Злодейка в быту (СИ) - Черная Мстислава - Страница 11

— Ох, госпожа заклинательница! — Она предлагает мне чай, лишь слегка сгибается.

Уловив мое намерение, кормилица выходит вперед и поддерживает женщину под локоть, тем самым не позволяя ей завершить поклон.

Я принимаю у женщины пиалу, подношу к губам и делаю глубокий вдох.

Теплый воздух наполнен терпким ароматом горечи, вкус, про который я бы точно сказала, что он совершенно не мой, внезапно мне нравится, и я осторожно — вдруг будет горячо? — пробую чай. Хотя Юйлин прекрасно разбиралась в дорогих сортах, в своем расщепленном состоянии я не могу определить, что я пью. Чего ждать от вносящей диссонанс иномирянки, заваривавшей себе пакетики?

Я делаю глоток, еще один и, вспомнив этикет, не ставлю пиалу на поднос, а протягиваю старшей женщине. Оба жеста верны, но второй означает, что я готова принять вторую порцию.

— Ни один самый драгоценный сорт не сравнится со вкусом гостеприимства, — повторяю я теперь для женщин.

— Госпожа заклинательница, вы оказали нам великую честь!

— Госпожа заклинательница, простите, что заставил вас ждать. — Сын старосты бросает всего один взгляд, и женщин будто ветром выдувает, они только и успевают поставить поднос с чайником на стол.

Я провожаю их взглядом.

А ведь не будь у меня дара, я бы оказалась в столь же незавидном положении, как и родственницы старосты. Командир Вей за спиной, безусловно, сила, но я очень сомневаюсь, что дядя и тетя позволили бы мне своевольничать, если бы знали, что я не способна себя защитить.

Мороз по коже.

— О, мой вопрос уже решен? — Я делаю очередной глоток, и на сей раз пиалу подхватывает кормилица.

Как по мне, довольно бредово, что я сама не должна ставить посудину на стол, только руками служанки.

Мужчина исполняет очередной поклон, складывает руки перед грудью.

— Госпожа заклинательница, прошу понять моего отца. Совершенно любой дом никак не может быть предоставлен. Никто из деревни не сможет жить спокойно, зная, что его дом больше вашего! Все семьи переберутся в шалаши и замерзнут насмерть!

— Неужели меня прогоняют?

Я знаю настоящий ответ, но зачем давать повод заподозрить себя в шпионаже?

— Как бы я посмел, госпожа заклинательница? Я лишь прошу рассмотреть дом вдовы Ции, госпожа заклинательница! Уединенный, с видом на горы у горизонта, он лучше всего подходит для отдыха и восстановления, а дорожка ведет прямиком к чайной. Травница — лекарей в нашей деревне нет — живет неподалеку. Клянусь, лучше места вам не найти, госпожа заклинательница! А по легенде и вовсе дом вдовы Ции стоит на жиле особо мощного течения ци, но то уж слухи, может, впустую болтают, а может, и есть что.

Если все так прекрасно, то что именно с домом не так?

Почему-то о доме говорят как о доме вдовы Ции, не по имени ее мужа. И вроде бы хорошая новость — даже неодаренные женщины имеют право владеть недвижимостью. Но… почему решение о продаже принимает не сама вдова, а староста? Гадать о вариантах бесполезно. Возможно, женщина — хозяйка дома лишь по документам. Возможно, самой вдовы давно нет в живых, а возможно, тетушка Ция — это та самая старушка, которой мальчик сейчас рассказывает про чудесную встречу с феей.

Из аккуратных фраз мужчины складывается впечатление, что у дома или у места дурная репутация. Мне продают логово сказочной бабайки? Или… самой настоящей? Магия-то существует, обо что раз за разом спотыкается моя иномирная часть.

Пойти посмотреть дом?

А смысл?

Что такого я могу увидеть, что откажусь от покупки? Что бы я ни говорила и какую бы важную фифу из себя ни строила, я не стану заниматься рейдерскими захватами чужой собственности, а выкупать за любые деньги…

Сколько вообще стоит крестьянский дом?

А то расчехлила кошелек, не имея ни малейшего понятия, сколько у меня есть и какова цена вопроса.

— Звучит неплохо, только объясни: кому все-таки принадлежит дом? Кто продает?

— Вдова Ция слишком больна, чтобы выйти лично. Госпожа заклинательница, от ее имени позвольте поклониться и принести глубочайшие извинения.

Так я все же угадала?

— Хорошо-хорошо, — соглашаюсь я. — И сколько же вдова Ция хочет за свой дом? И где документы?

Возможно, был бы смысл потратить время и взглянуть на логово бабайки своими глазами, но я всерьез опасаюсь, что появится дядя и заблокирует сделку. Да, формально я покупаю дом не для себя, а для кормилицы, которую тетя Ланши отказалась впускать в поместье, но… лучше оформить побыстрее.

Серьезно, в глуши простенький домик из бамбука и глины — а здесь все такие — не может стоить слишком дорого.

— Госпожа заклинательница, взгляните! — появляется староста собственной персоной. Крепкий, моложавый, совершенно не похожий на старика, скорее, мужчина в расцвете сил с круглым темно-коричневым от солнца лицом. Широкоплечий, мускулистый. По виду такой сам вместо быка поле вспашет.

Тем удивительнее, что такой человек-бык пустил вперед себя сына.

Передо мной веером ложатся бумаги.

Очень надеюсь, что староста не осмелится меня обманывать…

Иероглифы похожи на закорючки, я пробегаю верхний лист взглядом и откладываю. Как читать-то? Наверное, так же, как раньше. Я ведь уже выяснила, что у меня нет проблем с каллиграфией, когда я перестаю напрягаться. Надо отвлечься, уступить здешней Юйлин — она точно разберется. Уж что-что, а документы не должны быть для нее проблемой. По крайней мере образование Юйлин точно получила. Хотя… была ли она старательной?

Отвлеченные размышления помогают — иероглифы из черных клякс превращаются в бусинки смысла, и я начинаю понимать написанное. Собственно, ожидаемо — документ, который я отложила, не что иное, как свидетельство о праве собственности. Согласно документу, дом вдове достался в наследство от мужа. Заверяющая печать чиновника переливается силой.

На втором документе печати нет, и, судя по виду, состряпан он только что на коленке: староста подписал, что вдова Лю Ция по состоянию здоровья перешла под опеку мужа своей внучки, который — вот совпадение! — и является старостой.

Что-то я не уверена, что писулька имеет юридическую силу, но допустим. Не к дяде же идти с просьбой заверить документ.

Третья бумага — купчая, и староста подает мне чернильницу с кисточкой.

— Госпожа заклинательница, мой долг как опекуна не предавать интересы вдовы. Пять таэлей серебра, госпожа. — Староста отвешивает мне почтительный поклон.

Цену он назвал очень естественно, а вот у сына старосты глаза широко распахиваются, и что-то мне подсказывает, что его впечатлил заоблачный запрос отца.

Пять таэлей серебра — это много или мало?

Я просто так целый осколок подарила слуге, так что пять слитков — немного.

Но реакция сына старосты говорит об обратном.

Поторговаться?

В моем кошельке гораздо больше, чем пять слитков.

Теоретически, по очень грубым прикидкам, того богатства, что у меня есть, хватит на безбедную жизнь мне, моим детям, и внукам еще останется. При условии, что тратить мы будем на жизнь, а не на роскошь.

— Пять, говоришь? — Пусть слышит, что я недовольна, однако я открываю кошелек и выкладываю на стол первый слиток серебра.

Продолговатый «кирпичик» со сколом ложится на стол, и я достаю следующий. Каждый размером с мой палец, наверное. Третий слиток, четвертый. Я медлю и выкладываю пятый.

— От имени Лю Ции нижайше благодарю, госпожа заклинательница.

Так…

Подобного рода сделки заверяет чиновник.

Староста не чиновник, а кроме него, в деревне нет ни одного официального лица. И кто заверит сделку?

Глава 12

Хм…

Здешняя Юйлин та еще покупательница — она даже в магазинах далеко не всегда утруждала себя расчетами. Нередко торговцам приходилось за оплатой приезжать в поместье. Впрочем, в накладе они не оставались. По установленным отцом Юйлин правилам слуги магазина непременно получали в подарок пару осколков серебра, а если приезжал сам хозяин, то ему подавали чай и тоже что-нибудь дарили, но не деньги, а приятные мелочи.