Легенда о Рэндидли Гостхаунде 6 (СИ) - Voytsekhovskiy Evgeniy "puddles4263" - Страница 101

И это еще не все, — проворчал Элхум. — Когда отец Вестриссера пожаловался, Изначальный Зверь пожал плечами и сказал, что потенциал кровной линии, должно быть, невелик. С тех пор семья Вестриссеров пыталась сменить свое прозвище на Соколиных Змей, чтобы отмежеваться от относительно многочисленных Крылатых Змей, но безуспешно .

Рендидли представил Крылатых Змей, которые прибыли в Альфа-Космос через Опасные Зоны. Он вспомнил, как сражался против коалиции врагов, возглавляемой Крылатой Змеей; это просто показывало, как далеко он продвинулся с первых дней. Он почувствовал почти нежность к этому воспоминанию.

Уязвленная гордость. Вендетта , — Рендидли цокнул языком. Тогда действия Вестриссера сегодня имеют еще

смысла. Зачем вообще нас отпускать? Неужели он действительно так боится Мрачного Неба?

Что, как полагал Рэндидли, не было бы таким уж запутанным. После того как сам Рендидли сражался с Мрачным Небом, он определенно остерегался бы этой фигуры. Другие Покровители тревожно оглянулись, но никто не заговорил.

В конце концов, аморфный Покровитель Бездны заговорил: Несколько дней синева растекается по Южному горизонту .

Покровитель Глубин застонал и откинулся на землю. Глаза Покровителя Клинков вспыхнули. Элхум мрачно улыбнулся: Тогда это все объясняет. Мы знали, что это произойдет, но Фатия Церулеан скоро прибудет в Маллун. Вестриссеру нет нужды сейчас форсировать события, не тогда, когда его самый верный союзник скоро прибудет .

Мы должны бежать, — пробормотал Покровитель Цветения. — Это была глупая идея — проводить суд над Элхумом, когда сам Фатия будет председательствовать в трибунале. Есть только один путь, как это закончится. Мы не должны преподносить голову Элхума на серебряном блюде, чтобы получить какую-то легитимность в их глазах. Не тогда, когда они так усердно пытались нас задушить .

Если дело дойдет до драки, нас будет нелегко покорить , — прошептал Покровитель Клинков. Его серые глаза сулили насилие.

Разве нет? — возразил Покровитель Солнца. Он поднял голову от раненого Покровителя Глубин и выпустил усталый вздох. Мы, конечно, могучие воины, но это

монстры

. У них были годы, чтобы отточить свои силы, ресурсы двух отдельных рас в виде валюты и редких материалов, чтобы укрепить их. Мы, возможно, правы в своих убеждениях, но если мы форсируем это

Довольно , — прорычал Элхум. Его глаза были яркими и стеклянными, заметил Рэндидли. Мы, возможно, не сильны сейчас, но мы

будем

. И вы знаете так же хорошо, как и я, наш план не сработает без поддержки большинства населения Эфира .

Когда мы накопим эту мистическую, обещанную силу? — прошипел в ответ Покровитель Солнца. Как? Даже этот проклятый Король Пустоты мог сражаться с тобой на равных. Неважно, какова твоя гордость, кем ты мог быть за пределами Нексуса, неважно, какие глубокие тайны ты видел

Я почти у цели , — выражение лица Элхума осунулось, оставив черты голодными и отчаянными. Скоро, как только я смогу получить образ определенной специфичности Фу, давайте не будем об этом спорить. Вы правы, у нас еще есть время сократить разрыв. Но появилась более насущная проблема. Я слышал от Культа Спасителя: место встречи определено, прямо за границей, на Землях Пустоты. Наконец, мы получим от них ответы. В нашем путешествии мы будем интенсивно тренироваться. Мы вырастем .

Часть срочности из разговора других Покровителей испарилась, сменившись чем-то ближе к беспокойству. Покровитель Клинков прочистил горло. Эта встреча Я понимаю, ты всегда верил, что чувствовал его живым, но разве время не кажется тебе слишком удобным? У нас всего несколько недель до суда; потребуется все это время, чтобы добраться до Земель Пустоты и вернуться. Если ты пропустишь это грандиозное событие, они отправят агентов прямо за нами. Они тебя осудят .

Элхум покачал головой, но казался скорее упрямым, чем неуверенным. Это будет просто обмен информацией. Много времени это не займет .

Но что, если они захотят действовать сразу после встречи? — добавила Покровительница Цветения, морща нос. Культу Спасителя нельзя доверять. Они могут даже пытаться заставить тебя пропустить встречу .

Легкая уверенность вернулась к Элхуму, когда он улыбнулся и оглядел группу. Я не говорю, что это будет легко. Но после того, как Покровитель Глубин исцелится, мы встретим эту проблему вместе. Мы найдем выход. Мы всегда находили .

Рендидли нахмурился, услышав текущие планы Элхума. Его немного беспокоило, что события будут развиваться таким образом; они оттягивали его от Маллуна. У него не только было достаточно пп, чтобы завершить следующий Путь награды, но он также был близок к тому, чтобы несколько других Навыков достигли Милле. Вдобавок ко всему, он хотел экспериментировать с перепрофилированием Ритуалов Пустоты для прямого усиления своих атак. Если бы у Рендидли было время посидеть и потренироваться, он знал, что сделал бы еще один шаг вперед в силе.

Единственный вопрос в том, прав ли Элхум, что эта встреча будет лишь информационным обменом .

Он глубоко вдохнул носом и глубоко ощутил окружающую значимость. Очень быстро пришел ответ: Нити не были заинтересованы в путешествии Элхума. Но, как ни странно

Рендидли искоса взглянул на Мэй Мирну, у которой все еще было странное выражение лица. Все это время она вообще не вмешивалась. Больше значимости сосредоточилось над ней, и по ассоциации над Покровительницей Перьев, чем над остальной группой. Другие Покровители обменивались хитрыми ухмылками на уверенный призыв Элхума к команде, но эти двое оставались в стороне от изменения настроения.

Покровительница Истины прочистила горло. В разделении группы в любом случае есть скрытая опасность, но я сейчас на стадии тренировочного монтажа. Я не смогу отправиться с тобой, Элхум, особенно если эта встреча действительно просто время для обмена информацией. Ты должен идти без меня .

Глава 2146

Элхум принял заявление Мэй Мирны о том, что она останется, и даже сохранил хорошее настроение, когда Покровительница Перьев, потому что она тоже стремилась совершенствоваться, и Покровитель Глубин, который поклялся, что Рендидли совершенно извратит его художественные замыслы относительно парящих островов, если он предоставит его самому себе, объявили, что пока останутся в районе Маллона.

Казалось, все были уверены, что, пока они будут незаметны, Вестриссер не станет их искать.

В некотором роде выражение лица Элхума смягчалось с каждым объявлением, особенно с намёком на то, что они будут рядом с Рэндидли; по крайней мере, несколько человек будут здесь, чтобы защитить раненого Покровителя Глубин. Группа, возможно, разделилась, но это не было проблемой.

Однако его настроение полностью изменилось, когда он узнал характер её тренировочного марафона .

Ты позволяешь Вестриссеру улучшать твой образ? Глаза Элхума расширились. Секунду спустя его охватила ярость, скулы напряглись. Это не может быть ничем иным, кроме ловушки. Я разрываюсь между мыслями, изуродует ли он твой образ, пока ты уязвима, или подложит тебе в сердце бомбу, но это не кончится добром .

Глаза Мэй Мирны наполнились сочувствием, когда она посмотрела на Элхума. Сейчас трудные времена. И я не пытаюсь защищать его честность: думаю, мы все согласимся, что он накрепко зашнуровал сапоги злодейства. Но он также силён, Элхум. После нескольких долгих обсуждений я верю, что он понимает, как я хочу изменить свой образ, и он уникально приспособлен для этого. Как таковой

Он пытался убить нашего друга. И признался, что организовал множество — тихо прорычал Элхум, потирая щеки, которые, вероятно, свело судорогой от того, как долго он хмурился. Послушай, я понимаю. Я тоже хочу стать сильнее. Но это не выход. Мы выживем, как всегда .

Это мой путь, который я выбрала . Глаза Мэй Мирны сузились. Поверь мне, Элхум. Я взвесила риски. Они не так опасны, как ты думаешь .

Элхум выдохнул через нос, обдумывая её слова. Странно, но воспоминание начало дрожать и искажаться. Ощущение было похоже на то, как Рендидли дестабилизировал воспоминание давлением своей Ядерной Пустоты, но на этот раз не он был причиной возмущения. По тому, как он прорычал свои слова, было ясно, что Элхум не ощутил внезапного заикания окружающего пространства. Что это, черт возьми, такое, Мэй?