Возвращение домой (СИ) - Кобзева Ольга - Страница 51

Так-так, знать бы еще где это.

— В замке есть слуги?

— Я не знаю, — шмыгнул Шад. — Меня отсюда не выпускали.

Тяжело вздохнула и решила все-таки обратиться к чете лиранов, решивших поиграть в бога.

— Я могу помочь вашему сыну, — обдумав каждое слово, сообщила им. — Это я помогла вылететь лирану наследника и лирану Шада. Собственно, за этим я сюда и перенеслась, ваш сын меня позвал. Я видела его лирана и в силах ему помочь. И я сделаю это. Вашу же судьбу будет решать каан.

Увидела, как заблестели расширившиеся глаза Василины, она теперь смотрела на меня с надеждой. Но так просто отпустить этих двоих я не могла.

— Лиран вашего сына умирает, счет идет на часы, я думаю. Вы не тронетесь с места, пока я не вернусь, иначе он погибнет.

Их ответ мне был не нужен. Я обняла Шада покрепче и представила Муравейник.

Глава 26

— Он всю жизнь был человеком, зачем ему крылья? А мой мальчик умирает! — вопила Василина, взятая под стражу.

— И вы собирались принести в жертву еще одного? — озверела я. Мой Шад, как представлю, что он сегодня едва не погиб, хочется разорвать эту семейку в клочья!

Как только мы с Шадом перенеслись в Муравейник, сила наследницы отпустила чету Ларингоров. Как потом выяснилось, все слуги замка тоже подпали под мое влияние. В деревне я первым делом нашла Силвеша, Сверлена и Крегерха. Сбивчиво объяснила мужчинам, что происходит. Силвеш помог мне открыть портал правильно, направив мою силу в нужное русло, сам бы он не смог, а вот вместе мы справились — я знала нужное место, он умел управлять этим даром. Приемные родители Шада послушно остались в комнате, оба они лишь подошли к своему ребенку. Василина рыдала, держа мальчика за руку, а Ренуаг молча стоял рядом.

— Вы правда можете ему помочь? — сдержанно задал вопрос лиран. Василина же вскинула голову, с надеждой ожидая моего ответа.

— Если еще не поздно.

Я спешно подошла к почти недвижимому мальчику на кровати, взяла его за руку. Великая Атахайя! — взмолилась я про себя. — Помоги мне, направь, подскажи, что делать.

Сверлен тем временем оттеснил родителей мальчика в дальний конец комнаты, при этом Василина, беззвучно рыдая, повисла на муже. Портал все еще был открыт. Хотелось унести Олри в Муравейник, но тут ребенку наверняка комфортнее. Я пыталась понять, почему он умирает, по внешнему виду у него есть еще несколько лет для обретения второй ипостаси. Так в чем же дело?

— Сколько тебе лет? — ласково спросила Олри.

— Десять. — Слабым голосом ответил мальчик.

— Десять? — вопросительно глянула на его родителей. — Что произошло? Почему он в таком состоянии? Ведь время еще есть, лиран мог бы вылететь.

— Да что ты понимаешь? — мигом вызверилась Василина. — Сразу было ясно, что он погибнет! Мы и так оттягивали неизбежное, сколько могли. Но в последний год ничего уже не помогало.

— Его лиран жив, я знаю. Но он заперт ментальным заклинанием. Кто его наложил?

— Нет, нет. — Забормотала безумная женщина. — Это не лиран заперт, это чтобы Олри не могли почувствовать.

— Не знаю, какую цель вы преследовали, однако его лиран заперт так надежно, что даже мне сложно к нему пробиться. По крайней мере до сих пор не вышло. Снимайте! Вам уже нечего терять.

Мальчик угасал на глазах, он то и дело опускал веки, лишая меня так необходимого сейчас зрительного контакта.

— Сверлен! Ты можешь влить в него немного сил? Мне нужно еще время! Я не успеваю. Он погибает.

Целитель лишь покачал головой:

— Его уже ничто не спасет.

— А вот это мне решать! — разозлилась я. Слова родились в голове сами по себе, как и раньше, я была лишь проводником:

— Иди на мой зов! Ведь ты меня слышишь! — я схватила мальчика за плечи и просто впилась в него взглядом, не позволяя закрыть глаза.

Тебя очень жду, хочу знать, что ты дышишь!

Открой свою душу, услышь меня сердцем.

Оковы разрушу, и станешь ты ветром.

Ты должен услышать, и должен послушать.

Тебя я зову, распахни свою душу!

Открой свои очи, вставай же на лапы!

И больше нет ночи, лишь свет солнца усталый.

И больше нет мрака, его мы разгоним

Взлетим выше неба и ветер обгоним!

Напевным речитативом я обращалась к лирану, которого ясно видела в глубине глаз умирающего мальчика. Лиранчик поднял голову и посмотрел на меня, но его силы были уже на исходе. Слишком долго он был заперт, слишком много страданий пережил.

— Открой свою душу и станешь ты ветром,

Печали исчезнут и спрячутся где-то.

Где ты не найдешь их и больше не вспомнишь,

Открой свою душу, жизнь смыслом наполни.

Мрак отступает, и ты видишь выход

Расправь свои крылья, это не прихоть!

Голос мой обретал все большую мощь. Лиран поднялся на лапы, пошатываясь от недостатка сил, а Олри закрыл глаза, разрывая контакт, несмотря на все мои усилия. В моменты отчаяния я мобилизую все свои ресурсы, злость придает сил. Тогда я тоже закрыла глаза и обращалась напрямую к лирану, вкладывая приказ прямо ему в голову.

— Приказ мой услышишь и тут же проснешься!

Из плена оков неспеша встрепенешься.

И встанешь, и выйдешь, а после взлетишь!

Это приказ! Приказ мой услышь!

Веки мальчика затрепетали, он открыл глаза, и я увидела вертикальные зрачки. Руки и ноги ребенка медленно удлинялись, покрываясь некрупными кружками чешуек, лицо стало меняться. Но все происходило так медленно! Что-то не в порядке. Что-то идет не так.

— Сверлен! — в отчаянии позвала целителя, но он и так стоял поблизости.

— Его срочно нужно принять в стаю. — Наконец сказал он. — У мальчика не хватит сил, слишком слаб.

— Можно? — заламывая в отчаянии руки, взмолилась Василина. — Прошу вас, разрешите нам ему помочь!

— Нельзя терять времени. — Наконец приняла решение я.

Ренуаг схватил Олри на руки и выскочил за дверь, Василина неслась следом. Я же потратила весь резерв, сил у меня не осталось даже подняться на ноги.

— Иди, — кивнула Сверлену. — Я побуду пока здесь.

Легла поперек кровати и закрыла глаза. Как мне не хватает моего зеленоглазого лирана! Как бы я хотела прямо сейчас оказаться рядом с ним! Подарить ему самый нежный поцелуй, на какой только способна и принять в ответ тысячу таких же. Очертить контур губ, коснуться лица. Прижаться к нему крепко-крепко, почувствовать себя в безопасности, позволить ему меня оберегать. Да, я хочу, чтобы Рейнхард меня защищал от всего мира. Только он и я. И больше никого.

Усталость взяла свое и я уснула. Но и во сне не было моей душе покоя! Права, еще как права была Лионелия, говоря, что дар не приносит счастья, напротив, мучает носителя. Я снова в колодце, возле лираны Лизы. Мы с девочкой так и не нашли общий язык, она меня сторонилась и не шла на контакт. Сейчас же у меня настолько не осталось сил ни на что, что я просто присела рядом, облокотившись спиной на синюю малышку и заснула еще и во сне.

Разбудили меня громкие голоса и взволнованные крики. Кто-то прикрыл заботливо шкурой, которую мне пришлось откинуть, прежде чем подняться.

— Фейроника, ты можешь еще отдохнуть, — раздался голос Крегерха позади меня.

— Где все? Как мальчик?

— С ним порядок. Только теперь все усложнилось. Лирана после первого вылета постоянно нужно держать в стае для обмена энергией, а Ларингоров по-хорошему бы взять под стражу. То, что они собирались сделать даже в голове не укладывается!

— Крегерх, как они могли забрать лирана Шада? Это вообще возможно? — задала я давно мучивший вопрос.

— Да бред конечно! Когда у них родился Олри в замке была провидица и сказала, что лиран сам не вылетит и мальчик погибнет. Ренуаг — советник владыки, еще и наместник Махогшара — вторая столица, по сути. Так вот, они решили, что его авторитет пострадает, если все узнают, что в семье родился неполноценный лиран. Тогда Ларингоры стали его прятать за ментальными щитами. Мальчик света белого не видел! Провел десять лет в этой комнате! — Крегерх стукнул кулаком по стене, все это время он нервно ходил из угла в угол. — А потом Василина увидела в Рекфрасе Шада и в ее больном мозгу родилась безумная идея. Она решила каким-то образом перенести лирана Шада в тело своего ребенка. Провести ритуал расщепления души и у одного, и у второго.