Развод. Я его так любила (СИ) - Грин Анна Кэтрин - Страница 28

— Нет, Владимир, я понимаю, что да, так бы поступил любой на вашем месте, но никого другого не было, поэтому так поступили вы. Я очень вам благодарна.

— Зоя Марковна. У меня до сих пор лежит ваша щетка, которой вы расчищаете снег на машине. Так что давайте мы как-то уравновесим эти благодарности и не будем больше вспоминать о том, что у нас в скорой работают безрукие идиоты.

Я прикусила губу и покачала головой.

— Вы так рассуждаете, как будто бы…

— Я так рассуждаю, потому что имею на это полное право. Я на протяжении последних двадцати лет проработал военным врачом, и это надо обладать отсутствием мозга для того, чтобы не понять, сердечный приступ перед ними или нет.

— Ну, знаете…

Владимир резко вскинул голову, развернулся ко мне. Теперь, когда на его лице не было недовольства, а застыло какое-то смирение перед действительностью, он показался мне моложе, чем есть на самом деле.

— Но, знаете, Зоя Марковна, На самом деле я очень рад, что все обошлось, а сейчас я просто по-старчески брюзжу.

Глава 32

Зоя

Я почему-то от этого его «по-старчески брюзжу» захотела засмеяться, но вместо этого я резко опустила глаза и спрятала улыбку.

А Владимир, все-таки прочитав мои эмоции правильно только заметил:

— Да вот так вот, иногда бывает, смотришь на работу молодых специалистов, и шерсть на всех местах становится дымом, а мне ещё казалось, что мой преподаватель в институте был излишне строг, когда брался за линейку и ходил, лупил по столу в анатомичке. Нет, он просто знал, что все вот так и будет, просто кто-то сдаёт экзамены за счёт богатых родителей, а кто-то… А кто-то и не сдаёт эти экзамены. А потом выясняется, что работать в медицине некому. Убрали по последним решениям минздрава все надбавки медсёстрам, сократили младший медперсонал, и в итоге оказываются фельдшерами люди без какого-либо опыта, а ведь это важная работа, ведь важно вовремя уметь среагировать.

Я подозревала, что у Владимира с реакцией все нормально, потому что работать военным врачом, уж какая у него была специализа, я не знала, но это стоило многого.

— Спасибо ещё раз огромное, — тихо произнесла я. И в этот момент двери лифта открылись.

Владимир, прижавшись к боку лифта, махнул рукой, чтобы я вышла вперёд, и я проскользнула мимо него, медленно спустилась по трем ступенькам вниз и мимо консьержки прошла на улицу.

Снег был крупный и медленный, я осмотрела дорожки, присыпанные им, и покачала головой: можно было просто никуда не уходить, а посидеть на детской площадке, либо пройтись вдоль сквера, который разделял наш дом и соседний.

Дверь подъезда закрылась, и тяжёлые шаги прохрустели по снегу.

— А вы не боитесь? Одна после того случая куда-то выбираться?

— Боюсь, — тихо сказала я и засунула руки в карманы. Мобильник лежал в одно из них и неприятно холодил кожу ладоней. — Ну и сидеть на протяжении недели взаперти мне тоже как-то уже надоело.

— Где же ваш супруг? Хоть бы вывел вас на улицу или свозил куда-нибудь.

Опасная тема была затронута, и я, тяжело вздохнув, не решилась никак отреагировать на эту фразу, поэтому Владимир правильно считал эмоцию и предположил сам:

— Понятно все, видимо, не так просто все, как это бывает.

— Наверное, — заметила я и посмотрела в сторону тропки, которая вела к супермаркету. —Ну, чтобы совсем не страшно было, пойду прогуляюсь хотя бы до магазина.

— Давайте составлю компанию, а то у меня очередная порция пельменей кончилась, — тихо сказал Владимир, и первый спустился по ступенькам на тропинку.

Я пожала плечами. Я ничего не теряла, а находиться рядом со знакомым человеком было намного комфортнее, потому что противная язвочка того, что вдруг со мной что-то случится, и я опять не смогу никак отреагировать, продолжала сверлить и сверлить мозг.

— А вы, получается, на пенсии? Да?

— У нас же вредность. Плюс всю жизнь по гарнизонам мотался. Это тоже делает определённые надбавки.

— А сейчас, вы не работаете?

— Я сейчас, скорее всего, просто в долгом отпуске, — выдохнул Владимир и немного сбавил шаг, чтобы я не торопясь бежала за ним.

— Это как это так?

— Это так, что я уже немножко подустал. Тем более с моей специализацией: травматология надо быть достаточно жёстким человеком, а я пока ради профессии ковырялся, все в жизни просрал.

Я замолчала, не зная, как реагировать на такие фразы.

— У вас дочь молодая красавица, умница, а у меня кот, который жрёт сосиски в кожуре, а потом сплёвывает в цветок сестры. Сестра почему-то свято верит в то, что если расставит у меня какие-то фикусы по квартире, то из-за этого приманит в мою жизнь какую-то постоянную и надёжную женщину. А я слишком привык жить один для того, чтобы терпеть присутствие чужого человека.

— Ну это же на самом деле только в начале человек будет чужим…

— Зоя Марковна, вот если б мне было двадцать лет, возможно бы я и понял эту ситуацию, но мне за сорок, я уже как бы в конце, понимаете? Поэтому немного отдохну и снова поеду. Хоть уже и стоит где-то поперёк горла вся моя работа, можно было бы спокойно уйти в институт, читать лекции, хотя бы на семинары, либо в анатомичку. Но у меня же нет своеобразной квалификации на эту работу. Опять-таки пришлось бы что-то менять в собственной жизни, а мужчина за сорок это тот зверь, которому перемены хуже неволи.

Я прикусила губу.

Вот если бы Виктор рассуждал точно так же, как Владимир, о том, что мужчине за сорок перемены хуже неволи, может быть, у нас бы и сохранился брак, может быть, не появилась бы его любовница.

Я как-то сразу откатилась в воспоминания о муже, и Владимир, как будто бы поняв, что сказал что-то лишнее, медленно притормозил.

— Зоя Марковна, вы бы хоть что-то сказали, а то я не понимаю в тему ляпнул или обидел?

— Нет, нет, вы что? — Замахала я руками и поняла, что мы наконец-таки добрались до супермаркета. — Я просто о своём, о переменах и так далее.

— Ну да, вас они ждут неплохие, — заметил мягко Владимир, и я почему-то ощутила, как щеки залило краской.

— Вы слышали? Да, конечно, слышал, ваша дочь так переживала об этом, можно сказать у неё после вопроса к вашему сердцу второй вопрос был исключительно к вашей беременности. Поэтому поздравляю. Это очень большой шаг. Очень важный шаг, очень трудный шаг. На самом деле от души поздравляю.

Я невнятно пробормотала, благодарности и первая юркнула в дверь супермаркета.

Привезли китайские мандарины, которые с веточками. И я набрала их целый килограмм. Потом вспомнила о том, что Роза с утра говорила, что последнее манго сделала ноги из холодильника три дня назад. Пришлось его взять. И вообще, когда я посмотрела на свою тележку, то пришла к выводу, что проще было заказать доставку, потому что как переть это все одной без машины я не представляла.

Я и так старалась делить покупки на несколько категорий. Все, что бытовое привозили по доставке. Какие-то крупные пищевые продукты мне тоже привозили, но из другой доставки. В основном я выбиралась только за мясом, рыбой и овощами с фруктами, что не отдать на откуп сборщику в супермаркете.

Осмотрев свои товары, я прикусила губу и покачала головой.

Да в любом случае можно и такси вызвать до дома, заплатить таксисту, чтобы он поднял продукты. Но в этот момент откуда-то из-за прилавка с пакетом пельменей и упаковкой почти готовых чебуреков появился Владимир.

— Правильное питание… Похвально, — заметил он. — Но вы не бойтесь, не бойтесь, Зоя Марковна, раз уж я вас сюда привёл, я уж отсюда вас и выведу. Идёмте на кассу.

Мне показалось неловким становиться в одну кассу с Владимиром, поэтому, когда я увидела, что у соседнего стеллажа очередь немного рассосалась, то я тихо произнесла:

— Я туда пойду, там быстрее, по-моему, идёт. Владимир смерил меня взглядом и поиграл бровями, а я, быстро развернувшись, пошла и стала выкладывать на ленту продукты. Все оплатила, посмотрела на два пакета, по-прежнему стоящие в тележке, и все-таки потянулась за мобильником, но в этот момент сосед приблизился, наклонился, вытащил сумки и произнёс: