Злодейка в быту (СИ) - Черная Мстислава - Страница 45

Словно ментоловый леденец с перцем чили. Я сглатываю, но вкус во рту остается. Меня бросает в жар и холод одновременно, и я вдруг начинаю ощущать две противоборствующие силы в своем теле — ци и ша-ци. Как я раньше не замечала⁈ Я со всей ясностью осознаю, насколько натянуты мои энергетические каналы. Еще немного — и лопнут. На этом моя третья жизнь закончится, а перерождение покалеченной души будет печальным… Не хочу родиться морской свинкой или волнистым попугайчиком! Меня передергивает.

А еще голова начинает кружиться. Я хватаюсь за подлокотник, но все равно теряю ориентиры в пространстве и сползаю с кресла прямиком в объятия Шаояна.

— Моя фея…

Он действительно назвал меня точь-в-точь как флейтист или мне мерещится?

Я хочу переспросить, но Шаоян целует, и очередное странное совпадение перестает меня интересовать. Я обвиваю руками шею своего демона. Раз уж он так настойчиво называл себя моим наложником, то почему я должна отказываться? Условности, принятые в человеческом обществе, для меня, ступившей на путь самосовершенствования, больше не имеют значения — мне больше не нужно беспокоиться о возможном браке.

Уткнувшись мне в шею, Шаоян шепчет, какая я восхитительная, обворожительная, как свожу его с ума, как захватила все его мысли и чувства, как он хочет быть со мной. Не выдержав, я опускаю ладонь под ворот его рубашки, веду пальцами вдоль позвоночника, едва дотягиваюсь до лопаток, но и этого хватает — Шаоян всхлипывает сквозь сжатые зубы.

— М-м-м?

— Лин’эр, ты переоцениваешь мою выдержку.

— Скорее, это ты недооцениваешь, насколько далеко я готова зайти, — фыркаю я, одновременно разбираясь с завязками-застежками и наконец лишая Шаояна части одежды.

— Насколько же? — Его голос вдруг становится мурлыкающим и одновременно хриплым.

— Хочешь узнать? — Я тоже мурлыкаю⁈

Подхватив меня, Шаоян волшебно быстро оказывается в спальне и опускает меня на кровать, а сам отстраняется, давая мне пространство и возможность передумать, но я демонстративно нога об ногу сбрасываю сперва туфельки, затем носки. Я же помню, как в прошлый раз на Шаояна подействовал вид обнаженной стопы.

— Позволишь? — спрашивает он.

— Да, — киваю я, хотя понятия не имею, о чем именно он спрашивает.

И Шаоян удивляет.

Окончательно избавившись от одежды, он мягко опрокидывает меня, нависает сверху. Его поцелуй полон нежности и страсти одновременно, и я всей душой открываюсь навстречу, а в следующее мгновение я чувствую затопляющее меня тепло.

До меня далеко не сразу доходит, что Шаоян делится со мной силой.

Даже не так.

Энергия проникает в мое тело, наполняет, кружит голову, ускоряясь, бежит от кончиков пальцев вверх по рукам и ногам, закручивается вихрем в районе солнечного сплетения, переполняет ядро, и поток течет обратно по меридианам и каналам от меня к Шаояну. Поток ци, смешанной с ша-ци, становится одним на двоих.

— Ян-Ян, — впервые я называю своего демона неполным именем.

То, что между нами происходит, гораздо больше, чем телесная близость.

Если честно, Шаоян мог бы… опьянить меня. Едва ли для печати душевная близость и полная открытость будет вредом, тем более именно я проявила инициативу, я дала согласие. Да, сейчас Шаоян мог бы превратить мои мозги в розовый кисель, сделать из меня по уши влюбленную дурочку, ловящую каждое слово своего принца и напрочь лишенную собственной воли, но Шаоян дозирует энергию. Он не солгал — его действительно устраивает и связь между нами, и подчиняющая печать.

Немыслимо…

Ци бежит еще быстрее.

Одежды на мне теперь тоже нет, только шелк простыней скользит по обнаженной коже и его губы, руки. Ощущения слишком яркие, и я в них теряюсь. Остается нарастающее острое удовольствие, которое на пике становится настолько невыносимым, что я просто отключаюсь.

Когда я прихожу в себя, Шаоян рядом. Его близость — первое, что я выхватываю из окружающей действительности. Он расслабленно лежит на боку, приобнимает меня и лениво гладит по спине.

— С новым прорывом, Лин’эр, — улыбается он. — На пути к бессмертию ты поднялась на еще одну ступень.

Глава 42

Правдивее сказать, на следующую ступень Шаоян меня затащил, он буквально захлестнул меня энергией. В теле приятная усталость и легкая ломота в мышцах, я блаженно улыбаюсь и потягиваюсь, почему-то совершенно не стесняясь своей наготы. Хотя чего стесняться телесной оболочки, когда мы соприкоснулись чуть ли не душами…

Я чувствую себя очень уязвимой, и в то же время я в безопасности.

— М-м-м, — невнятно мычу я и тянусь, чтобы убрать прядку, лезущую Шаояну в глаз. Неужели ему не мешала?

Его волосы на ощупь жесткие, но между пальцами скользят как жидкий шелк. Рука соскальзывает Шаояну на плечо, ниже…

— Моя госпожа, вы уверены, что продолжение будет хорошей идеей?

— Слабо продолжить?

Вот зачем я его подначиваю? Я даже морально к продолжению не готова, мне слишком хорошо, чтобы шевелиться, в голове по-прежнему розовый туман.

Шаоян угрожающе прищуривается, но, к счастью, на провокацию не ведется, только смешливо фыркает и вдруг садится, так и не отведя взгляда. Он даже не смотрит сверху вниз, а демонстративно рассматривает, скользя взглядом от кончиков пальцев на моих ногах до макушки и обратно. Кажется, он рассчитывает меня смутить, однако я лишь отстраненно удивляюсь, что не испытываю ни малейшего неудобства. Может, оттого, что в его глазах горит искреннее восхищение?

— Утром выдам тебе пилюлю для укрепления энергетических каналов, — ворчливо сообщает он, явно недовольный моим безразличием. — Надо же, как ты сомлела…

— М-м-м? — Так мое состояние вызвано прорывом на следующую ступень и избытком ци? — Ну, выдай.

Мне даже думать лениво.

— Спасибо за разрешение, — фыркает он и без предупреждения подхватывает меня на руки.

— А?

— «О», «у». Какие еще звуки знаешь?

— Пф-ф!

— Что-то новенькое?

Я поудобнее устраиваю голову на его плече. Слушать, как бьется его сердце, гораздо приятнее, чем слушать, как он язвит. Веки тяжелеют, но я не засыпаю, а отчетливо ощущаю, как Шаоян меня куда-то несет. Мне бы спросить куда, но я не спрашиваю, даже не смотрю.

Куда-то недалеко.

Стопа цепляет теплую воду. Я все-таки приоткрываю глаза, и как раз вовремя, чтобы увидеть, как Шаоян легко взлетает на бортик огромной деревянной ванны, которая по законам физики должна под нашим общим весом перевернуться, но благодаря магии не переворачивается, и Шаоян вместе со мной плавно погружается чуть ли не с головой, мы остаемся по шею в воде.

— М-м-м… — Как хорошо.

— Я знал, что от гарема одна сплошная головная боль. Но я же умный! Я все придумал: чтобы не заводить наложниц, сам стал наложником! Почему мне кажется, что я просчитался, а, Лин’эр?

— Что за чушь? Какой может быть просчет, если тебя выбрала я?

— Ха, действительно… Виноват, моя госпожа.

— Масса-а-аж, — капризно тяну я.

Подвинувшись, Шаоян кладет ладони мне на плечи и с легким нажимом проводит вниз к лопаткам, затем возвращается к плечам, очень осторожно разминает шею. Я запрокидываю голову. Его пальцы смещаются на затылок, потом обратно на плечи… А потом я снова засыпаю сном без видений.

Я ощущаю тепло и убаюкивающее покачивание, словно я в лодке на водах ленивой долинной реки. Тело ощущается невесомым, по коже скользит ласкающий поток ци, и я не понимаю, где явь, а где игра воображения.

Когда я просыпаюсь, полог над кроватью сдвинут, со стороны террасы льется странный, наполненный розовато-перламутровым сиянием свет. Я зеваю, тянусь, обнаруживаю отсутствие одежды и дергаю одеяло на себя. Шаоян еще спит и на ограбление никак не реагирует, а вот моя попытка снять свою ногу с его бедра вызывает у него недовольство. Шаоян не просыпаясь приобнимает меня и подтягивает к себе. Выбраться из его цепкой хватки не получится… И кажется, не только сейчас, но и по жизни. А мне и не хочется выпутываться — я переворачиваюсь на бок, подпираю щеку кулаком.