Правильный лекарь. Том 10 (СИ) - Измайлов Сергей - Страница 35

Это ж надо, какие две красотки будут сегодня украшать мой рабочий день! Им бы ещё пионерские галстуки поверх халатов повязать.

Настроение отличное, рабочее, но в глубине души всё равно сидит червячок с огромными зубками. Настя на телефон вчера вечером не ответила, а с утра я звонить не стал. Значит она пока просто не готова, надо дать ей время всё переварить и осознать, понимаю, что это непросто.

Первый же пациент наз взбодрил дополнительно наличием некроза двух пальцев стопы. Я это нутром почувствовал, когда увидел, как он входит в кабинет. На языке крутился стандартный вопрос: «Почему раньше не обратились?» Но зачем его задавать? Чтобы получить один из стандартных ответов? Не имеет смысла, всё равно понятно уже, что надо делать.

У мужчины бедренные артерии были сужены, но терпимо, чуть больше, чем на две трети. Зато на голени артерии были забиты практически на сто процентов, особенно слева, где красовались на стопе два чёрных пальца. С левой ноги мы и начали. Когда восстановим кровоток, можно будет заняться удалением некроза и заживлением раны.

Скобелева работала безупречно. Я сторожил артерии стопы от попадания в них эмболов во время чистки берцовых сосудов, но ловить в итоге ничего не пришлось.

— Чистая работа, Евдокия Савельевна, — похвалил я её.

Девушка улыбнулась и принялась за следующую артерию не менее эффективно и аккуратно. Ну что тут сказать, наш человек, надо брать.

Когда у Скобелевой ядро значительно опустело, я сменил её, и мы продолжили. Восстановить кровоток удалось за одну процедуру. Ещё до того, как закончили с последней артерией, я сказал Свете, чтобы подготовила малый операционный набор.

К этой работе я не стал девушку привлекать. Удалил некроз и заживил раны на стопе с помощью магии без наложения швов. Теперь стопа смотрится намного лучше, за счёт нормализации кровотока и цвет поменялся.

Пациенты шли один за другим. Евдокия выполняла свою часть работы безукоризненно, так что в своём решении я уже нисколько не сомневался.

— Отлично поработали, Евдокия Савельевна, — сказал я, когда вышел последний пациент и приближалось время обеда. — Так что я уверен, что вы справитесь с этим самостоятельно, начиная с понедельника. Возражений нет?

— Нет, Александр Петрович, не имеется, — улыбнулась она.

— Вот и отлично, примите мои поздравления. Я распоряжусь в регистратуре, чтобы вам обеспечили поток пациентов.

Наверно скоро у меня войдёт в привычку, что, когда весь коллектив идёт в комнату отдыха на обед, я одеваюсь и куда-нибудь еду. Ведь прекрасно понимаю, что котлован под строительство университета выроют и без меня, моя помощь и бесценные подсказки там никому не нужны, но ведь хочется посмотреть. А вдруг они роют котлован некрасиво? Вот то-то же, надо убедиться. Заодно буду находиться в движении и действии, это помогает.

Мой микроавтобус Шапошников увидел скорее всего издалека. Пока я искал место, где можно безопасно припарковаться, он туда уже подходил.

— Александр Петрович, хорошо, что я вас увидел, — покачал он головой. — Ну зачем вам в эту грязь лезть? Тут же пока ничего интересного.

— Это для вас не интересно, потому что это просто работа, а мне каждый взмах лопаты покоя не даёт.

— Какая лопата, Александр Петрович? — усмехнулся Николай. — Вон какие землеройные машины работают, уже на той стороне кавказские горы выросли. Всё идёт по плану, можете не переживать. Хотя нет, не всё по плану.

Николай уставился на меня, ожидая реакции. А вот фиг тебе, обойдёшься!

— И что идёт не по плану? — спросил я совершенно спокойно.

— Сроки, — Николай снова сделал паузу, но уже понял, что меня просто так не пробьёшь. — Мы построим это значительно раньше середины июля, вот в чём проблема. Торжественное открытие придётся переносить как минимум на месяц раньше.

— Ну это не страшно, — хмыкнул я. — Два ящика шампанского и упаковка одноразовых стаканчиков.

— Одноразовых? — удивился строитель.

— А когда уже сваи забивать будете? — спросил я, переключив тему разговора.

— Откуда вы знаете, что сваи будут? — удивился Николай.

— Ну а как же по-другому? — я тоже сделал вид, что удивился и разбираюсь в строительном деле, хотя на самом деле увидел эти обозначения на чертежах и уточнил у Насти, что это такое.

— Ну да, сваи будут, — Николай посмотрел на меня теперь с уважением. — Завтра будет вбито двенадцать здоровенных свай, когда закончат рыть.

— А почему только двенадцать? — уточнил я. — Когда остальные четыре? В воскресенье?

— Какие ещё четыре? — не на шутку испугался Николай. — Разве их должно быть шестнадцать?

Похоже он и правда в смятении, а не продолжает словесную дуэль.

— Ты посмотри план ещё раз, там ровно шестнадцать больших свай под основание высотной части корпуса и по двенадцать более мелких под крылья.

— Никому ничего нельзя доверить! — воскликнул он и хлопнул себя по лбу. — Всё надо делать самому!

Выпалив последнее, он побежал в сторону нескольких вагончиков, стоявших немного в стороне. Всё как в моём мире. И раздолбайство отдельных личностей в том числе. Похоже Шапошников поручил заниматься этим вопросом кому-то другому и прогадал. Это тогда получается, что я сюда не напрасно прискакал. Количество свай я почему-то чётко запомнил. Я даже вспомнил, как выглядел этот чертёж.

Настя до сих пор не звонит. Уже прошли сутки с тех пор, как она убежала из ресторана. Уже становится тревожно. Наверно надо успокоиться и продолжать жить дальше, но у меня пока не очень получается. Вернее, с точностью до наоборот. Так, надо выдохнуть, расслабиться и просто ждать, продолжая жить дальше. Можно купить миллион алых роз и разложить у неё под окнами, но я уверен, что ей просто надо дать подумать и созреть. Вряд ли она сказала тогда впустую, что любит именно меня, такого, как я есть сейчас. Или может до неё тогда ещё не совсем дошло, кто я такой?

Я даже не помню, куда я зашёл перекусить, поел какой-то лапши с мясом, помню точно был вкусный чай на травах. Главного антидепрессанта в виде яблочного штруделя у них не оказалось. Плохое кафе, больше не приду.

Во время работы с практикантами старался максимально сосредоточиться на процессе, но не всегда это идеально получалось. Всё же провести и закончить практическое занятие, совмещённое с приёмом, удалось на уровне, в грязь лицом не ударил, с практикантами разобрался, сделал соответствующие пометки в ведомости.

После приёма решил зайти в палату к Валере. Он как раз сидел в кресле у окна и читал книгу по литейному делу, то и дело бормоча себе под нос какие-то комментарии. Увидев меня, он отложил книгу и улыбнулся.

— Привет, Саш! — сказал он и не особо уверенно, но самостоятельно поднялся с кресла мне навстречу. — Спасибо за заботу, Прасковья принесла мне несколько интересных книг ещё до обеда. Бытовая магия сразу ушла на полку, теперь занимаюсь другими учебниками.

— А ты уже неплохо поднялся, — сказал я, пожимая ему руку. Дал себе отчёт, что жму руку не призраку, а живому человеку, который всё равно Валера. — Нет желания выйти на улицу погулять?

— На улицу? — удивился Валера и, как мне показалось, даже немного испугался.

— Ну да, а что? Мне кажется пора потихоньку, — сказал я. — Можешь ночью попробовать по лестнице не торопясь вверх и вниз. Если что тебе Кузьма Никитович поможет, не думаю, что он будет возражать.

— Кто возражать будет? Никитос? — вскинул брови Валера. — Вот ещё, даже и не думай. Обязательно попробую, как только все уйдут, чтобы не опозориться. Кости сломать не страшно, знаю, что ты быстро починишь. Слушай, Сань, а ты когда попал в этот мир, тоже сначала был таким инвалидом?

— Нет, я был только подранком и даже не сразу понял, что я — это не совсем я, что тело чужое.

— Тогда что со мной не так? — нахмурился он. — Неужели из-за того, что этот парень, в которого меня вселили, несколько дней в коме пробыл?

— Может в какой-то степени и это, — пожал я плечами. — А может основная причина в том, что ты сорок лет не был в человеческом теле, просто надо привыкнуть к габаритам новой машины, как говорится, а ты так долго не был за рулём.