Сладкий (СИ) - Ловыгина Маша - Страница 6

Варвара застегнула юбку и расправила ее на бедрах. От всех этих мыслей – глупых, обидных и ненужных, сначала ей стало муторно, а потом даже смешно. Пусть Олег Витальевич теперь свою жену под себя настраивает и разные «приятные» двусмысленные вещи говорит. А ей, Варваре, и так хорошо...

– Включу свет? – предложила попутчица.

– Да, конечно, – буркнула Варвара. – Думаете, за водой уже нет смысла идти? Пить хочется.

– У меня в термосе чай остался. Теплый, правда. Остыть успел. Будете?

– Буду. Спасибо огромное!

– Вот и хорошо. А то выливать жалко. И допить бы, да сразу про туалет думать начинаю, – хихикнула женщина и протянула пузатую крышку с чаем: – Держите. Мелисса.

– Чай с мелиссой? – переспросила Варвара, вдыхая травяной аромат.

– Нет, меня Мелиссой зовут.

– Какое интересное имя! Красивое и необычное.

– Аптечное, ага. А самое смешное, что я всю жизнь медсестрой проработала. Последние десять лет – старшей операционной. На хирургическом.

– Сейчас уже нет?

– Ой, что вы, работаю. Мне до пенсии еще три года. И то не факт, что решусь. Муж, конечно, пристает – уходи да уходи, но... Мне нравится моя работа. Пока сами «не уйдут», останусь. Ездила вот на повышение квалификации. Ну, это, конечно, громко сказано – повышение. Однако лекции послушала, сертификат получила. Что-то даже было весьма занятно.

– А я журналист. И меня Варя зовут. Просто Варя.

– Просто никогда не бывает. За каждым именем и человеком стоит целая история, – сказала женщина, и Варвара отчасти была с ней согласна. Хотя, какая про нее может быть история? Одни слезы...

Чай пах смородиной и лимоном и был совсем не крепким. Раздался гудок локомотива, возвещающий о скором прибытии. Варвара и женщина синхронно раздвинули занавесочки каждая со своей стороны.

– Ну вот, почти приехали, – сказала Мелисса и закрутила крышку на термосе.

– Спасибо огромное! Очень вкусно, – поблагодарила Варвара.

– И вам спасибо за приятное соседство. У вас очень хорошая аура.

– Да? – внутри Варвары что-то тоненько и приятно зазвенело.

– К тому же вы не храпите! А мой муж, словно трактор. Кажется, привыкла, не замечаешь уже, а вот так уедешь, поживешь отдельно и начинаешь ценить тишину. Но вы не подумайте чего, муж у меня замечательный. Я соскучилась. Мы с ним со школы вместе.

– Ого... – с восхищением заметила Варвара. – Повезло...

– Да, наверное. Бороться не пришлось, все как-то само. Оттого и страшно порой бывает, не сглазить бы. Жизнь такая штука непредсказуемая.

– Да, вы правы, – тихо согласилась она.

– Если вдруг что... – попутчица стащила на пол небольшую матерчатую сумку. – Хотя, чего это я... Вам-то это зачем...

Варвара нахмурила брови, не понимая, о чем она говорит. Женщина пояснила:

– Я про клинику, в которой работаю.

– Ах, вы об этом! Ну да, как-то не хочется... – рассмеялась Варвара. – Не люблю больницы, а уж от одного слова – хирургия, прямо в дрожь бросает! Кстати, что вы там режете?

– Что скажут, то и режем! Шучу, конечно! Не все и не у всех. Все по показаниям и только после кучи консультаций и анализов. Клиника называется «Юлия-Эстетик». Челюстно-лицевая и пластическая хирургия, – подмигнула женщина. – Делаем людей красивыми. А таких красоток, как вы, потом на рекламных буклетах печатаем, будто это наших рук дело!

– Скажете тоже, – смутилась Варвара, – красоток... У меня вон и уши лопоухие, и одна бровь выше другой... А еще... – Варвара взъерошила густые волосы.

– Не смешите меня! – отмахнулась женщина. – Уши лопоухие...

– Ну да, – пожала плечами Варя. – Меня в детстве чебурашкой дразнили. Знаете, как в школе началось, так и... Нет, то есть, в институте, конечно, никто не дразнил. Но я же знаю, что так и есть и никуда не делось. Я вот подумала... Может, у вас есть визитка с собой? Я хоть в интернете почитаю.

Варвара едва не ударила себя по губам. И что это на нее нашло в самом деле? Уши, блин... Сто лет тому чебурашке...

– Визитка есть, – кивнула Мелисса и положила перед ней картонный прямоугольник с золотистой каемкой. – Только вы, пожалуйста, всегда помните о том, что мы, врачи, делаем людей красивыми, а вот счастливыми они становятся сами. Должны становиться.

– Это вы сейчас к чему? Потому что подумали, что я не счастливая? – спросила Варвара и почувствовала, как загорелись щеки и сдавило грудь.

Женщина вскинула брови, а затем покачала головой:

– Я ничего такого не подумала, Варенька. Это вы сами сказали.

За окном замелькали здания, вагоны и темные махины цистерн. Прыгающие кривые тени насквозь пробивали серо-синий утренний воздух и отскакивали от припудренного серебром окна.

Варвара натянула высокие перчатки и положила правую руку поверх чемодана. В проходе толпились люди.

– Словно в театре, – сказала Мелисса, глядя на то, как дверь ездит туда-сюда под напором пассажиров. – Актеры еще на сцене, а зрители уже несутся в гардероб.

Поезд сбавил скорость. Варвара бросила быстрый взгляд в окно. Сердце вдруг забилось быстро-быстро: сейчас появится здание вокзала...

– Вас встретят? – спросила она соседку.

– Да, муж. Мы на машине. Подвезти вас?

– О, нет... Кажется, меня тоже должны встречать.

– Если хотите, я постою рядом, пока за вами не придут?

– Нет-нет, что вы... Но спасибо! Недолгая остановка у меня будет в Вологде. Поеду еще дальше.

– Вон оно что... И куда же, если не секрет?

– Остров Сладкий. Это рядом с...

– Знаю. Слышала.

– Вот еду, чтобы репортаж написать.

– Криминальный? Ой, не надо, не рассказывайте! Меня эти ужасы всегда в депрессию вгоняют. Ну, что, кажется, понемногу рассасывается человеческая пробка? – сказала Мелисса и первой вышла из купе.

Варвара тоже встала и нажала на ручку чемодана, приподнимая ее повыше. На темном еще перроне виднелись человеческие фигуры, и с каждой минутой их становилось больше за счет выходивших из поезда пассажиров.

Она влилась в общий поток. Когда лицо опалило морозцем, ненадолго опешила, сжала у горла мех и наконец нырнула в зимнее вологодское утро следом за своей попутчицей.

– Милечка! – раздалось откуда-то сбоку.

Варвара заметила соседку, которую уже подхватил муж и теперь, нависнув над ней, будто коршун, «клевал» ее в щеки, а она трепыхалась перед ним и смеялась, будто юная студентка.

Варвара вздохнула: романтика...

– Варвара Павлова?

– Ой! Да... Это я, – она подняла слезящиеся от холода глаза и улыбнулась стоявшему перед ней высокому мужчине в длинном сером пальто.

– Пройдемте, – сухо сказал он и зашагал в сторону вокзала.

– Ну что ж, пойдемте... – растерянно пробормотала Варвара и покатила чемодан по застывшей ледяной корке перрона.

Ёлки...

«Нет, фанфар я, конечно, не ждала, но...» – Варвара катила чемодан и выглядывала макушку мужчины, который даже ни разу не оглянулся, пока шел в направлении вокзала.

Ходу до него было немного, поезд остановился на первом пути. Она заметила, что мужчина что-то быстро сказал охраннику у металлоискателя и встал рядом с ним. Дождавшись своей очереди, Варвара затащила чемодан на ленту и прошла внутрь кабинки детектора.

– Машина прямо у входа, – сказал незнакомец и смерил ее внимательным взглядом.

– Хорошо, – пожала она плечами и сгребла в карман телефон и ключи от квартиры. – Чемодан у меня не тяжелый, если что.

Губы мужчины дрогнули. Он протянул руку и ухватился за ручку ее багажа, как только тот оказался в конце ленты.

– Специально меня через металлоискатель провели? Вы ведь не Патрикеев? – скорее утвердительно спросила она.

– Патрикеев? Нет, конечно.

«Из Органов?» – хотела задать следующий вопрос Варвара, но, взглянув на сердитое выражение его лица, промолчала.

– Сейчас в управлении возьмете разрешение и сразу поедете, – сказал он таким тоном, будто она все это время умоляла его отправить ее поскорее в вологодскую тьмутаракань.