Наследник пепла. Книга V (СИ) - Дубов Дмитрий - Страница 29

— Слободан, — её губы растянулись в тёплой улыбке, глаза блеснули искренней радостью, — рада видеть вас в добром здравии.

Вирго склонился в почтительном, но не раболепном поклоне, намеренно задерживая движение на долю секунды дольше положенного. Поднимаясь, он устремил на императрицу такой жгучий взгляд, что та невольно опустила ресницы, а под слоем пудры на её щеках проступил лёгкий румянец.

— Благодарю, Ваше Императорское Величество, — его голос звучал тёплым бархатом, с лёгкой хрипотцой. Он намеренно сделал паузу, облизнув губы, — Я не могу выразить всю благодарность, исходящую из моего жаркого сердца… — его рука непроизвольно прижалась к груди, — за то, что вы не оставили меня в столь плачевном состоянии, ничего не помнящего и не знающего о себе и о мире. Если бы не ваше упрямство… — он нарочито замолчал, делая выразительные глаза, — я не знаю, как существовал бы. Моя благодарность вам не знает границ. — Его взгляд, казалось, физически ощущался на коже императрицы. — И знайте, моя душа и сердце навеки принадлежат вам.

Императрица слегка закачалась в кресле, её пальцы сжали подлокотники. Вирго заметил, как вздрогнули её ноздри и участилось дыхание. Последние слова явно попали в цель.

— Слободан… — её голос дрогнул, она сделала паузу, собираясь с мыслями, — ваши слова затронули струны в моём сердце. — Она нервно провела языком по губам. — Я рада, что с вами всё в порядке, мой добрый друг. — Внезапно вспомнив о своём статусе, она выпрямилась, но глаза продолжали выдавать волнение. — Я не успела высказать вам своё восхищение от проделанной работы по открытию дендрария. Так знайте же, что вы сделали великое дело не только для меня, но и для всей империи. Однако же… — её брови сдвинулись, — живём мы в неспокойные времена. И вызовов всё больше, с которыми приходится сталкиваться мне и империи под моей рукой. — Она сделала властный жест. — Что вы можете рассказать о ситуации в Академии?

Вирго искусно изобразил скорбь, опустив голову и сжимая виски пальцами:

— Прежде всего хочу отметить, что моё сердце радуется от того, что вы не застали творящийся там ужас. Дело в том, что, видимо, система была взломана со стороны демонов. Более того, они оставили на телепортационной стеле некое вещество либо форму жизни, которая не подвластна ни нашим алхимическим реагентам, ни магии, ни механическим воздействиям, — он развёл руками. — Её пытались травить, сжигать, замораживать, скоблить, обливать кислотой. Но пока все зря. Эта форма жизни выглядит не то как лишайник, не то как мох, и постепенно обволакивает стелу. Среди военных бытует мнение, что необходимо взорвать стелу для того, чтобы упредить возможный удар со стороны противника, — озвучил он версию военных, изображая из себя верного подданного империи и объективного докладчика.

— Это все понятно, ты мне скажи, что с потерями. Все-таки это сердце столицы её лучшая академия, находящаяся под патронажем короны.

— В этот раз жертв среди мирного населения вышло больше, чем даже во время прорыва Коктау. Всё же там люди привычные, боевые, а здесь очень много было пусть и одарённых, но не имеющих боевой закалки, а потому жертв много.

— А кто виновен в том? Я же давала приказ снизить мощность. Вы же сами давали такую рекомендацию.

— Все верно, ваше императорское величество. Такие рекомендации были разосланы по всем Телепортационным стелам, однако же из-за Дня Урожая, из-за наплыва гостей в столицу, из-за участия очень многих Семей в торжествах частично оборонительные сооружения в академии были разобраны. А стела переведена в режим постоянной работы ещё и потому, что рядом проходили соревнования боевого факультета. Им требовалась постоянная подпитка магического фона.

— Романов в своём уме из-за одного праздника он думал, что его петух жареный в темечко, не клюнет? — разъярилась императрица.

— К моему великому сожалению, он его все-таки клюнул, Вирго сделал печальный взгляд, при этом, едва сдерживая улыбку, — Романов погиб во время прорыва, так же, как и ещё пять преподавателей академии, закрывая собой студентов. Погибло так же ещё четыре десятка студентов со всех факультетов. Относительно малой кровью отделались боевики. Среди гражданских жертв пока ещё считают, пока это выходит что-то около ещё пяти десятков.

— Боги, за что же вы так с нами? Ну, Романову повезло, что он своей грудью закрыл детей, иначе я сама бы его вздёрнула на этой телепортационной стеле, — рыкнула императрица. — Ну что же все-таки делать? Слободан, что нам делать с этой непонятной формой жизни?

— Я бы посоветовал попробовать обождать ещё хотя бы день или несколько дней провести на ней всевозможные эксперименты. Все же, как ни крути, но так просто сразу же взорвать стелу — это показать слабость нашей науки. Все же день-другой у нас должны быть, прежде чем совершится нечто непоправимое на взгляд военных. Так почему бы не потратить их на изучение? А подорвать её мы всегда успеем.

Вирго исподволь влиял на императрицу, склоняя её к необходимому решению. Насколько он помнил, накопителю требовалось поглотить полностью весь ретранслятор для того, чтобы подключиться на полную мощность к местным источникам энергии и для получения полного контроля над ретранслятором. А для этого нужно было минимум сорок восемь часов. Благо, что не существовало среди людей таких способностей и таких реагентов, которые бы смогли её уничтожить, это новейшая разработка. И самым обычным оружием её не возьмёшь. Возможно, если бы здесь были высшие демоны из их мира, их магия могла бы подействовать, но он сомневался в том, что люди могли что-либо сделать с накопителем, а вот уничтожить ретранслятор они могли, лишив заодно подпитки форму жизни накопителя. И вот это было как раз нежелательно.

— Я подумаю над твоими словами, Слободан. А пока же… — она резко обернулась к окну, её плечи опустились от усталости и веса ответственности.

Вирго терпеливо ждал, наблюдая, как её пальцы впиваются в подоконник. Когда она обернулась, он уже стоял в двух шагах, держа изящную шкатулку.

— А пока же, Ваше Императорское Величество, — Вирго раскрыл небольшую шкатулку, в которой красовался золотой перстень с искусно вырезанной розой из розового коралла. — я хотел бы преподнести вам дар в честь той розы, которой Ермолов пытался снова заполучить ваше расположение. Я хотел бы подарить розу, символизирующую трепет моего сердца при виде вас.

Он осторожно раскрыл коробочку и успел заметить, как промелькнул довольный блеск во взгляде императрицы, ведь на коралле серебряными капельками блестели маленькие бриллианты, огранённые и сверкавшие в свете магических светильников.

— Какая прелесть, Слободан, — улыбнулась совершенно по-женски императрица, снимая маску государыни и становясь женщиной. Примерив перстень на палец, она, как совершеннейше юная девчонка, крутила подарок в свете и так и этак, наблюдая за преломлением света в бриллиантах.

— Поверьте, этот подарок не достоин даже сотой части блеска ваших глаз, — продолжал источать комплименты Вирго, исподволь влияя на императрицу. Та зарделась. Одного мгновения хватило, чтобы Вирго сократил дистанцию между с государыней и прижался к её губам. Нет, как и всякая женщина, она все же попыталась его сперва оттолкнуть первые пару секунд. Однако же очень быстро сдалась на милость победителю.

«Слабые, слабые человеческие самки», — про себя думал Вирго, укладывая императрицу на атласные простыни и освобождая от одежды. Ласки становились всё жарче и откровенней, так гораздо проще было раскрыть её сознание и параллельно исследовать его в поисках необходимой информации. Удовлетворив и не единожды императрицу, он со смехом уставился на некий амулет, который якобы должен был её защищать от чего-то.

«Уж не знаю, от чего он должен защищать, — про себя подумал Вирго, — однако же явно не от меня».

Довольная, счастливая императрица спала наведённым сном. А тем временем Вирго уже перебирал папки в её кабинете, откопав в памяти императрицы нужную информацию о магическом полупроводнике, увеличивающем эффект применения магической силы. Судя по всему, это было именно то, что ему нужно. Найдя в кабинете документы с исследованиями, а также приложенную к ним справку о нахождении месторождения в другом конце света, да ещё и в холоде и льдах, Вирго тщательно прочитал и заполнил её. Теперь он знал, где находится нужный ему минерал.