Отверженный 追放者 Часть V (СИ) - Орлов Александр - Страница 39

Лишь открыл глаза, как уставился на лицо мертвого охранника, что пялился на меня в ответ остекленевшим взглядом. С добрым утром! (Ты и правда болен, знаешь?)

— Сколько я проспал? — поинтересовался я у своего компаньона.

— 40 минут, — бросил он, взглянув на часы. — Тут ещё наемники проходили.

— Знаю, — ответил я, разминая шею. — Пора выдвигаться, нам ещё на лодку успеть надо. Вставай, детектив, хватит разлеживаться, а не то почки застудишь.

— Больные почки сейчас меня заботят меньше всего, — закряхтел Терада, снимая с себя маскировку.

Лес жил своей жизнью и пел ночную песнь. Крики птицы, сухой шелест ветра, хруст ветвей, хлюпанье грязи, звуки журчания, и вездесущий треск цикад, что будто преследовал меня. Лунный свет пробивался столбиками через плотные кроны, будто лазерные лучи на танцполе, остальное пространство блестело космической темнотой.

Но я прекрасно ориентировался в этом мраке. Фокус вел меня как невидимый эхолот, или навигатор, позволяя обходить стволы и переступать через препятствия, не сбавляя ход. Двигались быстро, Терада с трудом поспевал, ему приходилось держаться за меня, чтобы не упасть.

Детектив сказал, что нужно двигаться на северо-запад, к побережью. Туда я и шел, подгоняемый надеждой на спасение.

Несколько раз на пути нам попадались патрули, но обойти их было просто. Свет фонаря видно издалека, вдобавок их выдавал шум шагов и разговоры. Пока нам везло, — наемники искали не там, их направление не пересекалось с нашим.

Очередной отряд засел на пригорке, нам пришлось обходить их по руслу ручья, пользуясь прикрытием из колеи, размытой водой. Тут идти сложнее, берег оказался каменным, и подвернуть ногу в темноте было раз плюнуть. Держась за торчащие из грунта корни, мы продвигались вперед, прислушиваясь к голосам выше.

Миновав засаду, вышли на ровную местность, лес начал редеть, стволы деревьев стали толще, зато мелких растений поубавилось, как в сосновом биоме. Идти стало много проще, но и опасней, — территория хорошо просматривалась и так легко обходить преследователей больше не получалось.

Вскоре Фокус вынудил меня пригнуться, и я приник к земле, увлекая за собой Тераду.

— Что там? — зашептал он.

— Двое, — ответила Муза, сдувая кленовый лист с волос. — Сто метров. Не обойти. Давай замочим? Иначе заметят.

— Сиди здесь, я свистну, — приказал я детективу.

Я крался к цели, замирая время от времени и выглядывая в темноту, прячась за стволами деревьев. Не шуми, не шуми, никуда не денутся…

Вот они, — шествуют по тропинке, как по площади в день города. Я бесшумно устремился к ним, слившись с шорохом ветра. Ещё шаг, ещё и ещё, и вот я у них за спиной. Идут друг за другом, вообще не задумываясь, что в лесу орудует опытный маньяк.

— Не ной, ты Сабуро… — говорил впереди идущий. — Ещё пара дней, фестиваль закончится и все успокоится… Вспомни прошлый год, такая же кутерьма была. Ну хоть командировочные платят…

— Мочи их! — заныла Муза.

Когда моя Муза выходит на свободу, начинает безраздельно заниматься своим творчеством, не задумываясь о конечном результате. Иногда, когда творец увлекается, может переусердствовать, изменив саму идею творения, извратить его и трансформировать золотую идею в дешевое позерство. Как итог, из картины вылезает клякса, а вылитый текст расплывается отвратной графоманией. У всех Муз так, наверное.

Творческие создания, окрыленные, что тут скажешь.

Я не двинулся с места, позволив этим двоим скрыться за деревьями. Они шли в другую сторону, а если бы я их убил, то их точно хватились бы. Трупы привели бы преследователей к нам.

— Вдвоем они бы здесь не расхаживали. Отделились от группы, — поделился я мыслями со своей озлобленной спутницей.

— Угу. Или разведчики. Их товарищи рядом, и лучше бы нам с ними не столкнуться.

Я тихо свистнул, подав сигнал Тераде. Ну же, старик, нам совсем немного осталось, давай, шевели булками!

Мы почти выбрались.

Муза скривилась, показывая, что не разделяет моего оптимизма. Она считала, что остров нас не отпустит.

— Это место — огромная могила, — сказала она. — Смерть витает в воздухе. Так просто не отделаемся.

Фантомные боли, часть 1

На часах четыре утра. Мы шли всю ночь. Дорога хоть и стала проще, но мы были измотаны, даже мой Фокус стал сбоить. Муза тоже выглядела так, будто всю ночь нещадно бухала. Прячась в глубоких тенях, я упорно брел по пряной листве к свободе.

Побег всегда такой, — изнуряющий. Вопрос воли и борьбы разума с телом. Организм упрашивает тебя остановиться, сесть и передохнуть, на минутку, хоть выкурить сигарету. Ничего не случится за это сладкое мгновение, тебя уже никто не догонит, вытянуть ноги будет полезно… Ни хрена. Никаких остановок, шаг за шагом, вперед, мать его, вперед. Слабость непозволительна, если такой неженка, надо было оставаться на шконке.

Свобода дорого стоит. Особенно для меня и подобных. Для нас это единственная неоспоримая ценность. Так что я тащил Тераду-сана чуть ли не силой, не позволяя ни на секунду перевести дух.

Иногда проверял рацию, согласно переговорам, к утру почти все беглые были мертвы. В плен никого брать не собирались. Нас, конечно же, ещё искали, но далеко на западе, прочесывали холмы и пригород. Никому не пришло в голову, что мы прошмыгнули к бухте прямо у них под носом.

— Ещё немного, детектив, — убеждал я. — Остальных уже переловили, а кто ещё не сдался, скоро попадет в клещи. Нам как можно быстрее нужно покинуть периметр поиска.

— Иду я, — пыхтел он. — Ксо, я так в жизни не ходил…

— Скоро начнет светать, и если не достигнем пляжа до рассвета…

— Понял, понял! Вот уж не думал, что ты будешь спасать мне жизнь… Боги любят пошутить.

— Как по мне, так шутки у них ни хрена не смешные.

— Соглашусь с этим.

— Хоть в чем-то мы сошлись.

Он шел позади и некоторое время молчал. Потом все же решился.

— Икари…

— Чего?

— Я хочу сделать тебе предложение.

— Предложение, детектив? — усмехнулся я. — Я весь внимание.

— Если мы выберемся… Лишь сядем в катер, как снова станем врагами, так?

— Ты и не переставал быть моим врагом, Терада-сан, — рассмеялся я.

— Я серьезно. Я хочу дать тебе шанс выжить. По прибытии в Токио, — сдайся полиции. Я засвидетельствую твою психическую нестабильность, буду упрашивать суд смягчить приговор и отправить тебя на лечение. Знаю, что сейчас ты начнешь насмехаться надо мной, но я разговариваю не с тобой, демон. Я говорю с Рио Икари, с человеком, который не дал демону убить Асами Мису. Ты сам сказал, что ты не избавился от мальчика внутри, а значит, есть надежда.

— Ты безжалостный человек, Акира Терада, — меланхолически ответил я. — Лишь я выбираюсь из одной тюрьмы, как ты желаешь засунуть меня в другую. Даже если бы Икари мог с тобой поговорить, он бы отказался от твоего предложения, ведь ты буквально отправляешь его на смерть. Суда я не дождусь, будто не понятно. Люди Каина уберут меня быстрее, чем ты успеешь отпраздновать поимку.

— Мы сможем тебя защитить. Я подключу…

— Ты себя защитить не можешь, — махнул я рукой. — Но раз ты был столь великодушен, что решил договориться о перемирии, я тоже сделаю тебе предложение.

— Я слушаю, — мрачно ответил он.

— Через два дня состоится собрание совета клана Одэ, во главе с председателем. Они будут судить Кайне Аракато за его преступления против клана и кодекса борёкудан. У Ягами достаточно доказательств для суда. Каин — мертвец, без вариантов. От клана не сбежать, и не укрыться, с ним бесполезно сражаться. Дни его сочтены.

— И что с того?

— Я должен быть там, обязан дать показания и рассказать, что происходит на этом острове. Вся Вакасима — огромное кладбище смердящих секретов. Это не клочок земли, но печать и свидетельство преступлений Каина.

— Хочешь развеять его пепел?

— На западе говорят, — забить гвоздь в крышку гроба.