Безумный барон (СИ) - Гросов Виктор - Страница 31

Саму рукоять мы обмотали тончайшими полосками кожи, под которые я настоял вплести «перо феникса». Елисей сначала возражал, говорил, что это кощунство, такой артефакт надо держать в руках, чтобы чувствовать «потоки». Я же ему на пальцах объяснил концепцию «теплоотвода» и «стабилизатора напряжения». Эта огненная птичка была ходячим огнеметом, ее перья обладали уникальным свойством — поглощать избыточную, «грязную» энергию. Перо должно было работать как предохранитель, не давая нашему «агрегату» пойти вразнос и спалить руки владельцу. Ну и бонусом, как я надеялся, оно добавит пассивный эффект регенерации. Починка — его первоначальное свойство, как-никак.

В центре гарды, в месте, где лезвие переходит в рукоять, сиял, даже в полумраке, «сердцевинный кристалл драконьего огня» от леди Вероники. Это был наш «центральный процессор». Горячее, пульсирующее сердце всей конструкции. Он должен был обрабатывать «команды» — мои приказы — и распределять энергию от «батарейки» по остальным «модулям».

А вдоль самого лезвия, в специально выточенных дедом Михеем пазах, мы разместили резонансные кристаллы с земель Волконских. Они были нашими «излучателями» и «усилителями». Как диффузор в динамике, они должны были принимать «сигнал» от процессора и преобразовывать его в нужный эффект: будь то усиливающее поле для союзников или разрушительная вибрация для врагов.

— Ну что, ваше благородие, — прошептал Елисей, вытирая пот со лба. — Может, начнем? Духи благосклонны, луна в нужной фазе…

— Елисей, хватит про духов, — я хмыкнул. — Считай, что мы не молимся, а вводим пароль от вай-фая. Ты начинаешь «инициализацию», подаешь первичный импульс. А я беру управление на себя и запускаю систему. Понял?

Он нервно сглотнул и кивнул.

Елисей затянул свою заунывную песнь. Слова были древними, непонятными, воздух в лаборатории начинает вибрировать. Энергия стекалась к мечу. Я положил руки на рукоять и закрыл глаза, сосредоточившись. Я внимательно смотрел на все «магическим зрением». Так, «включение питания». Я мысленно направил поток энергии от песнопений Елисея в «батарейку»-минерал. Тот жадно втянул в себя силу, и я ощутил, как он «зарядился». Хорошо. Теперь «запуск ЦП». Я послал импульс в драконий кристалл.

И тут все пошло не так.

Кристалл не «включился», он взревел. В своей голове, буквально внутри черепной коробки, я услышал яростный, оглушительный вопль пробудившегося зверя. Меч на стенде задергался, из гарды ударил сноп багровых искр. Резонансные кристаллы на лезвии засветились и начали вибрировать с такой частотой, что со стола посыпались склянки. Лабораторию затрясло.

— Единый! Гнев древних! — запричитал Елисей, падая на колени.

К черту гнев! Перегрузка!

Процессор работал на запредельной мощности, система не справлялась с напряжением! Инстинктивно, повинуясь логике, я сделал то, что делают при перегреве — сбросил давление. Мысленно я перенаправил бушующий поток энергии с драконьего кристалла на «систему охлаждения» — на перо феникса.

Обмотка на рукояти вспыхнула золотистым пламенем, не сгорела. Перо жадно впитало в себя избыток ярости, и рев в моей голове сменился удивленным вздохом. Вибрация прекратилась. Багровое свечение кристалла стало ровным, а кристаллы на лезвии засияли спокойным голубоватым светом. Меч лежал на стенде, тихо пульсируя силой.

И в этот момент я почувствовал нечто. В моей голове, на периферии сознания, прозвучал даже не вопрос, а скорее ощущение. Такое тихое, чистое, как первый звук в сотворенном мире.

…Светло?..

Я опешил. Это было не мое. Это было от него. От меча. Похоже, собрав достаточно сложную «магическую схему», я случайно создал примитивный искусственный интеллект (или перо феникса обладает зачатками разума). Это было какое-то новорожденное сознание. Ну, здравствуй, дивный новый мир.

— Он говорит со мной, — пробормотал я, не отнимая рук от рукояти.

— Кто, ваше благородие? Духи? — Елисей с опаской поднял голову.

— Нет. Меч.

Судя по лицу Елисея, он решил, что меня контузило магическим выбросом. Я не стал его переубеждать. Сейчас нужно было наладить контакт. Я перенес артефакт в просторный тренировочный зал во внутреннем дворе замка, подальше от хрупких предметов и впечатлительных магов.

«Диалог» был странным. Меч не говорил словами. Он посылал образы, ощущения и короткие, емкие концепции. Он был как ребенок, который только что открыл глаза и пытается понять, что все это вокруг значит.

А тяжелый, как здоровенный булыжник

Что есть «булыжник»? — почувствовал я, когда мы вышли во двор.

Ох ты ж, ёжки-матрёшки! Тут еще и мысли надо контролировать. Я подобрал обломок брусчатки.

«Это булыжник, камень. Твердый. Неживой. Состоит из… частиц».

Я попытался передать ему базовое понятие о материи.

А нализ… Структура. Плотность. Состояние: нарушенное. Исходное состояние: целое.

Я обалдел. Передо мной на камне появилась едва заметная световая сетка, а в моем мозгу — его идеальный «чертеж» (это не было как в какой-то игре, нет, это было на каком-то глубинном, молекулярном уровне). Меч видел объект, видел его «заводские настройки». Это было именно то, что нужно! Моя главная задумка — исцеление и восстановление — требовала идеальной диагностики.

— Хорошо. Очень хорошо, — пробормотал я. — А теперь… восстанови. Верни его в исходное состояние.

Подтверждение. Активация модуля «Реставрация». Источник энергии: накопитель.

Голубоватые кристаллы на лезвии слабо вспыхнули. Тонкий лучик света коснулся трещины на камне. Я не увидел ничего сверхъестественного, но когда свет погас, я взял камень в руки. Он был идеально целым. Ни шва, ни царапины. Но и сила у меча поубавилась, я это уже начинал чуствовать.

— Невероятно… — выдохнул Елисей, который все это время стоял за спиной.

Дальше — больше. Я нашел в саду куст розы со сломанной веткой.

Что есть «жизнь»? — спросил меч, когда я поднес его к цветку.

Объяснить ему это было сложнее.

«Это… рост. Движение. Постоянное изменение. Сложная структура, которая поддерживает сама себя».

Анализ… Структура органическая. Циркуляция… сока. Состояние: повреждено. Нарушение целостности канала, — в моей голове возникла подробнейшая схема растения, от корней до увядающих лепестков. Меч видел его как сложный трубопровод.

— Восстанови, — приказал я.

На этот раз свет был не голубым, а золотистым, теплым — очевидно, заработало «перо феникса». Свечение окутало сломанную ветку. На моих глазах она выпрямилась, трещина затянулась, а увядший бутон на ее конце начал медленно раскрываться. Но и сил у меча стало вполовину от базовых. Очень интересно.

Теперь нужно было проверить боевые и поддерживающие функции. Я позвал Елисея.

— Стань тут. И сотвори что-нибудь. Луч света, например.

— Но зачем, ваше благородие?

— Надо. Меч, — обратился я к артефакту, — это «союзник». Его структура похожа на мою, но иная. Почувствуй его «частоту». Усиль ее.

Что есть «союзник»?

— Тот, кого не надо бить, — брякнул я первое, что пришло в голову. — Тот, кому надо помогать.

Концепция принята. Сканирование… Частота определена. Активация модуля «Резонанс».

Резонансные кристаллы на лезвии мягко загудели. Елисей, бормоча заклинание, вытянул руку. Обычно у него получался световой шарик размером с кулак. Сейчас же из его ладони с ревом вырвался шар размером с голову быка, который врезался в стену и оставил на ней приличную выжженную отметину. Елисей отшатнулся, глядя на свою руку так, будто она ему больше не принадлежала.

— Вот это… «усилитель», — прохрипел он.

Оставался последний тест. Самый опасный. «Линза». Концентрация чистой мощи.

— Так, дружище, — сказал я мечу. — Видишь ту скалу на склоне горы? Далеко-далеко?

Объект подтвержден. Расстояние: 1247… единиц. — Меч измерял расстояние в каких-то своих попугаях, но я понял.