Эпицентр - Филенко Евгений Иванович - Страница 36

Печенкой чувствуя, что допустил прокол, Кратов обернулся.

Его, привычного ко многому, едва не вывернуло наизнанку. Однако прежде чем отвернуться и совладать с желудком, он успел все разглядеть в деталях.

Способность видеть в темноте и природная зрительная память сыграли с ним злую шутку. Они намертво впечатали тошнотворную картину в его мозг.

На соседнем бугорке двое Земляных Людей, ловко каменными ножами, разделывали тушу какого-то животного. Удаляли тускло-сизые внутренности, отдирали пропитанную темной кровью шкуру от серых мышц… То, что осталось от добычи, еще сохраняло свои очертания. При жизни это существо напоминало гигантскую бесхвостую ящерицу, поросшую короткой игольчатой шерстью. Кратов вспомнил, где видел эту шерсть: она покрывала грубо выделанные одежды князька и его соплеменников. Подобравшиеся в агонии конечности жутко походили на человеческие руки — главным образом из-за тонких пальцев с острыми невтягивающимися когтями.

У самой кромки трясины валялась отрезанная голова. Лысая, с топорщившимся на макушке кожистым гребнем. Один глаз был поврежден и вытек, зато другой остекленело смотрел на Кратова с застывшим выражением ненависти и боли. Узкий клювообразный рот был плотно сжат, а в заостренные книзу мочки ушных раковин были вдеты большие серьги из полуограненных самоцветных камней.

6

Кратов провел трясущимися липкими пальцами по лицу. Ему было дурно, скафандр душил, и никак не отступала гадчайшая внутренняя дрожь.

— Кто это? — почти беззвучно спросил он.

Он вынужден был повторить вопрос для лингвара.

— Каменный Человек, — ответил князек. — Охотники убили среди скал и притащили с собой. Вкусное мясо. Много вкусного мяса. Много теплой шкуры.

— Где живет Каменный Человек?

— Каменный Человек не живет. Охотники убили Каменного Человека. Много мяса…

— Да подавился бы ты своим мясом. — прошипел Кратов.

И быстрым движением заблокировал лингвар, чтобы не дать ему донести до князька оскорбительную фразу.

«Спокойно. Надо все делать спокойно, звездоход. Что ты, собственно, ожидал здесь увидеть? Вегетарианскую идиллию? Конечно, они убивают друг друга! А потом жрут. Много мяса.»

— Где живут другие Каменные Люди?

— В камнях. Много камней — много Каменных Людей, — и Большая Дубина опять съехал на излюбленную тему о мясе. Кратов, стиснув зубы, ждал, чем он закончит. Князьку и впрямь скоро надоело бормотать одно и то же, и он стал выдавать полезную информацию. — Много камней — много жилищ Каменные Люди делают жилища из камней. По Земляные Люди ждут, когда Каменный Человек выйдет из жилища, долго ждут. Потом убивают. Много Мяса.

Тусклый взгляд князька устремился мимо Кратова — на расчлененную добычу. Назревал дележ, и Большая Дубина моментально утратил интерес к доброму духу своего племени. Расплескивая вонючую жижу, он кинулся за персональной долей. Низкие своды наполнились жирными шлепками: многочисленные обитатели подземного болота спешили на пиршество. Кратов отвернулся, закрыл глаза, опустил забрало шлема… За его спиной разумные обитатели планеты Церус I жрали мясо местной охотничьей дичи. Эта дичь умела строить дома из камней и гранить самоцветы.

Две разумные расы па одной планете.

Случай небывалый, химерический. Низкий уровень развития обеих рас исключает их мирное сосуществование. Поэтому амфибии будут охотиться на иглокожих ящеров, пока те не придумают способ эффективной обороны. Ни ге ни другие, конечно, не принимают во внимание разумность своих естественных врагов. Мохнатые лягвы хотят есть, им нужна добыча, и наплевать, что добыча способна мыслить.

«Придется вмешиваться, — думал Кратов. — Разъединять расы, возможно расселять в разные места. Хорошо бы — на разные планеты или, на худой конец, материки. И следить, чтобы их пути не пересекались. По крайней мере, пока они усвоят простую истину, что убивать братьев по разуму нельзя».

Вождь Большая Дубина выполз на островок и прилег кверху брюхом. Его жабья физиономия выражала сытое довольство. Так, во всяком случае, представлялось Кратову, жестокими пинками гнавшему прочь от себя непрошенное, непозволительное отвращение к партнеру по контакту.

— Добрый дух не просит своей доли мяса, — констатировал князек. — Это хорошо. Добрый дух не жадный.

Кратова передернуло.

— Разве Земляные Люди не могут есть другое? спросил он.

— Нет, — уверенно сказал Большая Дубина. — Здесь нет другого, чтобы есть. Только Каменные Люди. Они хитрые. Но охотники хитрее. И сильнее.

— Ты говорил о Водяных Людях, — напомнил Кратов.

— Водяных Людей нельзя есть, — веско произнес князек. — Можно умереть.

— Есть еще и…

— Здесь больше нечего есть, — повторил Большая Дубина. — Остальные едят Земляных Людей.

Смутное подозрение закралось в голову Кратова, какая-то важная мысль, но он не сумел зафиксировать ее и, чтобы не отвлекаться, отмахнулся от нее — до поры.

— Что нужно вождю Большой Дубине от доброго духа? — спросил он.

— Добрый дух должен сделать так, чтобы никто не ел Земляных Людей. Чтобы Земляные Люди ели Каменных Людей каждый день. Чтобы всегда было много мяса.

— Тогда вождь Большая Дубина должен показать мне, где живут Каменные Люди.

— И добрый дух убьет Каменных Людей, — с удовлетворением сказал князек. Всех-всех!

— Тогда Земляным Людям нечего будет есть через много дней.

Князек ошалело заморгал. В недрах его толстокорого плоского черепа кипели неслыханно интенсивные мыслительные процессы.

— Добрый дух сказал правильно, — наконец объявил он. — Надо убивать Каменных Людей столько, сколько можно съесть сразу. Но я не покажу ему дорогу. Я туда не пойду. Вопрос: зачем мне туда идти. Пойдут охотники. Один, один и один охотник. Совсем глупые. Не могут говорить.

— Почему? — удивился Кратов.

— Не знаю, — равнодушно произнес князек. — Недавно родились. Ничего не могут — только охотиться.

Кратов медленно перевел взгляд на черную грязь, лениво колыхавшуюся возле его ног. Он представил себе обратное путешествие, и его снова чуть не стошнило.

7

На планете Церус I все еще тянулся день. Поросячий пятачок солнца так и не стронулся с насиженного места в зените. Охотники вприпрыжку бежали на полусогнутых лапах, оставляя на тонком снежке большие лягушиные следы. Кратов едва поспевал за ними. При каждом шаге с него хлопьями осыпалась смерзшаяся грязь.

Они миновали гряду сопок, пересекли ложбину, поросшую чахлым кустарником, в котором отчего-то пришлось таиться и передвигаться чуть ли не ползком Затем как-то неожиданно возникло большое незастывшее озеро, укрытое сизыми испарениями отвратительного запаха. Противоположный его берег был неразличим в тумане, и нельзя было исключить, что на самом-то деле никакое это не озеро, а застойный морской залив. В колдовской тишине над рябистой гладью упруго и мощно вздымались колонны пара — будто стадо китов подплыло к берегу и переводило дух после долгого путешествия…

Здесь Кратов взбунтовался.

— Все, ребята, — прохрипел он и повалился на заледенелый песок. — Дайте отдохнуть…

Охотники с разбегу пронеслись мимо. Затем их теменные глаза донесли до них дополнительную информацию, и они, четко и слаженно развернувшись, словно автоматы, воротились к распростертому Кратову. Над тем курился парок. Увидев над собой тупые жабьи физиономии, Кратов чертыхнулся и врубил лингвар. Но охотники молчали. «Совсем глупые… не могут говорить…» Они просто торчали кружком и, часто моргая нижними веками, таращились на человека. Потом, как по команде, присели на корточки и обратились в уже знакомые по первой встрече бурые кочки. Оседавший на их шкурах снег не таял.

— Что выпучились? — проворчал Кратов. — Не ви-ди-те — добрый дух устал. Или между местными божествами нет обычая уставать?

Он не дождался ответа и отвернулся от них к озеру.

Темная, ощутимо тяжелая вода пузырилась и пахла сырой нефтью. От озера тянуло теплом. В густом мареве что-то гулко бултыхнулось, ударило по воде, усиливая иллюзию китовьего присутствия. «Удочку бы сюда, — вяло подумал Кратов. — Хотя кто знает, что за дрянь может здесь водиться? Водятся же в прекрасной реке Амазонке жуткие твари вроде анаконд и жакаре…» Он покосился на охотников. Те спокойно торчали на прежних местах не подавая признаков жизни — припорошенные снегом, закаменелые. И мигали редко и очень согласованно.