Мастер молний. Книга I (СИ) - Барр Яков - Страница 52

Так что, закончив минимум запланированных «процедур», я заглянул на верхний уровень. Астрал здесь повторял виллу, только солнце светило очень ярко, чуть ли не сжигая землю и строения под ним. Звучит не слишком приятно, но на самом деле сильный свет радовал. Только смущала грозовая тучка, застывшая в небе со стороны моря. Слишком уж она мрачная и даже зловещая для такого светлого места.

Я подумывал, не подлететь ли мне поближе, но решил, что лучше исследовать это место на физическом слое. Тут, наконец, и Алиса закончила прихорашиваться, мы наконец отправились трапезничать.

Подали нам изумительные стейки из лосося. А к нему холодный местный рислинг, может быть менее изысканный, чем дорогущие вина в баре отеля в Неаполе, но порадовавший наши души. Поблагодарив хозяев, я сообщил Алисе, что мы собираемся на пляж. Она обрадовалась, потом запричитала, что у нее нет купальника, что я вовсе не счел проблемой, во-первых, из-за прохладной погоды, не особо располагавшей ни к купанию, ни к загару. А во-вторых, у мага не бывает проблем с одеждой, мы способны все себе создать, лишь бы понимать, что именно. Так что я предложил ученице взять в руки смартфон и найти там подходящую модель.

Я же, пока она зависла в магазинах одежды, прихватил за локоток Марио и вывел его во двор.

— Понравился ли вам ужин, — осведомился он.

— Он выше всяких похвал! — заверил я его, — а скажите любезный Марио, нет ли чего-то интересного ниже по склону горы?

Марио замялся, но в разговор вступила Клара, затараторив с непостижимой скоростью и пылом, что, как мне начало казаться, является отличительной чертой итальянцев. Муж ее явно расстроился, но после недолгих колебаний, смытых этим напором, сообщил, что там находится покинутый иезуитский монастырь, но они не рекомендуют гостям там бродить, потому что состояние там запущенное, а что касается интереса, есть в окрестностях развалины и поживописнее, и он с огромным удовольствием закажет нам экскурсию.

— И все же, как туда попасть? — я продолжил упорствовать.

Клара снова принялась бомбардировать мужа словесным потоком, тот, пожав плечами, сообщил, что будет съезд с дороги, ведущей к пляжу. Указателя там нет, но и других поворотов тоже.

Тот самый съезд обнаружился на полпути к морю, хотя горная дорога оказалась весьма извилистой, так что расстояния можно было измерить только эмпирически, проехав до самого пляжа.

Я притормозил и повернулся к ученице.

— Что ты чувствуешь?

— Не знаю, — пожала Алиса плечами. — ветерок приятный, морем пахнет, цветами каким-то. А когда мы сделаем мне купальник?

— Мы — это его величество король Горн Первый? — прищурился я. — Магию созидания будем на пляже изучать. Равно как и магию воды, благо, ее там много. А теперь забудь про свои человеческие чувства, слушай как маг.

— Так слушать или нюхать? — ученицей явно овладело игривое настроение, возможно, из-за близости к морю, оно всегда расслабляет.

— А по заднице? — спросил я строго.

— Учитель, вы все обещаете! — подмигнула Алиса.

— Я не шучу! — прикрикнул я, делая вид, что сержусь.

Алиса наконец сосредоточилась.

— Ну? — поторопил я ее. — Не думай, просто чувствуй.

— Ну мне что-то не нравится, не пойму, что, — ответила ученица.

— Ничего, сейчас поймешь. Но учись воспринимать мир как маг, это важно. Обмануть наше чутье гораздо сложнее, чем человеческие чувства.

Мы тронулись, и скоро въехали на территорию монастыря. Выглядел он внушительно, хотя и запущено. Пространство между скалой, на которой где-то под облаками осталась вилла «Фиолетовый берег», и пропастью, почти отвесно падающей в море, было заполнено будто набросанными хаотически каменным глыбами, огромными грубыми соборами, ничего изящного, никакой пламенеющей готики — стиля, популярного во многих человеческих мирах.

В центре осталась пустая площадка неправильной формы, вытянувшаяся вдоль линии моря. Поперек ее пересекала трещина, не такая уж и большая, но явно очень глубокая.

— Что ты видишь, — опять я начал пытать ученицу. — Смотри не глазами.

— Какие-то линии, очень красивые, сложная магия!

— Что под линиями?

— Что-то мрачное! — поморщилась Алиса. — Я это и почувствовала на перекрестке, да?

— Тебе виднее, — начал я вредничать, но передумал. — Это прорыв, портал в очень неприятный мир. Он закрыт печатью. Осмотрись, там в соборах есть и другие трещины, также запечатанные. Только вот эта печать треснула. Наверное, раньше монахи поддерживали защиту. Интересно, куда они делись? Надо будет поговорить с Луиджи. А теперь смотри внимательно.

Я довольно долго вникал в узор, пока наконец не увидел, где именно повреждено плетение, и каким оно должно быть. Черпая энергию откуда угодно, лишь бы не из других печатей, благо в воздухе витало много шлака, эманаций, просачивающихся из трещины, я начал восстанавливать заклинание.

Я практически закончил, наводил последние штрихи, лоск от меня лично, чтобы защитить печать от внешнего влияния, когда Алиса за моей спиной тонко и страшно закричала.

Глава 19

Облик существа, пытавшегося вцепиться в шею моей ученицы, постоянно менялся. Монстр переливался как капля, но при желании можно было опознать гипертрофированно хищную зубастую белку с повышенной прыгучестью. Ее длинным суставчатым ногам позавидовал бы кузнечик. Вместо шелковой шкурки тварь покрылась черной, глянцевой и влажной кожей, она напоминал нефтяное пятно, притворявшееся животным.

Первый прорыв на моей памяти принял на себя патруль эльфов, они-то и дали им название Lempingulo, что означает «игривый прыгун», или попросту «попрыгунчик». В авангарде вторжения всегда идет орда простейших тварей, за ними прут существа сложнее. На вершине цепочки царят реально опасные монстры, владеющие мощной магией, но они приходят на подготовленный плацдарм. Сначала же защиту продавливают тонны пушечного мяса, те самые попрыгунчики, что сейчас пытаются сожрать Алису. Я насчитал двенадцать особей, то есть один выводок. Опасности они почти не представляют, хотя окажись на нашем месте мирная парочка Клара и Марио, их бы твари схомячили за пару минут.

Всю эту удивительную расу назвали «по наследству» лемпами. Это слово можно условно перевести как «игрун», так их тоже называли. Несмотря на повышенную агрессивность и жажду неконтролируемой экспансии, нам поначалу удалось с ними договориться, но на сегодняшний день все известные миры лемпов оказались полностью заражены паразитами.

Алиса только что выросла в моих глазах на целую голову, если не сильнее. Со страху и на голом андреналине она создала куклу-тульпу, которую выводок попрыгунчиков радостно жрал, до них еще не дошло, что питательности в иллюзии меньше, чем в лопухе под ногами.

Сама же ученица юркнула в тень. Прекрасная, совершенная тактика! Я одной струей раскаленного воздуха испепелил выводок и развеял тульпу. Потом вытащил Алису на физический план, и мы пошли исследовать монастырь.

Очень скоро мы обнражили еще три «дырки», закрытые печатями с более или менее разрушенным плетением. Наиболее пострадавшая, неожиданно, скрывалась аж на чердаке собора. Там, конечно, от защиты и воспоминания не осталось. Через нее попрыгунчики и прискакали в наш мир.

Я осмотрелся и вскоре нашел источник бед. Тут же заставил Алису искать его магическим зрением, вскоре она радостно протянула мне круглый черный камешек, фактурой напоминавший кубик, что я сотворил из токсичных отходов. Я отругал бестолочь, за то, что она хватает руками всякую гадость, а потом мы вникли и поняли, каким образом гадость сосала энергию из печати.

Я велел ученице смотреть внимательно, очистил портал от остатков убитой печати и принялся накладывать собственную, хорошую. Эту подлыми камешками не взломать, не зря один моих титулов «закрывающий двери».

Еще две пострадали меньше, камешки мы изъяли, а я заставил Алису самостоятельно находить лакуны и даже поддельные элементы узоров — «кукушат», подкинутых враждебной магией на место «высосанных» фрагментов. Своих кукушат я внедрять на эти участки не стал, показал Алисе, как восстанавливать исходный узор, и под моим руководством она с большим трудом справилась с одним из них.