1000 лет я пытался вырваться из-под каменного обвала в подземелье полном монстров (СИ) - Атомный Владимир - Страница 2

Впрочем, это могла быть обычная или магическая бомба. Для этого есть свитки, можно даже не имея класса наложить что-то уронистое. Мне предстояло перебрать все возможные варианты: от случайного, до преднамеренного. Например у Шейна, мага поддержки, было несколько причин для подобного поступка. Первое: он не участвовал в каждом замесе нашей команды, а потому качался на стороне и метил на моё место. Второе: только по общению было понятно, что этот чёрт по гороскопу ненавидит меня. Наш главный замечал это, но не предавал сильного значения. Не знаю, сдох ли глава под обвалом, но вдруг он специально не замечал конфликта, чтобы потом спереть всё на Шейна, а на моё и его место поставить кого-то из своих? Тогда нахрена брал в команду? Может поддался давлению других?

Тем не менее, я успел кастануть щит. Кто-то успел отступить, но у меня не было возможности разглядеть. Видя, как быстро тает объём маны, я всё равно продолжал удерживать плёнку щита и надеялся на помощь Шеина. Рассчитывал, что как только глава с танком выскользнут, этот конч перехватит управление щитом и я тоже смогу выйти. Из-за того что он не спешил тогда помочь, у меня есть подозрение, что взрыв тоже его рук дело. Даже если выяснится, что обвалил потолок кто-то другой — всё равно устрою ему такую райскую жизнь на сервере, что сначала Шейн просадит все бабки на премы, а потом вообще с позором ливнёт из игры.

Убить себя было страшно. Сделав логическое предположение, что если помру, то очнусь в реальном мире, я всё же отважился и попробовал отменить каст спасительного заклинания. И… оно не отменилось. Это как суперспособность, которая даёт тебе шансы устоять после смертельной атаки босса, и либо отступить либо нанести финальный удар самому. Чтобы ей закрыться и уйти на кулдаун, я должен ожить в полной мере. Произошел какой-то неведомый баг и камни убивали меня вновь и вновь. Раздавленная плоть даже не шевелилась в стремлении собраться, как у терминатора. Способность пожирала весь восполняющийся объём маны, а я лежал бесформенной раздавленной кляксой под невообразимым количеством камня.

Сраная фича не генерировала опыт. Мой уровень не поднимался, а значит даже надежды на автоматическое увеличение характеристик я не имел. Что касается инвентаря или эликсиров магии в быстрых слотах на поясе, то из-за «трушной» реалистичности, всё это было раздавлено вместе со мной. Я был наивен и верил, что буду лежать день, может быть два, а если тугодумы из команды что-то учудят, то максимум неделю. Даже не знаю, что со мной было бы, знай я правду наперёд. Тысячелетнее заключение только начиналось…

Год от года крепла надежда, что этот точно последний и скоро прибудет помощь. Примерно на третий я заметил, что маны стало чуть больше. Оказалось, что ничтожные доли после запятой, которые система обычно округляет, дали мне шанс накопить немного сил. Что-то около одного очка за год времени. С тех пор во мне вспыхнула искорка надежды.

Неизвестно, почему никто из команды не вызывал меня по мысленной связи, а чтобы накопить на вызов самому пришлось ждать десять лет. Попытка осталась без ответа в первый раз, и во второй, и даже когда попробовал вызвать рандомного участника. Это поселило во мне новую степень отчаянья. Вообще первые сто лет были самыми трудными, но не сошел с ума. Может, потому что мою голову раздавило многотонным камнем?

На щит требовалось сто маны, и то это только чтобы скастовать, и по десять в секунду на поддержку. Это стало моим вторым планом спасения и завершился он только к двухсотому году заключения. Да, камни заворочались, даже приподнялись, но отчего-то именно тот кусок, которым меня придавило — остался практически неподвижным, лишь слегка съехал с головы, а мне только и хватило магии аккуратно приопустить оставшиеся. И снова десятилетия отчаянья, каменного плена и наблюдения, как мелкие жучки ползают в появившихся щелях и трещинах. У них светились усики, отчего впервые за многие десятилетия я увидел свет. Зеленоватые насекомые бесчисленное количество раз проползали по моему лицу и от этого оно страшно зудело, но повлиять на это не было возможности. Как же хочется почесаться, и передавить всех этих проклятых букашек!

Когда кто-то говорит, что месть — это блюдо, которое надо подавать холодным, просто не сталкивался с подобным и не знает, сколько времени и усилий я потратил на вынашивание своих идей. Пока мана снова накапливалась, я успел не только придумать хитрый план спасения, но и разработать уникальную систему магии. Похожая на музицирование, ключ-команды которого пропеваются внутренним голосом в строгом соответствии с мелодией и тактом. Чем точнее — тем действеннее. К году триста пятидесятому мне удалось это осознать, иначе говоря, только после этого я смог придумать новый план спасения и тут же взял очень высокую планку — телепортацию в город. Проблем с расстоянием не было, а вот со сложностью или звеньями, как я позже их обозвал — да. Каждое новое требовало на порядок больше маны.

К примеру команда «огонь» — это десять очков маны. Загорается огоньком перед носом. «Шар огня» или «струя огня» — сто маны. Только чтобы выяснить это я потратил двести лет, а точнее, столько потребовалось впустую потратить маны. «Телепорт Ортон гильдия авантюристов» — четырёхзвеньевая команда, а значит нужно десять тысяч маны! Пришлось искать иные варианты.

Идеи приходили разные, в том числе телепортировать сюда хотя бы того же Шеина и пусть вместе со мной помучается. К сожалению, очков маны потребовалось бы не меньше тысячи.

Ещё, каким бы не был соблазн сжигать по одному жуку каждые десять лет, я держался и терпел зуд. Мне нужно было накопить сто очков маны для эксперимента. К шестьсот шестидесятому году бытия раздавленным трупом, я сумел мысленно скомандовать: «Вселение — жук!».

И я им стал.

Глава 2

Яд — стреляю жопой

Думаю, если обычный человек окажется в тельце насекомого, то первое время будет очень сложно привыкнуть к «управлению», ощущениям и восприятию пространства. Но не полумёртвому магу, у которого за сотню лет восстановилась только голова.

Я жаждал мести и свободы.

В первую очередь я напал на другого жука. Эта сволочь ответила! Из-за отсутствия навыка я практически сразу проиграл, оставшись раненым. Тем не менее, кое-какие фишки есть даже у столь незначительных тварей. Противника удалось добить, но на смену ему пришёл другой жук и отомстил. Самое время выть от досады, но смерть в мои планы как раз входила — я рассчитывал на возвращение в родной мир. Назвать его реальным уже не поворачивались жучьи жвалы, всё же «прожил» я несколько жизней в совершенно другом.

Сознание вернулось в тело мага. Если бы я мог кричать, то сделал бы это. Матерился бы не прекращая годы напролёт. Впрочем, мысленно это делать тоже можно.

Очередной выход жуком я начал с исследования территории. Время позволяло. Полагая, что здесь, под камнями, только я и ненавистные жуки, выполз в более объёмную полость, и тот же час был съеден каким-то грызуном с огромными зубьями. Я даже не успел послать мысленный запрос в систему, как был проглочен.

Это значит, что ждать снова сотню лет и что территория для ползания ограничена. Мёртвому терпения не занимать и к восемьсот шестидесятому году я снова вселился в жука. План был отточен до микрона. Кругом полчища жуков с которыми я могу драться и за каждую победу получать индивидуальный опыт — такой уже был мной замечен. В теории это приведёт к подъёму уровня жука, а в последствии и к эволюции. Простые монстрики, даже под управлением нейросети, не смогут сравниться с моей ниндзя-техникой.

Под огромной толщей камня и земли, скрывшись в одной из полостей между глыбами, посреди небольшой площадки тренировался необычный жук — я. Мне предстояло завалить не один десяток сородичей и для этого полностью освоить новое тело. Сотни лет отчаянья подготовили моё сознание к любым испытаниям и поэтому тренировки завершились полным успехом. Первый попавшийся сородич умер с трёх моих ударов.