Мы снова дома (СИ) - Эльтеррус Иар - Страница 43

— Знаете, я и сам чувствую, что она она нам чуть ли не родная, — растерянно отозвался он. — И важность ее ощущаю. Не знаю, что это. Но… Вы правы, девчата, нельзя ее сейчас отталкивать. Глядите, она плачет…

Парень показал на склоненную голову дикарки, если присмотреться, можно было заметить часто капающие на траву слезы. И такой безнадежностью веяло от бедняжки, что становилось не по себе. От этой картины у него чуть душа не перевернулась. Никогда не видел, чтобы человек так обреченно и горько плакал. Причем молча. Отказать ей сейчас будет какой-то нечеловеческой жестокостью. И кем он после ее гибели будет считать? Сволочью, больше никем. А то и хуже, конченым подонком.

Что ж, раз надо, значит надо. Андрей решительно встал, подошел к дрожащей девушке, встал позади нее на колени и принялся осторожно ласкать ее. Незнакомка оказалась на удивление чистоплотной для дикарки, явно недавно вымылась. Вслушавшись в свои чувства, он понял, что, как ни странно, ничего против не имеет. И сделал нужное. Это получилось на удивление легко, и удовольствие парень получил немалое. Хотелось надеяться, что девушке тоже понравилось, что он не повел себя, как скот, думающий только о своем удовольствии.

Когда все закончилось, Кира и Ида напоили морсом нового члена семьи Соменко, а никто уже не сомневался, что эта дикарка станет очередной женой Андрея, после чего отвели девушку на корабль и положили ее изучать язык при помощи гипнопакета. Примерно через два часа она очнется и заговорит по-русски. Вот тогда и можно будет узнать, что здесь на самом деле произошло и почему.

— Что это было за наваждение? — растерянно спросил Сом.

— Не наваждение, — возразила Алэкуа. — Просто мы встретили частицу нашей семьи. Она, я уже говорила, чем-то очень важна для нас. Так бывает, особенно среди экстрасенсов, а мы с Адаоби, пусть не очень сильные, но экстрасенсы. Да и ты, дорогой, как выяснилось, тоже. Ты пока совсем слабенький, но кое-что уже чувствуешь. Надо будет дать тебе кое-какие методики тренировки, некоторым меня еще дед-шаман научил.

Семья Соменко принялась обсуждать случившиеся, строя разные предположения, но ни к какому выходу прийти не смогла. То, что у дикарки что-то случилось в родном племени, было ясно каждому, но что именно? Чтобы рискнуть вот так предложить себя кому-то незнакомому, надо было находиться в крайней степени отчаяния.

За разговором они не заметили, как прошли два часа, и Настасья привела дикарку, одетую сейчас не в свою мешковину, а в обычный комбез службы Дальнего Поиска. Она изумленно смотрела на все вокруг, словно впервые видела, но больше не плакала. А при виде Андрея очень робко улыбнулась, глядя на него с затаенной надеждой.

— Здравствуй, милая! — тоже улыбнулась ей Дарина, все еще игравшая в семье ведущую роль благодаря решительному характеру. — Ты меня теперь понимаешь? Как тебя зовут?

— П-понимаю… — растерянно ответила дикарка. — Я Белая Лань. Но разве так бывает? Откуда я знаю этот язык? Откуда я знаю все это⁈ Про космос, космические корабли и прочее странное? Откуда⁈ Я же ни о чем таком никогда раньше не слыхала! В племени попробовала бы я такие сказки рассказывать, засекли бы насмерть железной лозой!

Как выяснилось, Кира с Идой залили в память Белой Лани не только языковой пакет, но и основную информацию, необходимую для жизни человеку космической цивилизации, и вскоре она постепенно начнет понимать, что видит перед собой. А после установки импланта изучит специально разработанные для людей малоразвитых народов инфопакеты, разработанные опытными социологами, и вскоре будет ориентироваться в имперской жизни не хуже коренным имперцев.

Белая Лань пребывала чуть ли не в шоке. Когда она очнулась на кушетке в медотсеке корабля, она вдруг поняла, что знает и что такое космический корабль, и что такое медотсек, и что такое гипнопроектор, и многое другое. Мало того, думает она теперь не на родном, довольно убогом языке, на котором говорили в родном племени, а на совсем другом, именуемом русским. Он был настолько богаче племенного, что можно было выразить любые оттенки чувств. Удивительно! И невероятно странно.

Объяснение о том, что ее научили всему этому во сне, Белая Лань приняла, но никак не могла понять способа сделать это, хотя умом знала, что такое гипнопроектор. Вот только жизненный опыт протестовал против такой легкости получения знаний, ведь в племени каждую крупицу полезной информации приходило приходилось добывать, делая услуги знающим. Как девушка обихаживала матушку Рыжую Сову, чтобы та научила ее своему способу плетения одежды из растительных волокон. Три руки лун кормила капризную старуху всякими вкусностями, добываемыми правдами и неправдами, прежде чем та согласилась учить. А здесь все задаром.

Однако Белая Лань все еще не понимала, кто она здесь и зачем. Не выдержав, девушка, никогда не любившая танцев вокруг да около, прямо спросила об этом.

— Если ты не против, то станешь пятнадцатой женой Андрея, — с улыбкой показала на мужчину чернокожая красавица. — Войдешь в нашу семью. Ее самоназвание — Соменко.

— Против⁈ — чуть не завизжала от радости Белая Лань, на такое щедрое предложение она даже надеяться не могла. — Да какой же это дурой надо быть, чтобы отказаться от своего счастья⁈

— Но ты учти, что мы не сидим на месте, постоянно летаем на нашем корабле, ищем то одно, то другое. Чтобы было понятнее — мы охотники-разведчики. У нас даже дети растут не с нами, а в специальном месте, где ими занимаются опытные воспитатели.

— Ничего, я готова сутками бежать, если понадобится, — заверила Белая Лань, вся трясясь от радостного возбуждения, она очень надеялась, что ей сегодня или завтра достанется еще внимания мужа и ради этого готова была на все. — Не раз забиралась в такие места, куда никто больше не рисковал. Даже в Черном храме однажды побывала. Так что ходить на разведку мне не впервой, я к этому готова.

Вскоре выяснилось, что жены Андрея совсем не юные девушки, хотя выглядят именно таковыми, а уважаемые матери, родившие дважды, а то и трижды. На ее смущение и попытки выказать уважение странные женщины только рассмеялись, сказав, что она и сама вскоре станет матерью. Смуглая красавица, от которой ощутимо тянуло тяжелой шаманской силой, заверила, что Белая Лань сегодня понесла, и теперь ее будут беречь. От столь радостного известия девушка разрыдалась, такого счастья быть просто не могло. Неужели ей наконец-то повезло по-настоящему? Спасибо вам, духи предков!

— А что за Черный храм ты упомянула? — после того, как Белая Лань поведала о своей беспросветной жизни в родном племени, поинтересовалась старшая жена семьи, Дарина, которой девушка никогда не стала бы противоречить, уж слишком у той был жесткий и решительный взгляд, такая легко прибьет, если что не по ней. А уж выпорет вообще без сомнений.

— Это в Черных скалах. Там есть расщелина, в которую можно с трудом забраться, правда придется протискиваться долго, но после этого попадаешь в круглый зал, там какая-то странная штука с прозрачной крышкой стоит, в ней женщина лежит. Очень красивая, только с рогами.

— Значит пики все же искусственные объекты! — вскочил Андрей, чуть ли не пританцовывая от нетерпения. — Судя по описанию, это либо саркофаг, либо стазис-камера. Надо срочно отправлять туда зонды!

— Не могу только понять почему корабельные сканеры ничего не обнаружили, они довольно чувствительны, — заметила Дарина. — Наверное, экранирующая порода. Внутрь ведь пиков никто даже не думал проникать, а пещер обнаружено не было. Теперь ученые задумаются над этим. А уж что поднимется, если мы действительно найдем саркофаг…

— Что-то мне подсказывает, что это отнюдь не саркофаг, а нечто большее. Белая Лань, ты покажешь расщелину?

Девушка лихорадочно закивала. Не прошло и пяти минут, как на поляну опустился флаер, за штурвалом которого сидела Кетаниэль. В него забрались Сом, Дарина, Алэкуа, Адаоби, Катрин и Белая Лань. Остальные остались готовить фрегат к срочному старту, интуиция подсказывала, что это может понадобиться.