Мальчик который не спит (СИ) - Черноводов Дмитрий - Страница 141

— Мы переспросили, — покивали близнецы. — Все он услышал.

— Ну ладно…

— Гарри…

— Мы хотим…

— Довести меня?

— Нет…

— Но…

— Вы, в принципе, не можете говорить нормально?

— Мы нервничаем, — вздохнул Фред. — Я скажу… Мы хотим стать артефакторами.

— Рад за вас, — кивнул я.

— Вот только есть проблема, — вторил брату Джордж. — В Британии не учат на артефакторов.

— Да, это проблема, — кивнул я задумчиво.

— Но мы знаем, что на твоей фабрике метел артефакторов обучают, но только талантливых работников, которые делом показали, что руки у них растут из нужного места.

— Вообще без понятия, что там пока происходит, — развел я руками. — На фабрике аудит вовсю, летят головы и все такое.

— Вот и мы о том же, — кивнули синхронно близнецы. — Кого-то да уволят. Мы хотели попросить тебя о протекции. Наших знаний и умений вполне хватит, чтобы устроиться на фабрику, вот только там целая очередь на годы вперед.

— И это на самую низовую должность, где занимаются первичной обработкой материалов.

— Значит, хотите без очереди, — понял я.

— Мы готовы принести тебе клятву верности, — привел аргумент Фред.

— Готовы, — подтвердил Джордж.

— Я вас услышал, — кивнул я. — Подумаю и скажу уже в Хогвартсе.

— Хорошо, — покивали близнецы, очень резво пропадая с глаз долой.

Я же вернулся в купе, где сидели какие-то уж больно тихие девушки. Я даже осмотрелся, ожидая увидеть все что угодно: от трупа дворецкого в чемодане до портала в ад. Но ничего не обнаружил и сел на сиденье, продолжая с подозрением смотреть на невинные девичьи мордашки.

— Ладно, — не выдержал я. — Признавайтесь, где тело?

— К-какое тело?! — заикнулась Пэнси.

— Которое вы расчленили и спрятали в чемодан, — покивал я с глубокомысленной миной.

— Мы избавляемся от улик радикально, — высокомерно ответила Дафна.

— В окно выкинули?

— Нет, ну скажите ему! — воскликнула Луна.

— Вот-вот, — кивнул я. — Послушайте умного человека и, как на исповеди, признайтесь во всём. Накажу строго, но справедливо.

— Наказывалка не выросла, — буркнула Миюри.

— Как раз выросла, — ухмыльнулся я сестре, и та фыркнула в ответ. — Итак, дамы, что у вас тут происходит?

— Ну, помнишь, мы говорили об осознанных сновидениях?

— Что-то такое припоминаю, — покивал я. — И что?

— А то, что у нас получилось!

— Ладно… а чего тихие такие?

— Ты всё же был прав, — кивнула Миюри. — Кажется, это перенос в прошлое и в будущее… Ваша троица…

— Мы видели сон, — сказала Дафна, как-то очень быстро краснея. — Там были мы в будущем… В одной кровати… Очень голые…

— Мне срочно нужны ваши воспоминания! — воскликнул я.

— Нет!

— Дэн!

— Там такое…

— Шучу же, но то, что вы смогли увидеть своё будущее, это очень хорошо. Занимайтесь этим и дальше, пока не увидите то, из-за чего вы вообще пошли на такой шаг. Есть у меня некоторые подозрения…

— Ты, — сказала Луна.

— Чего я?

— Ты не перенесся, — пояснила Пэнси. — Мы думаем, что ты погиб.

— Как вариант, — задумался я. — Скорее всего, инфаркт после марафона с красотками!

— Дэн, ну не смешно же, — проворчала все еще красная Дафна.

— Но как вариант, — усмехнулась Луна. — Там тако-о-о-ое…

— В общем, практикуйтесь, — кивнул я. — В любом случае, это не сильно к спеху, раз мы там всяким занимались.

— Это да, — вздохнула Дафна. — Неужели у Луны такие бидоны вырастут…

Теперь уже и Луна покраснела, отвернувшись в окно.

А меня теперь интерес съедает: что же там такое было между нами? Точнее, как, в каких позах и какой размер будет у Луны? Нет-нет, и мой левый глаз постоянно косился на Луну. Девушка заметила это и спряталась за Миюри.

— Прогуляюсь, — сказал я, вставая и выходя из купе.

А то напряжение между нами уже можно было резать ножом. Девушкам нужно переварить увиденное, да и мне чуть успокоиться.

— Мечтаешь о том дне, когда сможешь сделать всякое с этими красотками? — спросила выскочившая следом Миюри.

— Я сейчас с тобой всякое сделаю…

— Ой, братик, мне только в радость! Моё тело в твоем полном распоряжении!

— Извращенцы, — буркнула какая-то девушка, выглянувшая в коридор из соседнего купе.

— Ну всё, — вздохнула Миюри. — Теперь по школе пойдут слухи… Брат и сестра… Запретная связь…

— Ты-то чего такая возбужденная?

— Я тоже волнуюсь, — сказала Миюри. — Что с тобой случилось в будущем? Ты ведь постоянно влипаешь в какие-то опасные ситуации. Думаешь, мне хочется потерять тебя?

— Так, успокойся, — я обнял блондинистую мелочь, которая уже вовсю пускала слезы из глаз. — Теперь я буду самым осторожным человеком в мире. Даже в туалет буду ходить с пулеметом.

— Угу… — всхлипнула в меня Миюри.

Ну а что я хотел? Миюри и правда стала одиннадцатилетней девочкой. Тело уж точно, поэтому, несмотря на более чем взрослый разум, её пробивало вот на такое. Да и у божественных волчиц возраст — это такая переменная, которую можно не учитывать. Для них что сто, что пятьсот лет — они все равно остаются молодыми и игривыми.

Пройдясь по поезду, понял, что часть народа стала меня сторониться и общаться предельно вежливо. Устроив одной парочке допрос, выяснил, что после резонансной статьи в «Пророке» многие школяры поняли, что их родители работают на меня.

Что за статья? Сама Ритулька Скитулька расщедрилась на дифирамбы мне, рассказав, как злой Гарри Поттер лишает последней крохи хлеба своих работников. По её словам выходило, что как только я получил власть над своими предприятиями, сразу же оштрафовал всех сотрудников на такие огромные суммы, что их семьи теперь последний хлеб без соли доедают.

Чистая заказуха от тех, кто сидел у кормушки все это время. Всем им дали возможность вернуть наворованное или уехать в Азкабан с концами. При этом ни один простой работник не пострадал, и даже зарплату им должны были повысить после аудита, ибо все это время её вообще не повышали.

На подъезде к Хогвартсу нас накрыла беспросветная пурга, так что из поезда мы выходили в белое нечто, где уже через метр ничего не было видно. Метель знатно мела, и до кареты студенты шли на ощупь. Возможно, парочка из них потерялась.

У нас все оказались на месте, так что, набившись в карету, мы как-то доехали до замка. Тут уже было проще ориентироваться. Яркое пятно замка светило даже через снежную завесу.

Все же первокурсников нужно пересчитать, а то и правда кто-то потеряется. Хотя я, чуть замедлившись, позвал эльфа, ответственного за наш факультет, и тот заверил меня, что всех потеряшек они самолично перемещают в замок.

Что ж, значит, можно не беспокоиться о мелких.

Приветственный после каникул пир прошёл в праздничной обстановке. Большой зал все еще был украшен в зимних тонах, и народ вовсю наслаждался беззаботной атмосферой.

Я же думал совершенно о другом. Нужно проверить, как там Деметра и мелкие. А еще мне не ясно, когда же распределение Миюри? МакГонагалл перехватила её перед пиром, и я решил, что, как все рассядутся, будет распределение для Миюри.

Внезапно двери Большого зала распахнулись, и к нам ввалилась окровавленная МакГонагалл, держащаяся за бок и оставляющая за собой кровавый след.

— Альбус, чудовище! — крикнула МакГонагалл и в стиле почившего Квиррелла плюхнулась на пол замка.

Следом за деканом львят в зал вошла белая волчица, чья пасть была вся в крови, и зло зарычала на МакГонагалл.

Дамблдор резко вскочил, направляя на Миюри палочку. С неё сорвалось какое-то яркое заклинание и полетело в Миюри.

Я как сидел, так и оказался рядом с Миюри, только под задницей уже не было лавочки. Переместить волчицу я не успевал, поэтому просто поменял направление заклинания директора, скрутив пространство в обратную сторону.

Удивленное лицо Дамблдора теперь долго будет греть мне душу. Заклинание впечаталось в грудь директору, и того с ног до головы опутали стальные цепи. Я же наконец-то дотянулся до Миюри и, цапнув рукой за шерсть, переместился с ней в поместье.