ЦРУ раскрывает свои секреты... Ветераны ЦРУ о тайных операциях в СССР - Клименко Валентин Григорьевич - Страница 53

Наконец, мы дошли до того момента, когда милиционер, который стоял у нашего многоэтажного дома, увидел меня со спортивной сумкой, и мы сели в машину в субботу утром. Его предположение было: «О, он просто направляется на свою работу поиграть в баскетбол». То есть до того, как осуществлять работу, сначала необходимо в течение многих месяцев создавать модель поведения.

В то время моя жена официально еще не работала в ЦРУ. Впоследствии она также стала сотрудником и проработала в ЦРУ почти 24 года. Но она прошла весь курс подготовки со мной, чтобы выучить русский язык и научиться, как определять, ведется ли наблюдение.

Было достаточно забавно, когда однажды у нас была лекция, в которой говорилось о том, что в нашей квартире в Москве, возможно, будут установлены микрофоны и даже видеокамеры. Мы вышли с лекции, и моя жена сказала: «Хорошо, я бы смирилась, если бы сотрудники КГБ видели меня голой, но я сажусь на диету прямо сейчас. Они не увидят меня голой с избыточным весом».

О правилах Гербера

Гербер… Я помню, что у него было одно правило, которое заключалось в том, что не существует такого понятия, как «случайное стечение обстоятельств». А второе — где бы ты ни был в Советском Союзе, тебе не следовало танцевать с местной русской девушкой, поскольку его правило гласило: «Танцы приводят к романтическим отношениям».

В работе с разными агентами применялись различные техники… Некоторые из них не хотели использовать тайники и чувствовали себя более комфортно, просто организуя встречи. Преимущество тайника, конечно, в том, что никто никогда не видит тебя и русского агента вместе. Всегда есть опасность, что, несмотря на всю осторожность, с которой ты прошел свой маршрут для выявления слежки, кто-то шел за тобой. Если случайно ты попадаешь на перекресток, на котором ты должен встретить агента, а там в нерабочее время оказывается человек из КГБ, то он говорит: «Это Джим Койл. С кем это он встречается?»

То есть всегда есть некоторый риск. Опасность в том, что если ты где-то сделал тайник, а за тобой была слежка, то сотрудники КГБ дадут тебе уйти своей дорогой, но затем выставят на этом месте охрану и арестуют любого, кто придет к этому тайнику. Насколько нам известно, я был всегда прав, когда говорил, что за мной нет слежки. А иногда я выходил сделать что-то вечером и вдруг видел наблюдение, тогда просто отменял все и пытался сделать это в другой день.

О предательстве Ховарда

Никто на американской стороне не знает точно, но косвенные доказательства говорят о том, что именно Эдвард Ховард, в конечном счете, выдал эту информацию. Я имею в виду, что Эд проходил обучение для осуществления этой операции лично. Но потом его уволили, затем он спятил, далее он связался с КГБ для того, чтобы продавать информацию.

Скорее всего он предоставлял информацию частями. Я не думаю, что он появился в Вене и в первый же день отдал все, что у него было. Но затем, конечно, когда он сбежал в Советский Союз, мы схватились за голову.

Мы получили интересную телеграмму, которую, очевидно, написали юристы ЦРУ, где сообщалось следующее: «Если Эд встретится вам на улице в Москве и скажет вам “А”, вы можете сказать “В”, а если он скажет “С”…» И мы читали страницу за страницей. Я посмотрел на своих коллег и сказал: «Если я увижу этого сукиного сына, я перееду его на своей машине. Потом я вернусь и перееду его еще раз, чтобы убедиться, что он действительно мертв. Затем я положу его тело в багажник и привезу обратно в американское посольство. Я объясню советнику, что Эд попросился приехать домой».

О смерти Ховарда

Да, я слышал об этом, я читал об этом в газетах, да… Я слышал из вторых уст, что на его даче были очень крутые ступеньки, а Эд точно любил выпить. И он был пьян и упал с лестницы. Когда я рассказываю эту историю моим студентам в университете, в котором я преподаю, они вроде как смеются. Один из них спросил меня: «А не были ли Вы в Москве, когда он свалился с лестницы?» Я ответил: «Нет, я был здесь, в Блумингтоне».

Об операции СК TAW и как долго она продолжалась

Позвольте мне ответить расплывчато: «В течение нескольких лет». В течение нескольких лет мы обменивались коробками. И, по всей видимости, это приносило полезную информацию, поскольку мы продолжали это делать.

Я знаю, что за последние годы вышло несколько книг, авторы которых заявили, что в последней коробке все пленки были чистыми. Нам этого никогда не говорили. А когда я прочитал одну из этих книг, я навел справки среди моих старых знакомых, которые со временем стали очень высокопоставленными должностными лицами в ЦРУ, и они сказали, что это для них также новость. Поэтому я не знаю.

Возможно, когда вы возьмете интервью у бывших сотрудников КГБ, один из них будет настолько добр, что расскажет о том, когда точно они нашли эту коробку. Мы знаем, что КГБ не распространялся об этом публично до 1988 года. Но я был последним человеком из ЦРУ, кто пошел на это место и совершил обмен.

Во сколько операция СК TAW обошлась американским налогоплательщикам? Я слышал разные числа. Бывший председатель КГБ Крючков, кстати, заявлял, что стоимость составляла около двухсот… Она составляла 220 миллионов долларов. Откуда он знал об этом, у меня информации нет. Я не думаю, что это были такие большие деньги, хотя мы тратили ужасно много на разработку технологии. Я знаю, что Крючков приехал, когда они наконец-то обнаружили колодец с нашей техникой. Он был просто потрясен и сказал, что у КГБ не было таких технологий в то время.

А Эдвард Ховард действительно проходил подготовку вместе с нами. Он был примерно в конце своего обучения в тот год, когда я начинал. То есть я не общался с ним ежедневно. Но однажды вечером мы зашли к нему домой. Это было всего за месяц или два до того, как он уехал в Москву. Его жена была в то время беременна. Там была еще одна пара. Это, несомненно, был внезапный удар, когда мы обнаружили, что он сбежал в Советский Союз.

О сотруднике ЦРУ Эймсе и капрале Лоунтри

Что касается Рика Эймса, то я работал с ним почти год на одной позиции. То есть мне казалось, что я знал его очень хорошо. Он был хорошим рассказчиком с отличным чувством юмора, всегда немного циничным по отношению ко всему. Но опять же, когда в понедельник утром я взял газету в Вашингтоне, округ Колумбия, и прочитал, что «агент ЦРУ Эймс арестован», я был ужасно удивлен. «Елки-палки» — сказали бы в некоторых странах. Ты просто не можешь поверить, что тот, кого ты, по твоему мнению, знал, сделал это. И, конечно, в случае с Риком Эймсом это было все ради денег. А в случае Эда Ховарда это была в некоторой степени месть за то, что он был уволен, но также и вопрос денег.

Капрал Клейтон Лоунтри был одним из охранявших посольство морских пехотинцев. Существовало правило запрета на близкие отношения с местным населением, которое означало, что морским пехотинцам не полагалось устраивать свидания с русскими девушками. Клейтон повстречал Виолетту, которая работала в посольстве. И он просто случайно встретил ее однажды, когда гулял в парке.

Клейтон не был красавцем, он не был и очень эрудированным парнем. Я думаю, что в то время ему было где-то около 23–24 лет. Я сомневаюсь, что у него до этого в течение нескольких лет были свидания. Поэтому, положа руку на сердце, для него гораздо большее значение имел не секс, который, без сомнения, у него был с Виолеттой, а тот факт, что здесь была женщина, которая обратила на него внимание. И потом, конечно, в конце концов он отправился на ее квартиру, а ее «дядя», который работал на КГБ, случайно оказался там.

Мы узнали об этом, я думаю, потому, что где-то спустя год его перераспределили и отправили в Вену. И он вышел в город отпраздновать Рождество. И я полагаю, что у него росло чувство вины из-за всего этого, и на вечеринке он подошел к местному руководителю ЦРУ и сказал: «Я думаю, что нам нужно поговорить». И, конечно, когда это произошло, то после этого был большой скандал.