Отверженный 追放者 Часть V (СИ) - Орлов Александр - Страница 93

Сдерживая стоны, я переодевался, натягивая плотный камуфляж. Он был слишком велик, поэтому я подготовился заранее, забив куртку поролоном, а ботинки плотной ватой. Черная балаклава скрыла лицо, шлем дополнил картинку. После приготовлений я забрался в шкаф с ведрами и швабрами, закрыл за собой дверцу и затаился. Даже удалось сесть, уперев ноги в стенки.

Только бы не наследил кровью. Только бы она не хлынула через одежду и осталась в поролоне…

Мозг отключался, но адреналин не давал мне спать. Каждый раз, когда голова падала на грудь, я просыпался от удушья и бешеного сердцебиения. Ну сколько ещё… Где они, чего тянут⁈

Минут через пятнадцать после того, как я укрылся в шкафу, услышал возгласы и команды. Дверь в подсобку открылась, кто-то быстро заглянул внутрь и ретировался. Ещё немного…

Я выбрался из шкафа и встал у двери, прислушиваясь.

— Команда! Разделяемся, тут ничего нет. Вторая группа наверх через лифт, первая за мной, на выход!

Я подождал пока стихнет топот, и выскользнул из комнаты. Пошел к запасному выходу. Всего три этажа, я должен осилить. А остальное за Фокусом.

Медленно спускался по лестнице, пока не достиг первого этажа. Там и нагнал первый отряд, они пересеклись с другой группой, что только входила, от людей в черном рябило в глазах. Я сделал вид, что отстающий, пропустил бряцающую оружием толпу мимо и пошел за группой, что направлялась к выходу.

Видимо, была жуткая неразбериха и людей согнали со всего города, так что никто не обратил внимания, что состав пополнился ещё одним бойцом. В зале работали судмедэксперты, следовательно, проверка окончена и копам дали разрешение войти. Я шел через торговую площадь, стараясь не пялиться на тела, что я оставил за собой.

Вот и эскалатор. Ещё немного и я выберусь…

Как же хреново. Как бы не упасть прямо в центре зала, будет обидно так обделаться в самом конце. Нет, я должен дотащить себя, все мои инстинкты кричали об этом.

А ещё они кричали мне, что сейчас меня стошнит прямо в шлем.

— Хотела бы я сказать, что бывало и хуже, но не могу припомнить подобного, — заявила Муза.

М-да, спасибо за поддержку.

Дверь! Крутящаяся огромная дверь прямо передо мной! Я рванулся к выходу, прошел через неё, не в силах больше сдерживаться. Столкнулся с копами на входе. Грубо отпихнул одного из них с дороги, прошел ещё пару шагов, оттянул балаклаву и меня вырвало прямо на ступени торгового центра.

Остальные вежливо отворачивались, видимо полагая, что меня слишком впечатлил вид мертвых тел.

Черт.

Вырвало кровью и вкус соответствующий. Внутреннее кровотечение.

Я вдохнул носом свежий воздух, вернул маску на место и, придерживаясь за перила, продолжил спуск. Никто не обращал внимания на одинокого бойца, что завернул за машины, прошел через оцепление и сквозь собравшуюся вокруг толпу репортеров и зевак.

Вот и дворик, он прямо напротив. Неприметный и темный, как и было задумано. Фургон ждал меня, горели задние огни.

На негнущихся ногах я шел к нему, теряя сознание на ходу. Он так и раскачивался, будто я на лодке плыл. Вверх-вниз, вверх-вниз…

Я упал в трех метрах от него и понял, что больше не встану.

Двери открылись, и человек в спортивном костюме бросился мне навстречу. Подхватил и поволок под дождем. Кто-то принял мое тело и затащил внутрь.

— Гони, гони! — раздавались голоса.

Машина взревела и сорвалась с места. Мое тело взгромоздили на кушетку, направили в лицо светильник.

— Он ранен, режь одежду!

— Сейчас?

— Да, сейчас! А на хрена, по-твоему нам все это оборудование⁈

— Ксо, режу, режу!

— Мать твою, на нем живого места нет, все в кровищи!

— Как он вообще дошел⁈

— Держи дефибриллятор рядом, дай марлю!

— Он сейчас откинется.

— Нам нужно дотянуть до базы.

— Не довезем.

— Это уже не нам решать…

Сгоревшее письмо

И вот я дома.

Слабый свет пробивался через тяжелые тучи, столпами падая на тихие волны черного моря. Ветер доносил тишину этих пустынных берегов и утихал в безжизненных скалах.

Черная мелкая галька хрустит под ногами. Она мокрая от соленых брызг, но идти приятно, каждый шаг остужает мой горящий разум.

Лишь необитаемый пляж, на котором никогда не было людей. Моя заводь смерти.

И привычный костер на горизонте.

Я знаю, что если развернусь и пойду в другую сторону, все равно на него наткнусь. От этой встречи мне не сбежать.

Два кресла по сторонам от костра, как всегда.

Ангел сидел в одном из них, глядя на море и подперев подбородок кулаком. Лицо его ничего не выражало, хотя кто я такой, чтобы судить об эмоциях ангелов.

Я сел напротив, устало откинулся на кресло, с тоской посмотрел на него.

— Свершилось, — произнес он монотонно.

Я покивал, прикусив губу.

— Необратимое, — заявил он. — Есть что сказать?

— Дашь покурить? Это все, что осталось, — попросил я.

Он развел руками, словно показывая, что не может отказать.

Я взял пачку с подлокотника и прикурил от пальца. С удовольствием выдохнул густое облако. Зажал сигарету губами, понимая, что она не закончится, а горящий пепел меня не обожжет.

— Все закончилось? — спросил я. — Мое последнее лето?

— Ты так изменился, — слабо улыбнулся он. — Совсем другой. Я бы гордился, если бы не обстоятельства.

— Ты знал, с кем играешь, — усмехнулся я в ответ. — Я не тот, с кем стоит заключать сделки.

— Я уже понял, — согласился он. — Но ты все равно моя проблема. И моя ответственность. Я ведь видел части будущего, видел горящий небоскреб и чувствовал скорбь. Но решил, что будет интересно посмотреть, к чему все придет. Я же говорил, что это рукопожатие окажется роковым.

— Ты много чего странного болтаешь, я привык не слушать, — махнул я рукой. — Ответь, я сдох или нет?

— Тело ещё борется. Проснешься ли ты, зависит…

— От чего?

— Как всегда, — хитро посмотрел он на меня. — Лишь от тебя. Лишь ты сам решаешь, вернуться или остаться здесь.

— Неплохая альтернатива, в самом деле, — с грустью заметил я. — Остаться здесь. Больше не мучаться. Я хочу спросить тебя, Ангел.

— Конечно.

— Почему не проходит, а? Почему так больно внутри?

— О, мальчик мой, я не могу тебе ответить. Как спросить у ветра, почему он завывает по ночам, или зачем рыдает дождь.

Я сел прямо и протянул руки к пламени, хоть и понимал, что тепла не почувствую.

— Ты говорил, что я не смогу его убить, — отрешенно сказал я.

— Я надеялся на это, — признался крылатый. — Теперь все пойдет не так, как запланировано. В этом мире наступит эра хаоса, линия будущего ветвится и множится. Больше я не могу видеть грядущее.

— Но ведь мир ещё стоит.

— Да, стоит, — вторил он мне. — Однако последствия принесут глобальные разрушения.

— И что теперь? Запрешь меня здесь, отправишь в иную реальность?

— А ты бы хотел?

— Возможно.

— Куда?

Я с робкой надеждой поднял на него глаза.

— Есть ли вселенная, где они живы? — спросил я.

Он грустно покачал головой.

— Нет, парень. А даже если бы и была, я не могу отправить тебя туда. Для тебя это был бы рай, а ты…

— Не заслуживаю рая, да, знаю… Значит, убьешь меня?

— Я не могу забрать твою душу, и воскресить тоже не могу. Никогда не был на это способен, — признался он. — Я могу лишь помочь.

— Помочь мне? С чего бы? — удивился я.

— Дружок, я никогда не был твоим врагом и не желал тебе зла, — заявил он меланхолично. — Я всегда за тебя. История с Кайне, конечно, правда, но я рассказал её только затем, чтобы остановить тебя. Знал, через что тебе придется пройти, и не желал той боли, что ты испытал. Мир не рухнет без него. Все было сказано, чтобы тебя уберечь.

— Как я могу тебе доверять, после всего…

— Я был в той тюрьме, при твоих родах, — улыбнулся он глазами. — Видел, как тебя закутали в простыни, а ты молчал. Тебя хлопали и щипали, но ты не издал ни звука, лишь моргал и следил за санитарами, серьезно так, как сейчас следишь за мной. Ох уж этот взгляд синих глаз. Я не хочу видеть твою смерть, каким бы засранцем ты не был.