Я не играю по правилам - Арро Агния - Страница 5

– Адрес скажи, я такси вызову, – в его свободной ладони появляется мобильник.

– Это уже лишнее, – возражаю, протягивая пальцы к чемодану. Гаденыш хмыкает и прячет его к себе за спину, требовательно глядя на меня. – Мир, на такси я точно способна добраться самостоятельно.

– Верю, но я уже сказал, что провожу тебя. Придется немного потерпеть мое общество. Ты скажешь мне адрес или мы так и будем тут стоять? Я адски устал, между прочим, – вздыхает он.

– Как твоя ссадина? – Спохватываюсь я.

– Все нормально. От темы не уходи. Если у меня снова сведет ноги, вероятно, тебе придется лечить мою голову, которую я рискую разбить об бетонный пол, – нагло ухмыляется Мирослав.

Его темные глаза сверкают в тени капюшона, а белозубая улыбка, несмотря на всю свою дерзость, заставляет и меня улыбнуться. Сдаюсь и называю ему адрес. Я тоже безумно устала и спорить дальше нет ни сил, ни желания. Где живу я и почти весь тренерский штаб, знает большая часть команды, ни одного неприятного случая еще не было. Цветы, сладости присылали, но это все мелочи, которые легко пресечь.

Выходим на улицу. Порывом холодного февральского ветра вперемешку с колючей крупой снега с Мира срывает капюшон. Он тихо матерится, надевая его обратно, но тут же закусывает губу и бубнит себе под нос: «Извини».

Насупившись, несет мой чемодан к машине и с легкостью закрывает его в багажнике. Открывает мне дверь и ждет, когда устроюсь в салоне. Снова удивленно смотрю на этого парня. Неужели в детском доме так хорошо воспитывают? Или он такой с рождения? Характер ведь частично передается по наследству.

В глубине души я надеюсь, что Волчонок сядет вперед. Он, конечно, Дикий, как мы решили с Катей, но у меня все же больше ассоциируется со зверем, который смотрит вокруг себя настороженно и агрессивно, при этом старательно вписываясь в общество.

Мир садится рядом, внося в салон такси еще порцию холода и снега на своей одежде. От него приятно пахнет свежестью и гелем для душа. Он утыкается взглядом в телефон, лишь иногда косясь в мою сторону по дороге. Переписывается с кем-то, быстро перебирая пальцами по клавиатуре на ярком экране. Издает забавные звуки: то сопит, то усмехается, дергая плечами, то фыркает и даже рычит, пока мобильный не оказывается во внутреннем кармане его куртки, а салон автомобиля не погружается в темноту.

За окном лишь город, который заметает снегом. Зима была теплой, по-настоящему южной, а последний месяц решил отыграться на нас по полной программе.

– Останови тут на минуту, – неожиданно просит Мирослав.

– Зачем? – Тут же напрягаюсь.

– Кофе хочу. Будешь? – Он снова вынимает телефон из кармана и сжимает его в ладони.

– Мир, это действительно лишнее. Я не принимаю ухаживания от игроков Клуба. Это не одобряется руководством и мой личный принцип.

– Супер. Так ты будешь кофе? – Его непоколебимость даже немного пугает.

– Нет, не буду, – категорически отказываюсь, чтобы не давать ему повода думать, что мое «нет» это «да».

– Пять минут, – сообщает Мир.

Выскакивает из машины, оббегает ее спереди и скрывается в кофейне с едва заметной вывеской.

Вздохнув, упираюсь лбом в прохладное стекло и прикрываю глаза. Может и правда уволиться к чертовой матери?

– «Дура что ли?» – одергиваю сама себя.

Дура. Моя работа – моя жизнь, а из жизни не уволиться.

Мирослав возвращается с двумя стаканами на подставке. Благодарит водителя, пока усаживается на сиденье. Вынимает один стакан с белой крышкой и протягивает мне.

– Я же сказала, что не буду кофе, – строго смотрю на парня.

– Это чай. Облепиха и какие-то специи. Мне сказали, это вкусно.

А пахнет и правда вкусно. Разогретым цитрусом, облепихой, медом и корицей. Только вот дать этому гаденышу подзатыльник хочется до безумия!

– Ты всегда такой? – Смеюсь, забирая у него стакан. – Есть только твое мнение и неправильное, да? – Вдыхаю пряный аромат чая.

– Естественно, – Мир надвигает капюшон на лоб, садится удобнее и увлечённо пьет свой кофе, снова уткнувшись в телефон.

Я стараюсь не улыбаться, но эта ситуация отзывается у меня внутри чем-то очень хорошим. У парня точно получилось поднять мне настроение. Я думала, на сегодня оно уже мертво, но в такой вот его наглости есть своя прелесть. Особенно если вспомнить, что ему всего восемнадцать.

Взрослеющий мужчина…

Улыбаюсь шире и допиваю чай, пока водитель аккуратно подползает к моему подъезду по скользкой дороге.

Мирослав достает мой чемодан из багажника и направляется к дверям. Больше не спорю, разрешая ему поднять мои вещи на этаж и поставить их на лестничной клетке у лифта.

– Доброй ночи, Мир, – звеня связкой ключей, прощаюсь с ним. – Не забудь про нормальный сон.

Он лишь кивает. Заходит в кабинку лифта и, засунув руки в карманы штанов, смотрит на меня из-под капюшона, пока двери между нами не закрываются.

Вхожу в квартиру, включаю свет и заглядываю в зеркало. Растрепанная, глаза красные. Красотка!

Стягиваю волосы резинкой в простой хвост, затем разбираю чемодан и минут на двадцать пропадаю в ванной, едва не уснув прямо в воде.

Доползаю до кровати и отключаюсь еще на подлете к подушке. А будит меня настойчивый дверной звонок, переходящий в вежливый стук.

Прямо в одеяле, еще толком не открыв глаза, иду открывать. На моем пороге стоит улыбчивый парень в желтой куртке курьера с бумажным пакетиком в руках.

– Это вам, – протягивает все это мне.

– Но я ничего не заказывала, – хмурю брови.

Парнишка лишь плечами пожимает, на всякий случай сверяет номер квартиры на двери с данными в своем мобильном, кивает и прощается. Закрываю за ним дверь и заглядываю в пакет. Внутри на подставке стаканчик, завернутый в фольгу, и белая коробка, перетянутая серебристой ленточкой.

– Та-а-ак, – начинаю злиться.

Роняю одеяло на пол и несу доставку на кухню. В стакане оказывается малиновый Раф с посыпкой из сублимированных ягод на пышной пене, а в коробке модные пирожные Моти в глянцевой глазури, похожие на крупные жемчужины черного, белого и кремового цвета. Фотографирую и отправляю Кате с подписью: «Ты представляешь?»

Катя Псих: «Мальчик решил поухаживать?» – Смеется подруга, прислав мне голосовое.

Я: «Сама виновата. У меня вчера не хватило сил дожать. Он слишком упертый, а я была слишком вымотана»

Катя Псих: «Не оправдывайся» – Знаю, что она сейчас хитро улыбается.

Я: «Ты понимаешь, о чем я»

Катя Псих: «Дай подразнить. А если серьезно, ничего страшного еще не случилось. Проводил и проводил, с твоего разрешения. Это ничего не значит, просто объясни ему спокойно еще раз. Запрещены в клубе неуставные отношения. И тебе это не нужно. Ведь не нужно, а, Вик?»

Я: «Конечно нет!» – Злюсь на нее, заглядываясь на красивые пирожные.

Катя Псих: «Да я верю, не ори. Пироженки привезешь?» – Умоляющий смайлик.

Я смеюсь и обещаю ей всю коробку. Чай попьем вместе, а сейчас я все равно не голодная.

Выпиваю кофе, собираюсь и еду на работу по утренним пробкам. Этот город стоит всегда, разве что в обед есть несколько окон, когда можно успеть проскочить без заторов. Зато у меня есть время, чтобы подготовиться к разговору с Мирославом.

Все ведь ему вчера сказала. Нет! Не слушает!

Как только замечаю во Дворце его темную макушку, догоняю, ловлю за локоть и дергаю в сторону. Он резко разворачивается и недовольно смотрит на меня сверху вниз.

– Мы же с тобой договорились, – шиплю на него.

– О чем? – Мир морщит лоб, а его взгляд стреляет из стороны в сторону, будто пытается понять, что от него хотят.

– Никаких знаков внимания и…

– Ты о чем вообще, Вик? – Мне начинает казаться, что он действительно не понимает.

– Об этом, – открываю пакет и демонстрирую ему коробку с пирожными.

– М-м-м, – жёстко усмехается. – Только это не я. Я придумал бы что-то поинтереснее странных шариков, похожих на перламутровые сопли.