"Космические циклы романов". Компиляция. Книги 1-49 (СИ) - Тарарев Юрий - Страница 12

– Я его так сконструировал, для твоего удобства.

– Спасибо за заботу.

Что такое забота, Вей не знал, но уточнять не стал.

– А зеркала у тебя здесь нет?

Тут же в стене протаяло её трёхмерное голографическое изображение.

– Ничего себе, это я?

– Ты, конечно, нравится?

Она смотрела и не верила своим глазам: перед ней стояла египетская принцесса, которую она видела в музее изобразительных искусств.

– Невероятно, – наконец, промолвила она, – это что же получается, в древности в эти костюмы были одеты вы?

– Возможно, – нейтрально ответил Вей, убирая изображение, – теперь следи за работой скафандра и не забывай, о чём я тебе говорил.

Внешне ничего не изменилось, но через минуту Вей сказал:

– Атмосфера в шлюзе изменена, ты перешла на автономное дыхание.

Её охватила паника:

– Как изменена? – в глазах потемнело, воздуха стало не хватать.

– Успокойся, – послышался уверенный голос Вея, – всё в порядке, подумай, чего ты хочешь.

«Воздуха и прохлады», – подумала она, и её сразу обдало волной прохладного чистого воздуха, она постепенно упокоилась.

– Ну что, всё, адаптировалась? – спросил её Вей.

– Да, спасибо, всё в порядке.

– Теперь второе испытание, – продолжил Вей, – мне нужно снять скафандр. Ты не изменила своего желания увидеть меня в естественной среде?

Надежда на миг задумалась, ей было страшно, но отступать было неудобно.

– Нет, не изменила, – чуть хриплым от волнения голосом ответила она.

По Вею вдруг пробежала сеточка молний микро разрядов, и он разделился на две половины, как футляр, из которого на пол стекла огромная ртутная капля. Влажно поблескивая, капля образовала шар. Увиденное шокировало Надежду, и она потеряла сознание. Её скафандр тут же отреагировал, тонизируя организм. Она очнулась, открыла глаза.

– Надежда, может быть, мне снова надеть скафандр? Я своим видом тебя лишил сознания?

– Не надо, всё нормально, я в порядке, просто мне нужно привыкнуть.

– Ну что ж, привыкай, пошли в центр управления модулем.

В стене появился проём, и ртутный шар Вея покатился в него. Надежда пошла следом.

«Я слышу его голос, но он не говорит, у него нет для этого ничего».

– Надежда, я говорю телепатически, ментально транслирую мысли, а скафандр переводит в привычный для тебя аудио режим.

– Ты читаешь мои мысли?

– Только сейчас, пока ты адаптируешься, но ты можешь блокировать проникновение извне.

– Нет, Вей, блокировать я не буду, а попрошу тебя без моего разрешения не читать моих мыслей.

– Хорошо, не буду. – а про себя удивленно подумал: «А она умнее, чем я предполагал!»

Они прошли бесчисленными коридорами и, наконец, оказались в огромном зале – центре управления. В середине зала стояла колонна, метра два в высоту, с чашей на вершине. Вей трансформировался в нечто, похожее на пружину, оттолкнулся и взлетел в эту чашу, снова принимая форму шара.

Сверху ударил столб света прямо на Вея и разлетелся во все стороны зала зайчиками, как от дискотечного зеркального шара.

– Надежда, рядом с тобой кресло, садись в него и пристегнись страховочными ремнями для безопасности, надень шлем вхождения в виртуальное пространство модуля, а я займусь управлением.

Надежда выполнила все его рекомендации, но, как только надела шлем, потеряла ориентацию на мгновение и потом вдруг увидела сразу всё: поляну, лес, гору, город. Но самое интересное было вверху: на неё оттуда смотрели миллиарды звёзд.

«Как такое может быть? Ведь день? – как бы задала она вопрос.

Вей тут же ответил:

– Конечно, день, но смотришь через высокочувствительные навигационные системы корабля, поэтому видишь всё в режиме реального времени.

– Как красиво! – ответила она.

– Я рассчитал курс, стартуем, – сообщил Вей.

Надежда внутренне сжалась, приготовившись к перегрузкам. Раздался лёгкий смешок Вея:

– Перегрузки не будет, мы поднимемся на антигравитационных генераторах, а на высокой орбите включим двигатели.

– Понятно, – растерянно отозвалась Надежда.

Огромная пирамида корабля плавно поднималась, бесшумно уходя в небо. Надежда видела быстро удаляющуюся поверхность Земли, которая становилась всё меньше и меньше. Исчезали детали пейзажа, затем исчез и весь пейзаж. Постепенно Земля превратилась сначала в огромную вращающуюся поверхность, покрытую одеялом облачности, а потом и вовсе в шар с континентами, водными поверхностями и пологом молочной облачности.

– Включаю двигатели, – оторвал её от созерцания окружающего пространства голос Вея.

У основания пирамиды стало разгораться голубое сияние, которое толкнуло корабль вперёд. Звёзды, сначала ясно видимые, вдруг смазались в одну светящуюся линию.

– Световая скорость, через час будем на месте, как ты себя чувствуешь?

– Как я себя чувствую? Как в сказке! А где находится твой базовый корабль?

– Базовый корабль дрейфует в поясе астероидов Сатурна.

– Круто, даже не верится, что я здесь в качестве гостя, а не пленницы.

– Это что, пожелание или ностальгия по приключениям?

– Вей, ну какая ностальгия, я сейчас переживаю самое захватывающее приключение в своей жизни благодаря тебе.

– Не мне, Надежда, а случаю.

– Вей, а для чего ты светишься солнечными зайчиками, как дискотечный шар?

– Что такое дискотечный шар, я не знаю, а посредством света, вернее, фотонов света, я управляю кораблём, направляя команды на определённый участок сенсорного поля.

– Понятно, – неопределённо произнесла Надежда.

– Приготовься, приступаем к торможению, – предупредил её Вей.

Звёзды постепенно останавливали свой бег, потом появились первые созвездия, и вот уже всё пространство стало усыпано бриллиантами звёзд разной величины, лежащими на чёрном бархате космоса, а прямо по курсу на них надвигалась огромная планета, которую опоясывали разноцветные кольца.

– Вей, а мы в неё не врежемся?

– Нет, сейчас установим нужную орбитальную скорость и будем выполнять стыковку с моим звездолётом.

– А как называется твой звездолёт?

– В переводе на ваш язык звучит как «Звёздный ветер».

– Красиво и даже романтично, – одобрила Надежда.

Модуль вошёл в поток астероидов. Рядом проносились многокилометровые каменные глыбы, как исполины, выныривая из тьмы. Камни поменьше уничтожались противометеоритной защитой, превращаясь в облачка пара. Надежда втянула голову в плечи: ей стало страшно.

– Не бойся, это самое простое, что я делал при пилотировании.

Надежда слегка успокоилась, но всё равно было страшно, она даже пожалела, что согласилась на этот полёт. Неожиданно перед их модулем выросла горой огромная многокилометровая пирамида базового корабля.

– Прилетели, – констатировал Вей.

Узор солнечных зайчиков сменился и заиграл, помигивая. В огромном корабле открылись ворота грузового ангара, и Вей, работая маневровыми двигателями, точно завёл модуль внутрь ангара. Надежда, наблюдавшая за этим, затаив дыхание, зааплодировала:

– Вей, ты такой умелый пилот!

Лесть Надежды заставила Вея испытать нечто похожее на гордость, но он ответил сдержанно:

– Ну что ты, у нас так пилотировать умеют многие.

Столб света погас. Вей стёк со своего пьедестала.

– Прилетели. Пока автоматика будет разгружать модуль, я покажу тебе корабль.

– Здорово, – восхитилась Надежда, – Вей, а ты можешь внешне принять человеческую форму? А то видеть разумный шар как-то жутковато, хотя я уже привыкла.

– Можно, конечно, – потёк, расправился, и перед ней через мгновение стоял излучающий блики манекен.

– Так лучше.

– Спасибо, отлично. Звездолёт очень большой, чтобы осмотреть всё, потребуется много времени, а нам нужно вернуться на Землю к ужину, а то Вера Ивановна будет волноваться, когда у вас ужин?

– В девятнадцать часов.

– Отлично, что бы ты хотела увидеть?

– Всё, – вырвалось у неё.

– Хорошо, посмотрим, что успеем, кстати, ты не проголодалась?