Хозяйка чужой усадьбы (СИ) - "НатаЛисс" - Страница 45

Гнев полыхает во мне, сначала закончим с заклинанием, а после я обязательно врежу ему.

— Ты ужасен! — выплевывает Сетти.

— Никогда не видел, как ты злишься. Знаешь, а это выглядит даже привлекательно, — зло усмехается Морис, — но теперь я рад, что мне больше не нужно терпеть тебя.

Наконец-то, я завершаю накладывать чары. Сетти печально смотрит на свое покрасневшее запястье. Если бы я только мог сказать ей, что это вовсе не шрам…

Мой кулан уже горит от негодования, но я не успеваю ничего предпринять. Все делает за меня Сетти, влепляя смачную пощечину Морису.

Довольная улыбка озаряет мое лицо, благо на мне маска. Я делаю несколько шагов назад, позволяя Сетти выпустить весь свой гнев.

— Ах ты мерзавка! Да как ты посмела! — Раздается яростный крик со стороны двери.

Это же та самая девица, что была с этим негодяем той ночью.

— Вы стоите друг друга, — ухмыляется Сетти.

Девица несется на Сетти явно с недобрыми намерениями, но Морис останавливает ее. Есть в нем что-то благородное.

— Она того не стоит. Теперь я лишь твой, — сладким голосом успокаивает он нее, демонстрируя свое запястье.

А нет, все же ничего в нем нет.

Неожиданно девушка поворачивается ко мне и спрашивает:

— Когда можно будет заключить новый брак?

Хоть бы постыдилась. Он пять минут, как свободен, а она спрашивает такое.

На самом деле они хоть сейчас могут идти под венец, но не могу же я так порадовать их.

— Господину потребуется около трех месяцев, — отвечаю я.

— Три месяца? — недоумевает блондинка.

— Тише, любимая, всего три месяца. — Морис гладит ее по волосам.

Внезапно зал заполняется истерическим смехом. Я даже не сразу понимаю, что этот крик отчаяния принадлежит Сетти. Кажется, она осознала, что ее предали уже очень давно.

«Ты не должна плакать из-за него. Очень скоро мы встретимся», — мысленно обращаюсь к ней. Но на самом деле не знаю, как вымолить ее прощение.

Глава 67

Кларенс

Мне совсем не хочется оставлять ее здесь одну, зная, через что ей придется пройти. Но я чувствую, что оставаться здесь мне больше не позволят.

Вернув жрецу его вещи и снова наложив чары, я скрываюсь в лесу.

— Что не так с этим поместьем? Мне точно пора на отдых, — ворчит он, когда просыпается.

Закрыв глаза, я взываю к Богине:

«Я сделал, все, что мог».

«Пора возвращаться». — Раздается ее голос в моей голове.

Всего мгновение и путы времени утягивает меня обратно. В этот раз перемещение выдается ужасным, будто из меня вытянули все силы.

Несколько минут я просто стою перед изваянием Богини все в том же ритуальном зале, где горят магические огни, глядя в никуда.

Как же ужасно я поступил с ней… Все из-за собственных желаний. Я оставил ее одну разбираться с последствиями. Она была совсем не готова к этому.

— Вы ведь знали, что мое вмешательство в прошлое уже вплетено в историю? — Поднимаю взгляд, глядя на статую.

— Конечно, знала, я же Богиня времени и хранитель порядка. Изменить ход времени невозможно. Все, что происходит сейчас, происходит уже с учетом вмешательства во временной поток, — с насмешкой отвечает Богиня.

— Почему вы не сказали этого?

— Нельзя знать будущее, если бы я сказала, это бы привело к хаосу.

— Кажется, я совсем ничего не смыслю в законах времени, но посмел ввязаться в его игры, — вздыхаю я.

— Ты лишь сделал то, что было уготовано судьбой, ну а я немного помогла.

— Она не простит меня, — шепчу я.

— Будущее нам не ведомо, — хитро протягивает Богиня. — Но я советую тебе поспешить.

— О чем вы? Что случилось? — напрягаюсь я.

— Выйдешь, сам узнаешь.

После этих слов Богиня затихает, а ее магический камень вновь приобретает цвет холодного аметиста.

Пора вернуться в реальность. Прятаться здесь вечно я не смогу.

Моя магия и тело истощены, но я чувствую, что что-то не так. Собравшись с духом, я покидаю ритуальный зал.

Яркий свет утреннего солнца ослепляет меня после полумрака подземелья.

Когда я пришел сюда, была глубокая ночь. Интересно, сколько прошло времени?

— Ваша Светлость? Вы не уехали? — Слышу голос Эффи.

— Сколько меня не было? — устало спрашиваю я.

Женщина хмуро поглядывает на меня и отвечает:

— Около двух дней? Где вы были?

— Неважно, — грубо отвечаю я. — Где Сетти?

Она снова одаривает меня странным взглядом, должно быть, ее смутило мое обращение.

— Она уехала еще вчера днем.

— Что? Куда? — Дурное предчувствие поселяется в моем сердце.

— Госпожа не сказала, ах да, она просила передать вам это. — Служанка достается из передника сложенный вчетверо лист бумаги.

Я тут же разворачиваю его, принимаясь читать:

«Кларенс,

Возможно, вы мне не поверите, но я действительно не знаю, почему ритуальный зал пустил меня в свою обитель. Надеюсь, мы сможем разрешить это недопонимание позже.

Сейчас у меня возникло срочное дело. Мой бывший муж прислал письмо с просьбой явиться в его поместье. Складывается у меня впечатление, что он прознал о Люции.

Прошу прощения, но я вынуждена оставить вас здесь одного, если что-то будет нужно, просите Эффи.

С уважением, Селестия».

Вот же глупая! Даже в такое время волнуется обо мне. Ритуальный зал пропустил ее на правах законной жены, как и дом, откликается на нее.

— Эффи, она забрала с собой Люция? — спрашиваю я.

— Да, госпожа собралась в такой спешке, ничего не объяснив. Надеюсь, с ней все хорошо, — обеспокоенно бормочет она.

— Когда, говоришь, они уехали?

— Вчера днем. Господин, скажите, что случилось-то? — С мольбой смотрит на меня женщина.

— Надеюсь, что еще ничего, но если я не поспешу, может, произойти нечто ужасное.

— Ваша Светлость! Где госпожа? — спрашивает Эффи.

— Направляется в поместье графа, — тихо отвечаю я ей.

Она закрывает рот рукой, а из ее глаз, кажется, вот-вот польются слезы.

— Не волнуйся, я не позволю, чтобы с ней или с Люцием что-либо произошло, — заверяю я ее.

Сорвавшись с места, я преодолеваю сад, вывожу коня из стойла и запрыгиваю на него. У меня еще есть шанс догнать их.

Целый день я скачу без перерыва, останавливаюсь лишь в ночи, чтобы сменить лошадь, и снова отправляюсь в путь, не обращая внимания на ломящую боль во всем теле.

Я слишком многое должен сказать ей. Слишком многое должен наверстать. Моя жена… Мой сын… Эти слова вызывают у меня улыбку. Я сделаю все, что вымолить их прощение.

Больше никто не заберет вас у меня. Особенно этот граф Флойс. Он до сих пор не ответил передо мной и Сетти за все.

Глава 68

Морис подходит все ближе, и, кажется, мои молитвы не услышит уже никто. Люций вжимается лицом в мою грудь, и я нежно глажу его по волосам.

Пытаюсь безуспешно вспомнить руну невидимости, но даже если мне бы удалось начертить ее, сомневаюсь, что она сработает. Моего уровня магии еще не хватает на подобное заклинание.

— Отойди от нее! — Раздается грозный, тяжелый голос за спиной Мориса. Тот резко оборачивается.

Я встречаюсь взглядом с аметистовыми глазами. Не могу поверить, что он здесь.

— Ты еще кто такой? Как посмел войти сюда! — в ярости вопит Морис.

За спиной Кларенса появляется и запыхавшийся помощник графа.

— Простите, господин, мы не смогли его остановить, — оправдывается он.

— Уберите его отсюда! Немедленно! — рычит Морис.

— Кажется, мы еще не встречались с вами лично, — суровым тоном протягивает Кларенс, отмахиваясь от помощника, и уверенно надвигается на графа. — Мое имя Кларенс, Кларенс Флойс.

Мне не видно лица Мориса, но я почти уверена, что сейчас его глаза полезли на лоб.

— Герцог? — нервно бормочет он. — Ваша Светлость, что вы здесь делаете? Почему не предупредили о визите.

Как же быстро его надменность сменяется лестью, но Кларенса таким не пронять.