Вань, я не Яга! История попаданки (СИ) - Ха Елена - Страница 15

— Улечка, с тобой все в порядке? Ты ранена? — кинулся ко мне Ваня и попытался поставить меня на негнущиеся ноги.

— Ранено мое самолюбие, — с трудом разгибая поясницу, пожаловалась я, — Ни на что не гожусь: ни ходить, ни летать…

— Помню, я после первого полета час лежала, встать не могла, меня всю скрючило, — попыталась подбодрить меня Ягуся, — А ты вона, даже на ногах стоишь. Не наговаривай на себя!

Я резко наклонилась и поймала рыжего кота, взяла на руки и погладила. От неожиданности Ягуся сжалась в рыжий комок, но поняв, что ее решили просто потискать, начала ворчать и сопротивляться:

— Отставить эти телячьи нежности! У тебя для них есть Ваня! Давайте уже орать Горыныча!

— Орать? — удивились мы хором с царевичем.

Парень смотрел на меня с котом, умильно улыбаясь. Рядом с ним подпрыгивала в нетерпении метла. Все-таки как непредсказуема жизнь. Я еще неделю назад планировала день рождения и обзванивала родных по мобильному телефону, получая отказы, а теперь вокруг меня сказочные герои, будто я в бреду или во сне. Но, как бы там ни было, я поняла, что просыпаться не больно-то и хочу.

— Да, но кричать нужно очень дружно. Иначе Горыныч не услышит, — подтвердил кот-яга, которому удалось вырваться из моих нежных объятий. Он снова стоял на своих четырех лапах, гордо задрав хвост.

— Змей глухой? — удивилась я.

— Нет, просто он храпит всеми тремя головами. При таком грохоте трудно что-то еще услышать.

— Но почему мы его не слышим? — удивилась я.

Кот недовольно махнул хвостом и пробубнил себе в усы:

— Ну, может и не спит тогда. Считай, нам повезло!

Мы с Ваней переглянулись, одновременно набрали побольше воздуха в легкие и как заорем:

— Горыныч! Горыныч, выходи! Помощь твоя нужна. Гооорыныыыч!

Тут мы выдохлись, а вокруг так ничего и не изменилось. Шумел кронами лес, трещали на разные лады птицы, жужжали насекомые. Природа казалась родной и знакомой, потому что была точно такой, как в деревне у моей бабушки. Я чувствовала себя здесь спокойно. Но неожиданно огромный холм, у подножья которого мы стояли, завибрировал, сверху на нас посыпались сухие веточки и листья. Ваня тут же обнял меня, прикрывая от возможных ударов. Я и сама втянула голову в плечи и сжалась, но продолжала внимательно следить за окружающим миром. Поэтому отчетливо увидела, как часть склона, покрытого цветочным ковром, замерцала и исчезла, а из образовавшейся огромной пещеры вылезло три заспанные головы, и самая сердитая проворчала:

— Кто осмелился мешать нам отдыхать? Кто решил стать для нас завтраком?

Веселая морда первая нас рассмотрела внизу и радостно поприветствовала:

— О, Ягиня! Привет! Ты нам богатыря решила скормить? А почему он один? Нам нужно три!

Ваня напрягся, я заметила, как его рука легла на рукоять меча, и поспешила разъяснить ситуацию:

— Горыныч, миленький, нам помощь твоя нужна. Ваня мне еще пригодится, его есть никак нельзя.

— Что тебе нужно? — сердито спросил Ворчун.

— Очень прошу, подкинь моего кота к тому дереву, — проговорила я, сложив в молитвенном жесте руки и сдвинув бровки домиком.

— Хотите у Кощея волшебный орех украсть? — усмехнулся Весельчак и радостно добавил, — Я в деле!

— А почему сама на метле за орехом не слетаешь? — резонно поинтересовался Умник.

— Я долететь смогу, а вот по веткам скакать мне уже не в мочь.

— Тогда пусть метла этого зверя отнесет, — предложил Весельчак.

— Ты смерти безвинной животинке желаешь? — возмутился кот.

— А может, Ваня твой полетает, — подкинул идею Ворчун.

Я и кот, не сговариваясь, одновременно глянули на Ваню, а метла даже попробовала поднырнуть под него, но царевич отскочил от нее, как от чумной.

— Я на ней не удержусь, лучше уж тогда через сад, авось снова повезет! — поднимая руки вверх, заявил парень.

— Мужик нынче слабый пошел, ни тебе авантюризма, ни бесшабашной отваги… — вздохнул кот.

— Горыныч, помоги, тебе же это раз плюнуть! — снова принялась я канючить.

— Я против! — засопел Ворчун, — Нам с соседом ссориться ни к чему. Тем более он сильный темный колдун. Превратит нас в статую или лишит способности летать!

Я с мольбой посмотрела на третью голову. Знайка с задумчивым видом уставился вдаль.

— Горыныч, миленький, помоги, я в долгу не останусь!

Умная голова тут же встрепенулась и важно изрекла:

— Баба-яга нам всегда помогала. Вон какое отличное зелье для наших крыльев сварила. До сих пор какой размах. Драконы все позеленели от зависти, — заговорил Знайка.

— Они и так всегда зелеными были, — проворчала сердитая морда.

— Я фигурально выразился, не мешай! — отмахнулся от соседа по туловищу умный оратор, — Если и дальше будешь варить нам это зелье по первому требованию, я согласен помочь тебе украсть волшебный орех!

— Без проблем! Считай, что безлимитный пожизненный абонемент на мои услуги у тебя в кармане! — заверила я Змея. Кот икнул и философски заметил:

— Только имейте в виду: зелье для роста крыльев можно принимать не чаще одного раза в полгода, а то могут и отвалиться.

Знайка сощурился и посмотрел на меня, я только руками развела:

— Тебе решать. Но я в любой момент готова!

— Ладно! Все равно согласен, — подвел итог переговоров Знайка.

— А я нет! — грозно заявил Ворчун.

— Ворчун, миленький, я и твое любое желание исполню. Очень надо! — взмолилась я.

— Как ты меня назвала? — возмутилась сердитая морда.

Остальные две старались скрыть нервные смешки, но получалось у них плохо. Первым не выдержал Весельчак и заржал в голос:

— Ха-ха-ха! Как метко ты его обозвала! Ворчун!..

Даже умник, не скрываясь, потешался над собратом, тот сопел и хмурился от обиды. Я чувствовала, еще немного и накроется наша миссия по заполучению волшебного ореха.

— Я не только ему прозвища дала, — как бы между прочим заметила я. Кот застонал и забрался в кусты, даже Ваня отступил к раскидистой рябине. Зато оживился Ворчун:

— И как же ты прозвала этих оболтусов?

Безымянные пока головы переглянулись и с любопытством уставились на меня:

— Ты Весельчак, а ты Знайка, — указывая на соответствующие морды, сообщила я.

Повисло молчание.

В кустах тихо молился кот, у рябины топтался Ваня, а я не дышала несколько долгих, томительных мгновений в ожидании затянувшейся паузы…

Головы Горыныча переглянулись, у Ворчуна открылся рот, у Знайки поползли вверх брови, а Весельчак неожиданно расхохотался. Еще мгновение, и все три морды тряслись в неудержимом приступе смеха.

— Когда?..

— Как давно…

— … ты нас так называешь? — перебивая друг друга, спросили чешуйчатые головы.

Я тихонько выдохнула и максимально честно ответила:

— Недавно…

— А ты забавная! — сообщил мне Весельчак, почти уткнувшись в мой мухомор носом.

— Давно я так не смеялся, — признался Ворчун, отпихнув от меня собрата.

— Я рада, что смогла вас развлечь, — искренне откликнулась я.

Кот вылез из кустов и громко мяукнул, напоминая мне, ради чего мы здесь оказались. Ваня тоже шагнул ближе ко мне и посмотрел на морду Ворчуна с осуждением: слишком уж близко он был от меня.

— Ладно, отнесем мы твоего кота к ореху, — не замечая никого вокруг, согласилась самая вредная морда, остальные довольно закивали.

Я захлопала в ладоши и чмокнула на радостях Ворчуна в нос. Тот моргнул длинными редкими ресницами и покраснел, натурально так до середины шеи. Остальные головы игриво заулюлюкали, а Ваня нахмурился.

А я что? Я просто очень рада, что скоро окажусь в своем теле… От этой мысли мне вдруг стало грустно. Ведь это значило, что я больше никогда не увижу Ваню.

Тяжело вздохнув, я схватила с земли кота и закинула на шипастую спину Змея Горыныча. Не успел кот прийти в себя от столь резкой смены дислокации, как трехголовый ящер взмахнул своими обновленными гигантскими крыльями и воспарил над нами. Увидеть перекошенную от страха рыжую морду кота-яги — бесценно!