"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Катлас Эдуард - Страница 338

— Нет. Сильно ветрено. Пойдём назад.

Мы спустились вниз на лифте и вернулись в зал для совещаний.

— Артём налей всем. Помянем.

Артём разлил коньяк по стаканам.

— Скажите чтонибудь — сказал я.

— А что говорить? Я его не знал — сказал Артур.

— Артём?

— Покойный был сволочью. Я знаю, что о покойниках либо хорошо, либо ничего. Но мне нечего сказать хорошего о нём. Он был упырём. Да и ещё он был талантливым организатором и упырём.

— Вольф?

— Я его тоже не знал, но благодаря технологии продления жизни, я сейчас говорю с Вами.

— Вот это да! Человек десять лет руководил этой компанией, а даже сказать про него нечего. И от него ничего не осталось, ни денег, ни собственности, ни наследников, даже могилы у него нет. Роман?

— А я считаю его дураком. Он жертва собственных амбиций. Он мечтал стать бессмертным, и всё себе забрать. А что в итоге получил? Сотни трупов, разрушенные семьи и ничего.

— Не глупость, а жадность. Всё себе в собственный карман. В итоге он всё потерял. Может, я скажу банальные слова, но нельзя быть таким жадным. Это до добра не доведёт — сказал Артём.

— Что будем делать дальше? — спросил Вольф.

— А ничего. Его нет, как будто никогда и не было. Будем жить дальше. Заседание окончено. Идите работать — сказал я.

Все ушли. В зале остались только мы с Романом.

— Что ты на всё это думаешь?

— А что тут думать? Комитет добрался до него и убил. Твоё решение рассказать миру о котельной оказалось верным, хотя я и хотел сжечь это проклятое место.

— Он умер, а на душе както не легче.

— Конечно. Твоего брата это не вернёт и семью его тоже.

— Я знаю. Надо его как можно быстрее забыть, как страшный сон.

Вечером я всё рассказал Марте.

— Я знаю, сколько горя он причинил тебе и твоей семье. А теперь они отомщены — сказала она.

— Я уже не хочу мстить. Раньше этого хотел, а теперь у меня новая жизнь. Мне это неинтересно. Лучше расскажи как дела у Полины?

— Она ничего не говорит, но уже всё понимает. Я думаю, что она скоро начнёт говорить.

— Ей только полтора года ещё слишком рано.

Внезапно раздался звонок. Телевизор включился, и на экране появилось взволнованное лицо Романа. Я нажал кнопку на пульте и появился звук.

— Шеф срочно приезжай, нужно твоё присутствие.

— Что случилось? — спросил я.

— Умерла Галина Петровна, мама Артура.

— Понял. Выезжаем.

— Не надо. Я заеду за Вами на своей машине.

Через пятнадцать минут мы вышли из особняка и сели в припаркованный автомобиль.

— Как это случилось? — спросил я, когда сел в машину.

— Сердечный приступ. Инфаркт. Артур вызвал скорую, но она приехала слишком поздно. Врачи констатировали смерть.

— А от чего сердечный приступ? Она не выглядела больной.

— Артур ей в красках рассказал о смерти Круглова. Не надо было ему смотреть это видео.

— Странно. Круглов умер, но продолжает убивать.

Мы приехали к дому Артура. Дом был обычный, девятиэтажный. Квартира, в которой они жили, была обычной двухкомнатной квартирой. Его мать лежала на диване в большой комнате. Сам он был в маленькой комнате. Он сидел на диване и тупо смотрел в одну точку.

— Артур как ты себя чувствуешь? — спросил я.

— Всё нормально, всё хорошо — сказал он, не отрывая взгляда.

— Как это произошло?

— Мы с ней разговаривали, а потом она схватилась за сердце и упала на пол. Я побежал за водой, а она уже мертвая лежит — он говорил спокойным голосом, как будто рассказывал, что ел на завтрак.

— Тело твоей матери сейчас заберут в морг. Ты останешься один. Может, поедешь с нами?

— Нет, друзья. Спасибо за заботу, но я останусь здесь. Смерть это всего лишь начало. Вы умираете, чтобы возродиться в более лучшем мире. Мама уже в лучшем мире и скоро мы все будем там.

— Не говори так. Тебе ещё жить и жить.

— Нет, я знаю. Её смерть — это знак свыше. Мы не должны отрицать смерть, иначе наша душа не сможет совершить переход и застрянет в этом мире.

Я понимал, что он сейчас в таком состоянии, что его невозможно будет переубедить. Я отошёл в сторону и подозвал Романа.

— Его нельзя оставлять одного в таком состоянии — сказал я.

— Я найду ему психолога. Он успокоит его — сказал Роман.

— Хорошо. Организуй похороны. Я всё оплачу.

— Сделаю шеф.

Галину Петровну похоронили через три дня на одном из московских кладбищ. Мы думали, что Артур восстановиться, но даже спустя месяц он так и не вышел на работу. Мы сидели в офисе, когда зашёл Роман. Он снова включил телевизор. На этот раз на экране был Артур. Он стоял на крыше здания и размахивал руками, при этом чтото крича.

— Что он кричит? — спросил я.

— Да всё тоже. Что смерть это всего лишь переход. Что её не надо бояться — сказал Роман.

— Это запись?

— Да. Двадцать минут назад он прыгнул со здания.

— Он что хочет умереть? Но он же аватар! Он не может умереть!

На экране Артур сделал шаг и полетел вниз.

— Чёрт! Что с ним такое? — спросил я.

— Психическое расстройство — ответил Роман.

— Я понимаю. Смерть матери.

— Нет. Смерть матери лишь триггер. Он с детства страдал психическим расстройством, поэтому его мать и стала психологом. Она помогла ему, и он разработал свою теорию. А сейчас он окончательно сошёл с ума.

— Но аватара нельзя убить!

— Я знаю. Что прикажете делать шеф?

— Вытаскиваете его из капсулы и помещайте в психушку. Для нас он в таком виде бесполезен.

— Даже бессмертие не может спасти от безумия.

— Это точно. Слаб человек.

Артура вытащили из капсулы и отправили в закрытую психиатрическую лечебницу. Дальше события шли своим чередом. До выборов оставалось два месяца, когда у нас в офисе раздался неожиданный звонок. Это был Кайдановский. Я включил звук.

— Здравствуйте Владимир Владимирович! Что Вы хотели? — спросил я.

— Что я хотел? Здоровья мне желают! А я не знал, что Вы такие мошенники — сказал возмущенно Кайдановский.

— Мошенники? О чём это Вы?

— О чём я? Вы меня обманули! Вы говорили, что Ваши заводы нужны, чтобы выращивать аватаров. А что в итоге оказалось? Что эти заводы нужны для производства всего на свете! Вы что думаете одни такие умные? У меня ведь есть и другие лоббисты. Они крайне недовольны.

— Подождите, но если этот завод будет производить всё на свете, то будут созданы новые рабочие места. Люди получат дешёвые, качественные продукты.

— А другие заводы разоряться и закроются! Тысячи людей останутся без работы! Нет! Я с Вами больше не работаю! Я верну Вам все потраченные деньги!

— Но нам нужны законы, а не деньги!

— Вы что не понимаете, что сорвали мне всю предвыборную компанию? Всё! Разговор окончен! — с этими словами он выключил связь.

— Что это было? — спросил я, у сидевшего рядом Романа.

— Не знаю, но скоро выясню. Одно можно сказать точно — гдето произошла утечка. Я обязательно выясню где.

Роману не пришлось долго искать. В одну из наших многочисленных лабораторий при заводе биосинтеза устроился специальный корреспондент одного из федеральных каналов. Он устроился под видом обычного лаборанта. И в этой лаборатории ему обо всём и рассказали. Роман принес видео и мы вместе с ним и посмотрели.

— А что здесь такое? — спросил корреспондент.

— Здесь мы разрабатываем технологии выращивания зерновых — ответил собеседник.

— Зерновых? Я думал, Вы экспериментируете с человеческими клетками.

— Нет, что Вы! Мы здесь искусственно выращиваем зерновые культуры.

— А зачем это нужно?

— Ну, вот смотрите. Что нужно сделать, чтобы вырастить пшеницу надо вспахать и засеять поле. Процесс этот небыстрый. Первый урожай можно собирать через 34 месяца. А с биосинтезом всё происходит намного быстрее. Что для нас самое ценное в зерновых? Зерно! Нам не нужно бросать семя в землю и ждать, когда появятся первые ростки. Нам не нужно ждать, когда сформируется колос и начнёт наливаться соками. Само зерно мы можем выращивать отдельно из стволовых клеток! Причём не надо ждать три четыре месяца! А что самое ценное в зерне? Клейковина! А она находится в зародышевой части зерна. Мы можем выращивать её отдельно! То есть мы можем вырастить зерно с заданными характеристиками в любом количестве, а урожай мы можем снимать два раза в день! Из зерна делается мука, а из муки делаются хлебобулочные изделия. Всё это будет производиться здесь на заводе.