Как злодейка кукурузу выращивала (СИ) - Джейкобс Хэйли - Страница 1

1

Первое, что мне следовало сделать, переродившись в теле злодейки романа — принести надлежащие извинения.

Лишь мне одной известно, о чем эта история и какова в ней уготованная мне роль, которой я не собиралась следовать. В топку сюжет!

Нужно доказать, что я изменилась и больше не собираюсь причинять зло главной героине Эльвине. Тогда все персонажи романа отпустят свои обиды, их ненависть не приведет меня к закономерному для любого антагониста концу.

Смогу. Я смогу изменить предначертанную судьбу!

— Леди Лиссандра просто одержима принцем! Пора бы ей уже понять, что со святой Эльвиной ей не тягаться!

— Кого она пытается обмануть?

— Смотри, ни стыда, ни совести! Снова крутится вокруг, чего доброго, еще ранит бедняжку Эль!

Я думала, что справлюсь. Что смогу хорошими поступками показать всем, что прошлой Лиссандры больше нет.

Но когда я хвалила наряд Эльвины, все шептались, что я завидую. Любой мой комплимент в ее адрес расценивался как проявление пассивной, завуалированной мнимой доброжелательностью, агрессии. Когда проходила мимо, все ждали от меня подножки.

Этот мир вращается вокруг святой девы Эльвины, героини и спасительницы всего сущего. Хоть она и добра ко мне, приняла извинения и даже считает подругой, ее окружение не разделяет этой точки зрения.

Возлюбленный Эльвины, кронпринц Кайден, старшие братья Морган и Энтони, да и все жители этого королевства и фэнтезийного мира — все они — терпеть меня не могут.

Как бы не пыталась, в конечном итоге постоянно остаюсь виноватой.

Как же я устала…

— Лиссандра! — лучащаяся улыбкой Эльвина с белоснежными волосами и огромными зелеными наивными глазами похожа на спустившегося с небес ангела, безгрешного и недостижимого.

— Вот ты где! Снова одна. Идем, вернемся в бальный зал!

Эльвина берет меня под руку и тянет к дверям, ведущим прочь с пустой и холодной террасы, где я пряталась от пристально следящих за мной полных злобы глаз с самого начала бала.

Не хочу.

Не хочу возвращаться туда, где среди толпы не найдется ни одного доброго или хотя бы равнодушного лица. Мужчины, женщины, старые и молодые, даже дети — смотрят на меня с различающимся лишь по своей степени презрением.

— Меня беспокоит твой уставший и грустный вид. Все хорошо?

Как всегда, героиня полна заботы. На ее лице искреннее беспокойство.

Отвечаю односложно, тупя взгляд, чтобы избежать пристального внимания к своей персоне, которое, как ни прячусь за волной смолянисто-черных волос, ощущаю всем телом.

«Что замыслила эта злодейка? Как она собирается в очередной раз подставить хрупкую святую?»

Они ждут, они настороже.

Почему я покорно последовала за Эльвиной? Может, мне все еще хочется надеяться…Ведь надежда — она как действующий медленно яд — не имеющий противоядия — дурманит душу до самой смерти.

— Лиссандра! Идем, потанцуем!

Героиня тащит меня в центр зала, но запинается в длинной юбке, я тяну девушку на себя, не давая ей упасть.

Увы, по воле случая рука Эльвины выскальзывает из моей, и она врезается в проходящего мимо официанта с нагруженным подносом полных вина бокалов на тонких ножках.

Эльвина падает на пол, стеклянная посуда летит вниз, выливая все свое содержимое на шикарное белоснежное, словно цветы подснежника, платье святой девы — подарок ухаживающего за ней кронпринца, более чем очевидно демонстрирующий его серьезные намерения. Вокруг разлетаются острые осколки прозрачного стекла.

Немая сцена.

Тело пробирает озноб, все взгляды присутствующих устремлены на нас. Моя протянутая рука так и остается застывшей в воздухе.

Атмосфера становится гнетущей.

— Леди Сваллоу толкнула святую!

— Она сделала это специально!

— Видать, от зависти платью Эльвины — это дар его высочества…Красное вино, словно кровь, дурное знаменование…

— Безнадежно испорчено…

Глотаю вязкую слюну и выдыхаю, стараясь взять себя в руки под полными негодования взглядами. Не показывать слабости, быть сильной…ты сможешь, ты справишься…

Наклоняюсь и подхожу ближе, но Эльвина на полу машинально двигается назад, избегая моей протянутой, чтобы помочь ей подняться, ладони.

— Лиссандра, осторожнее…Осколки… — шепчет жалобно героиня, подняв на меня огромные глаза, словно у провинившегося котенка.

Это только ухудшает мое положение. Наблюдающие со всех сторон гости праздника вряд ли поверят, что все было простой случайностью. Тем более, видя, как робко и осторожно себя ведет их святая дева.

Сжимаю отвергнутую ладонь в кулак, стараясь замкнуть слух от нелицеприятных перешептываний присутствующих.

Пробившийся через толпу принц Кайден — когда-то мне, вернее, прошлой Лиссандре, было позволено звать его коротко и интимно Кай — искрит полными гнева глазами в мою сторону, прежде чем помочь Эльвине подняться.

Осторожно, словно хрупкую фиалку, выносит ее на руках за пределы усыпанной осколками части танцпола. Не дай бог, она поранится.

Когда возлюбленная принца оказывается в безопасности, наступает время для разбирательства. Мужчина пригвождает меня взором.

Внутри все сжимается. Ощущение, что, если бы мог, кронпринц испепелил бы меня одной лишь силой мысли.

Возникает неприятное чувство, словно я стою перед ним нагая. Абсолютно беспомощная и загнанная в угол.

Сердце трепещет раненой птицей. Это не мои чувства. И все же так больно…

Она любила принца, но не я. Но вместе с телом и памятью мне достались и эти эмоции. Боль от разбитого сердца ощущается естественной, сродни голоду или усталости.

Не успеваю ответить или что-то сделать, кто-то безжалостно толкает меня в спину.

Падаю вперед, теряя от неожиданности равновесие, на колени и упираясь ладонями о пол.

Только благодаря своей реакции, закаленной подобными, не раз возникающими в прошлом ситуациям, я сберегла лицо от встречи с острыми осколками. Но избежать контакта с алой, расплескавшейся на полу королевского дворца жидкостью мне, увы, не удается.

— Ты! — ревет Морган, старший брат Эльвины. — Лиссандра Сваллоу!

Вот кто толкнул меня в спину. После принца сильнее презирает меня только Морган. И он не брезгует применять физическую силу.

— Все хорошо, Лиссандра не виновата… — щебечет болезненно Эльвина, оправляя безнадежно испорченное вином платье.

Естественно, никто в это не верит. Все ведь случилось на глазах у такой толпы. Каждому понятно, чья это вина. Даже сомнений ни у кого не закрадывается.

— К счастью, ты не пострадала, — с облегчением выдыхает принц, внимательно осмотрев любимую, и только после Кайден недовольно оборачивается в мою сторону.

Все тепло в его синих глазах, предназначенное Эльвине, стремительно исчезает, когда в них отражаюсь я.

Очередное воспоминание, всколыхнувшись в сознании, врезается осколком в давно уже кровоточащее сердце.

«— Лиссандра, когда мы станем взрослыми, будешь моей женой?

Синие, словно безоблачное небо, глаза шестилетнего мальчика полны обожания и любви.

— …Хорошо! Это обещание!» — улыбаюсь радостно в ответ и скрепляю клятву на мизинчиках»

Новый обрывок памяти той, прошлой Лиссандры, становится моим. Значит, очередной кусочек моей собственной памяти о прежней жизни померк и откололся безвозвратно. Ветер времени унес его, словно опавший с дерева лист, в неизвестном никому направлении.

Момент воссоединения с таким ярким и полным счастья мгновением из детства совершенно не подходящий. Ужасный. Быстро-быстро моргаю, не давая упасть из глаз слезинкам.

Когда-то…Когда-то он смотрел также на нее…на меня…Но теперь…

Даже если это не моя память, не мои чувства, почему терзаюсь только я?!Почему продолжаю лелеять в душе эти никому ненужные воспоминания и обещания?! Внутри остается только зябкий холод и леденящая душу ненависть.

Ваше высочество, вы — лжец и предатель.