывает.

Квон Чунхо прибежал очень быстро. Вне стен агентства сейчас только Хару, но с ним менеджер Пён. Следовательно, менеджер Квон был с остальными парнями из группы. Минсо начисто забыла, что дверь закрыта, поэтому Чунхо не сразу вошел, пришлось Кахи встать и открыть ему дверь.

— Простите, — Чунхо поклонился у входа, — Что-то случилось?

— Нужно кое-что прояснить, — ответила Минсо. — Хару отлучался в воскресенье поздно вечером?

Чунхо смутился. Ответил не сразу:

— Простите. Я не заметил, как он вышел. Я их проверяю перед сном, но Хару не было. Я не стал тогда поднимать шум — думал, что он домой пошел. Написал ему сообщение с просьбой предупреждать, если покидает общежитие по личным причинам.

— Сколько его не было? — уточнила Минсо.

— Не знаю, — замявшись, ответил Чунхо. — Хару, Тэюн и Шэнь вернулись в общежитие еще до семи вечера, когда Хару вышел — я не заметил, скорее всего — до половины восьмого. Приехал в одиннадцать. У меня смс от него есть — он отправил, когда зашел в общежитие. Он… что-то натворил во время отлучки?

— Еще не знаю, — ответила Минсо, — Но дома он, по всей видимости, не был. Теперь… Я тебя прошу быть осторожнее, это очень проблемная тема. Если мы правы, я с ним сама разберусь, ты должен делать вид, что не в курсе. Понял?

Чунхо кивнул.

Минсо сама наняла его. Как выездной менеджер он весьма неплох. Нагловат, не боится отстаивать свои права, не преклоняется перед парнями из группы. Именно такой и нужен, чтобы защищать интересы молодой группы. Но при этом… Чунхо грубоват, он не подходит для обсуждения настолько деликатной темы с восемнадцатилетним парнем.

— Какие отношения у Хару и Хон Хесон? — спросила Минсо.

Чунхо замер на секунду, а потом в ужасе выпучил глаза.

— Ты что-то знаешь? — спросила Минсо.

— Не то, чтобы знаю, просто… ну, был странный момент, о котором вам не рассказывали. Когда он должен был делать фотографии с книгами… В тот день я думал, что познакомлюсь с ним в агентстве. Хотел взять рекламную одежду, все ему объяснить, подвезти его и продюсера Хон до нужного места. А мне девушки-стилистки сказали, что продюсер Хон забрала пакет с вещами сама. В агентство Хару в итоге так и не пришел. Когда они заезжали в Gentle Monster за очками, он уже был в одежде для фотосессии, то есть… в общем, я тогда подумал, что, либо продюсер Хон заезжала с вещами к нему домой, либо… он переодевался у нее дома.