Город, которого нет 3 (СИ) - Мантикор Артемис - Страница 27

— В магии они всегда отстают. Потому я и удивлён, что они так далеко продвинулись в этот раз. У них появился очень сильный специалист, который буквально взламывает Город, — сказал Михаил и обратился к пленнице. — Кстати, кто он?

— Я не знаю его имени.

— Но я прав, и такой союзник у вас есть? — настаивал Михаил.

Марта переспросила у пленницы и та ответила:

— Да… Но это мои догадки. Олег должен знать.

А умная сущность, догадки вытаскивает, а не просто инфу. Глаз василиска? Надо будет порасспрашивать Марту на этот счёт.

— Ты в тройке лидеров этого дерьма. Почему только догадки?

— Олег нам доверяет только ту часть Великого Плана, которую считает нужным для выполнения задачи…

— В чём состоит Великий План? — спросил я и Марта послушно начала переспрашивать, но её перебил Михаил.

— Достаточно. Мы узнали достаточно. Теперь задавай только мои вопросы.

Марта кивнула.

— У тебя есть семья? Хоть кто-то, кого ты любишь?

— Нет. Правило номер два. Не окружай себя ложью…

— Фанатики, — скривился Михаил. — В этом мире вообще есть что-то, что тебе дорого? Или ты адепт мёртвой магии и пусть все страдают?

— Нет… я… хочу помочь… Хочу спасти больше…

— Повтори вопрос. Она пытается уйти от ответа, — сказал шеф.

— Есть что-то, что ты любишь? — спросила Марта.

— Да… Животных… кошек… и собак… и… природу… люблю гулять в парке… гимнастику по утрам…

— Повторяй слово в слово, Марта, — сказал Миша. — Если Город будет разрушен, вместе с ним погибнут сотни тысяч невинных собак и кошек. В перспективе — миллионы. Они будут погибать в муках, понимаешь? А выживет ли природа без Города, как думаешь? Представь себе мир мёртвых голых деревьев, где не чирикнет птица, не будет копошиться мышь в листве…

Шеф так увлёкся, словно всё сказанное сейчас проносилось перед глазами у него самого. От этой работы он ни разу не получал удовольствие. И честно говоря, сейчас стоя рядом с ним, я не видел в нём злодея.

Скорее, он напоминал отчаявшегося человека.

Догадка меня поразила, но её смысл пока что от меня ускользал.

— … представь себе гимнастику в мёртвом парке, где нет ни одного живого растения, лишь тела животных, околевших от голода и болезней. И это всё — ты. Твоих рук дело. Ведь ты разрушила Город. Ты слышишь меня?

— Я… что же я делаю… я же… просто хотела быть на стороне добра…

— Ты на стороне добра, — нежно прошептал Михаил под шелест астральных листьев изнанки осеннего Города. — У тебя доброе сердце. Ты ошиблась. Тебя одурманили. Так бывает. Ничего страшного. Ведь пока ещё ничего непоправимого не случилось.

— Не случилось… — повторила она.

— Ты любишь людей? Есть кто-то из людей, кого ты возможно раньше любила? — вкрадчиво спросил Михаил, и Марта как могла попыталась это повторить.

— Нет… Я любила того, кто пробудил меня… больше его нет… Он не прошёл испытание правдой и вышел из петли.

— А ты знаешь, что Город может вернуть его? Была бы ты здесь, если бы он не захотел присоединиться к этой шайке?

— Он… был очень наивен. Такой невинный… груз вины оказался слишком тяжёл…

— Его обманули так же, как и тебя. Но в Городе каждый получает то, чего хочет. Мы не тронем тебя. Ведь мы на одной стороне. Мы просто хотим мирно и спокойно жить, правда? И когда придёт время, ты помешаешь чудовищному акту геноцида, который замыслили обманувшие тебя моральные уроды. Всё так?

— Да… я спасу мир…

— Ты тоже имеешь право на счастье.

— Я тоже имею право на счастье… — по щекам пленницы потекли слёзы.

— Ты победила, Лорелея. У одной группы аномальщиков не было ни шанса против тебя. Ты даже едва меня не убила. Но о том, что мы теперь в курсе и продолжать безнаказанно отправлять в реальность плетения не получится, сказать придётся. Настоящее зло можно разрушить только изнутри. Но ты справишься. Во имя любви и всего живого, Лора.

Михаил потрепал её по голове.

— Всё, Марта. Мы уходим. Ты большая молодец. Только что мы спасли множество жизней.

— Я уже поняла, — кивнула готесса.

— Твоя семья будет жить, Феликс. А ты, Полярис, получил то, что потерял Мирт. Доверие. Ты же понимаешь, что такие вещи кому попало не показывают? Я не заставляю верить. Выводы делай сам.

Он посмотрел на меня зловеще подсвеченными зеленью глазами с лисьей хитрой улыбкой.

— Уходим, — сказал он. Нас побили и мы позорно бежим с поля боя.

— А это ничего, что плетение остаётся? — спросил я.

— Вынужденная жертва. Если в целом район сохранится, интеллект поражённых вернётся в норму.

13. Изнанка

Мы развернулись и пошли прочь от сидящей на коленях и смотрящей в одну точку девушки. Где-то метров за десять от неё Михаил спрятал оружие, а затем щёлкнул пальцами, и армия мёртвых вдруг пришла в движение и начала сражаться сама с собой.

Теперь было сложно сказать, это нежить победила, или местные сумели загнать её в угол.

Некоторое время просто молча шли следом за Михаилом. Я погрузился в свои мысли, но поглядывал по сторонам. Город в изнанке был тем же, только цвета ярче, а сам мир казался волшебней. Будто к реальности примешали немножко красок из аниме.

Хотя, Город и так не жаловался на унылость пейзажей.

И света здесь было больше чем в реальном мире. Светилось многое из того, что не имело таких свойств раньше. На мой вкус, Изнанка была очень красивой, но местами даже чересчур пёстрой, от чего взгляд разбегался, не в состоянии ухватить что-то одно.

— Когда-то давно был один сильный пробуждённый, — начал первым Михаил. — Один из основателей системы сходки, автор множества теорий о природе Города и открыватель множества механик.

Феликс вышел из тени, тоже прислушавшись к рассказу. А Марта туда в принципе уходила только по делу.

— Город многим обязан этому герою, — продолжил Михаил. — И была у него квестовая непись. Существо типа идеальной девушки. Однажды он пробудил её, и они практически не расставались с тех пор. Покуда он не исчез. По некоторым версиям, сошёл с ума, но фактов нет ни у кого.

— Эта девушка — Лорелея?

— Ты проницателен, — кивнул шеф. — Да. Сейчас Хостер больше не возвращается. Но вот его возлюбленная осталась, фактически созданный Городом ради него спрайт. И как любящее без меры сердце, она не способна смириться с его смертью.

— Поэтому она пытается вредить Городу?

— Зачем существовать миру, который допустил гибель тех, кого мы любим? Через это вопрос проходили почти все выходцы из нулевого мира. Но вот местным это даётся тяжко.

— Они не проходили через апокалипсис.

— Да. Хотя, это пока только догадка. У меня было три версии предыстории этой особы, и я только сейчас узнал, какая была верной. Бывшей квестовой неписи трудно смириться с одиночеством. Особенно той, кого изначально создавали специально под нестандартного пробуждённого.

— Нестандартного? — ухватился я.

— Да, Хостер изначально не был человеком. Он был первым монстром, который смог им стать.

— Погоди-погоди. Это как? — спросил я, конечно же сразу подумав про Красноглазку и Руту.

— Ты сам не так давно упоминал возможность передачи времени чудовищам.

— Значит, я могу так обратить в пробуждённого любого сектанта? Или, например, ту же гидру?

— Да, хотя в случае с гидрой, на девятке она должна быть ручной ящерицей в террариуме. Но это отдельный вопрос. Главное, что мы знаем ключевой этап их стратегии. Сильных ходоков измерений у нас больше, чем у них. Войну на изнанке и в других планах они проиграют.

— Значит, у нас будут выходные? — просияла Марта?

— Посмотрим, — неоднозначно сказал шеф. — Возможно вас троих ещё придётся задействовать, если они будут ломиться в режиме берсерков сюда. Но я сомневаюсь в этом. Результат они тоже в состоянии просчитать. Так что выездов может и не быть.

— Значит, всё-таки выходной, — поддержал я Марту.

— Нет. У вас теперь есть офис и рабочее время. Осваивайтесь. Все взрослые люди, хоть и выглядите как малолетние неформалы.