ЦРУ раскрывает свои секреты... Ветераны ЦРУ о тайных операциях в СССР - Клименко Валентин Григорьевич - Страница 36

Находясь под постоянным наблюдением со стороны КГБ, Гуилшер стал мастером маскировки. Он приезжал в посольство США, будучи приглашенным на обед, затем покидал посольство через другую боковую дверь и уезжал на другом автомобиле. Как писал в своем докладе в ЦРУ Райден, находясь в автомобиле, Гуилшер снимал с себя западную одежду и делал все для того, чтобы выглядеть, как типичный русский — представитель рабочего класса. Он надевал шапку и одежду рабочего, съедал значительное количество чеснока и выплескивал на себя водку. Затем Гуилшер или шел пешком, или использовал автобус или метро по пути к месту секретной встречи. Затем он возвращался в посольство и появлялся из главного входа в своем вечернем дипломатическом костюме и галстуке.

Они встречались больше десяти раз, в процессе которых Толкачёв передал более ста отснятых кассет с фотопленкой и письменные материалы о советской авиации, ракетных системах и электронике. Взамен он просил лекарства, книги, западные бритвенные лезвия и записи рок-н-ролла для своего сына. Он затребовал таблетку с ядом на случай, если его поймает КГБ, но ЦРУ отказало. Толкачёв также просил у Гуилшера уникальные драгоценности и деньги, заявляя, что «несколько миллионов долларов это уж не такие фантастические деньги». В конце концов ЦРУ согласилось выплатить ему стипендию, эквивалентную зарплате президента США, при условии, что большая часть ее останется на депозите до тех пор, пока он не переедет в США.

В середине 1980-х годов Гуилшер покинул Москву, получив другое назначение. Его шпионская роль никогда не была обнаружена КГБ. Как следует из отчета ЦРУ, они оба чувствовали себя комфортно друг с другом в опасных ситуациях, в которые они были вовлечены.

Толкачёв периодически продолжал встречаться с другими оперативниками ЦРУ до начала 1985 года, когда негодяй из числа офицеров ЦРУ Эдвард Ли Ховард, уволенный за воровство и употребление наркотиков, идентифицировал Толкачёва и других секретных агентов перед советскими властями. Толкачёв был арестован в июне 1985 года и казнен в сентябре 1986 года. «Мой муж был восхищен Толкачёвым, — сказала Катерина Гуилшер. — Он воспринял это очень тяжело».

Ховард исчез в Советском Союзе и умер при загадочных обстоятельствах в 2002 году в возрасте 50-ти лет.

Гуилшер работал в ЦРУ до 1990 года, затем он продолжал консультировать ЦРУ по российским делам вплоть до прошлого года. Ему было 77 лет, когда он скончался 4 апреля 2007 года от панкреатита в своем доме в Арлингтоне. Он был женат в течение 50-ти лет, у него остались трое детей, Майкл Гуилшер, проживает в Бирмингеме, штат Алабама, Анна Гуилшер, проживает в Арлингтоне, и Александра Гуилшер, проживает в Новом Марлборо, штат Массачусетс; у него еще есть сестра и двое внуков».

Джон Гуилшер был моим объектом разработки. В посольстве все знали о трагической судьбе его семьи и сопереживали ему. За его безупречный русский язык, отсутствие высокомерия, внимательность к собеседнику, вежливость, предусмотрительность и отзывчивость отношение к нему со стороны российского персонала посольства было лояльным и доброжелательным, его уважительно называли Джон Иванович. Со своей супругой Катериной, также сотрудницей ЦРУ, которую все ласково называли Киса, они внешне жили дружно. Киса Гуилшер активно помогала мужу в разведдеятельности, обеспечивала его безопасность на маршрутах передвижения, осуществляя контрнаблюдение и создавая условия для отрыва от слежки, чему я лично был свидетелем, сопровождая семью Гуилшер в одной из их поездок по СССР.

Следующим офицером резидентуры, которому было поручено работать с Толкачёвым, был Дэвид Рольф, который аналогично Гуилшеру за основу тактики проведения агентурных операций взял подмену личности. Это и ему обеспечило «неуловимость» пребывания в городе для проведения встреч с Толкачёвым.

Я вместе с коллегами присутствовал на судебных заседаниях Военной коллегии Верховного суда СССР по делу Толкачёва. Напомню читателям, что в последней «передаче» Толкачёву от ЦРУ, доставленной ему на место встречи Полом Стомбаухом, среди книг была привезенная из США по его просьбе книга Адольфа Гитлера «Майн кампф», которая в интересах конспирации была сброшюрована в нейтральную книжную обложку, скрывавшую от посторонних истинное содержание книги.

Стремление Толкачёва освоить идеологию фашизма, его безапелляционный антисоветизм, его осознанные, целенаправленные и многолетние усилия по умышленному нанесению максимального ущерба обороноспособности СССР никак не соотносились с показной искренностью его раскаяния в содеянном в судебных заседаниях.

Грустное зрелище.

Глава девятая

Арест Воронцова. Захват с поличным Майкла Селлерса

КГБ СССР об агенте ЦРУ Воронцове и задержании Майкла Селлерса

Москва, 1986 год

Летом 1984 года старший оперуполномоченный Московского управления КГБ (Управление КГБ СССР по городу Москве и Московской области) майор Сергей Воронцов вечером связался по телефону со вторым секретарем посольства США Джоном Фини и под благовидным предлогом договорился с ним о встрече рядом с домом, где жил дипломат. Через него Воронцов передал в резидентуру ЦРУ предложение о сотрудничестве с американской разведкой. Воронцов, не имевший прямого отношения к работе по американцам, раздобыл телефонный номер американского дипломата Фини, используя служебное положение. Джон Фини, как и другие американские дипломаты, от Госдепартамента США имел указание оказывать помощь ЦРУ в подобных ситуациях. Поэтому послание Воронцова на следующий день было доставлено по назначению.

Воронцов, преследуя исключительно корыстные цели, в подтверждение серьезности своих намерений передал через Фини в ЦРУ подлинник одного из реальных документов КГБ и, чтобы придать себе значимость, назвался американцам сотрудником Второго главного управления КГБ СССР, имеющим отношение к работе контрразведки против посольства США, а не сотрудником Московского управления КГБ, каковым он являлся в действительности. В интересах собственной безопасности инициативник не сообщил американцам свои имя и фамилию, назвался Стасом и обусловил достаточно сложную систему контакта с собой. Предложил американцам в случае их согласия выйти с ним на контакт и выплатить за его информацию деньги, поставить в оговоренном месте в назначенное им время автомашину посольства США с дипломатическим номером И 004…

Американцы его условия выполнили. После этого Воронцов на стене одного из московских зданий написал семь цифр, легко считываемых из движущегося автомобиля. Эти цифры были коэффициентом, который необходимо было прибавить к набору цифр, переданному Воронцовым в записке американцам, чтобы получился его действительный номер телефона для установления контакта с ним. В целях дополнительной конспирации этот телефонный аппарат находился не в кабинете предателя, а в соседнем служебном кабинете в здании УКГБ на улице Большая Лубянка, ключ от которого был у Воронцова.

Первую личную встречу с Воронцовым и его разведывательный опрос провел сотрудник резидентуры ЦРУ Алекс Грищук, работавший в посольстве под прикрытием должности гражданского помощника атташе по вопросам обороны. Он вызвал инициативника на контакт по телефону. Вторую встречу с Воронцовым и его подробный дополнительный опрос осуществил сотрудник ЦРУ, второй секретарь политического отдела посольства США Майкл Селлерс.

В 1986 году Вторым главным управлением КГБ СССР Воронцов был разоблачен и арестован. Пользуясь полученными в результате обыска инструкциями ЦРУ по организации связи с Воронцовым, мы от его имени вызвали американцев на очередную встречу.

10 марта 1986 года на повторный контакт с Воронцовым резидентурой был вновь направлен сотрудник ЦРУ Майкл Селлерс, который в целях маскировки при выезде из дома воспользовался одеждой и автомашиной другого американского дипломата — проживавшего с ним в одном подъезде сотрудника военного атташата Рональда Паттерсона. Изменив внешность, надев очки, парик и приклеив усы, Селлерс после многочасовой проверки по Москве, используя автомашину и городской транспорт, за сорок минут до начала встречи пешком добрался на место контакта. Американец оставшееся до контакта время активно проверялся и изучал обстановку на близлежащих улицах и в проходных дворах. К назначенному времени к телефонной будке на улице Кржижановского, где должна была произойти личная встреча, из Следственного изолятора КГБ был доставлен давший согласие на следственный эксперимент арестованный Воронцов.