Огнев. Гвардеец (СИ) - Губарев Алексей - Страница 4

Сталь люка поддалась после третьего удара плетью. Способность третьего уровня просто прорубила преграду, а остальное я доделал ногой, выбив половину люка. И сразу же увидел свет. Не знаю, как, но неведомая сила буквально срезала часть кабины, захватив половину приборной доски. Однако пилота каким-то чудом не зацепило, и он свесился на крепежных ремнях головой вниз. Интересно, жив, или уже всё?

Отстегнув бедолаге шлем, я с удивлением обнаружил, что он не только жив, но ещё и в сознании. Только очень слаб. Парень, лет двадцати, в звании лейтенанта, шевелил губами, пытаясь что-то сказать. Пришлось постараться, чтобы разобрать, что он говорит.

— Мы в городе. Это конец.

— Рано хоронишь себя. — улыбнулся я. — потерпи, сейчас достану аптечку.

Осмотрелся, но нужного в кабине не обнаружил. Зато наконец рассмотрел, что находится за пределами десантного бота. И увиденное меня удивило. Потому что мы сейчас находились на краю бетонного здания, буквально свисая с него. А напротив стояло ещё одно, немного выше нашего, и было оно в плачевном состоянии. Оконные проёмы без стёкол, на стенах побеги каких-то лиан, всеобщее запустение. Именно в этот момент до меня окончательно дошёл смысл слов, произносимых пилотом. Когда изучал данные по острову, город был помечен красным кругом, и к нему строго настрого запрещалось приближаться. А сейчас мы, судя по всему, в высотной застройке, в самом центре.

— Плохо наше положение. — пробормотал я. Да, выбираться через носовую часть бота будет сложно. Придется… Хм, это что за… — Бездна!

С неба вниз стремительно нёсся один из военных кораблей империи. Что-то тормозило его падение, поэтому я видел не огненный болид, а вполне узнаваемые очертания корвета А класса. Неужели неведомая сила достала до орбиты, и там тоже умерла вся электроника? Но тогда… Мария! Она же должна была прикрывать меня. Неужели её малый корабль тоже вот так рухнул? Надо спросить у пилота, может он видел, где находились истребители и бомберы прикрытия перед ударом Альфа-излучения? Что вообще происходит на этой проклятой планете?

— Нужно осмотреться. Но сначала выбраться отсюда. — пробормотал я, и двинулся в десантный отсек. — Так, аптечка где-то здесь

Спустя полчаса я стоял в десяти метрах от бота, на другой, почти не повреждённой падением стороне здания, и разглядывал открывшийся передо мной пейзаж. Ряды более высоких зданий с двух направлений перекрывали всю видимость. А вот с третьей наблюдались строения пониже, так что мне был виден не только жилой сектор, но и расположенные за ним трубы какого-то завода-гиганта. Увы, но побережье и море отсюда не наблюдалось, а значит они очень далеко. Да и что нас ждёт на плавучей базе? Вдруг она уже пошла ко дну?

А вид необычный, да. Будь ситуация другой, можно было любоваться таким пейзажем. Этот город, словно битва человека с природой. Сначала смертные победили, захватив плацдарм. Но затем случилось нечто, и растительность сумела отвоевать позиции, после чего начала медленно устранять всё, что построил враг

В голове мелькнула ещё одна странность. Альфа! Эта неведомая сила изменяет разумных, и частично фауну, но совсем не трогает растительность. Почему? У неведомого врага пока нет в этом необходимости? Или изменения не планируются? В базе данных о предтечах этой информации не было.

— Лейтенант. — раздался за спиной приглушённый голос пилота. — Не знаешь, что произошло?

— Почему-то вся электроника вырубилась. — ответил я. — Батареи опустошены везде, даже запасные.

— Похоже на одновременный взрыв нескольких Альфа-катализаторов большой силы. — предположил пилот. — Говорят, если концентрация Альфа слишком высока, почти вся энергия в зоне взрыва просто исчезает. Но нам повезло, реактор бота должен остаться активным, и скоро он накопит достаточно заряда, чтобы запустить все бортовые системы.

— Бот в любой момент может сорваться вниз, и я бы не хотел оказаться внутри в этот момент.

— Поставить заряжаться энергоячейки можно и на расстоянии. И не забывай, где мы находимся. Без бронескафандров и оружия нам не выбраться отсюда.

— Ты как вообще себя чувствуешь? — сменил я тему.

— После того, как ты мне вколол сразу несколько доз восстановителя и боевой коктейль? Вполне сносно. Часа три ещё химия будет действовать, потом произойдёт откат, и я скорее всего вырублюсь часов на восемь. Но умирать точно не собираюсь, критическая фаза миновала. Жаль, из группы Халеева никто не выжил. Опытный штурмовик нам бы не помешал.

— Кстати, про опытных. — перевёл я наш разговор в нужное русло. — Как думаешь, пилоты сопровождавших нас кораблей могут выжить?

— Ну, истребитель вряд ли, скорее всего разбился. А вот пилот бомбера, если приводнился или сел, как мы, запросто мог уцелеть. А ты что переживаешь за них? Хуже, чем у нас, уже быть не может. Слышал, что высокоразвитые зараженные любят ловить владеющих даром предтеч, и потом издеваться над пленниками?

— Нет. — ответил я. — Давай лучше займёмся полезным, чем страшилки друг другу рассказывать. Говори, что я могу сделать для зарядки энергоячеек?

— Для начала нужно вскрыть бронеплиту реактора. — ответил пилот. — Кстати, тебя как звать? Я Андрей. Смолин Андрей. Баронет.

— Виктор Огнев. — ответил я. — Граф. Ну так рассказывай, как эту бронеплиту можно вскрыть? И ещё такой вопрос — почему на нас ещё не напали заражённые?

Нас никто не беспокоил. Мои знания об одержимых Альфа подсказывали, что после вспышек твари надолго становятся малоподвижными. Словно обожравшиеся хищники. Так что мы с пользой потратили время, наладив зарядку энергоячеек, и вытащив из бота всё, что может пригодиться. А вот дальше…

Я считал, что мне следует добраться до побережья, а оттуда на плавучую базу. Там взять летающий транспорт, и вернуться за тяжелораненым пилотом. У Андрея было другое предложение — никуда не ходить, и выжидать несколько дней тут, на крыше. И всё это время пытаться связаться с орбитой. Правда, из средств связи у нас имелись лишь те, что встроены в бронескафандры. Такие слабые сигналы вряд ли кто будет принимать. Да и времени выслушивать проблемы двух гвардейцев не станут, сейчас на планете царит ад. Сотни тысяч новых заражённых, и их численность ежесекундно растёт.

Поэтому я отверг предложение пилота, приняв единственное на мой взгляд верное решение — выбираться с острова. Нужно было лишь дождаться наступления ночи — заражённые с первого по третий уровень плохо ориентируются во тьме. Ну и энергоячейки заряжались не быстро, а мне нужно было взять с собой хотя бы восемь штук. Две для бронескафандра, который, слава Вселенной, заработал, стоило подать энергию. Две для штурмового комплекса, и столько же для энергетического меча. Ну и две на всякий случай. Лейтенант Смолин удивился такой запасливости, но я всё же настоял. Ещё пришлось организовать пилоту точку обороны. Для этого мы заминировали все лестничные пролёты на трёх верхних этажах, установили датчики движения, и в углу организовали своего рода баррикаду. Из-за нее Андрею будет легко отстреливаться, а если совсем зажмут, можно через оконный проем спуститься ниже, для этого мы свесили трос. В общем, Смолин должен был продержаться несколько суток.

— Одно расстраивает. — поделился Андрей, устраиваясь поудобнее в кресле, найденном в одном из заброшенных помещений. — Нет дронов разведывательных.

— Зараженные не любят их. — напомнил я. — Хочешь собрать всех изменённых с округи? В твоём положении вообще лучше ближайшие сутки не издавать ни одного звука, пока восстановитель не устранит серьезные повреждения тела. Так что сиди, отдыхай. Думаю, до утра мы ещё сможем поддерживать связь, а потом уже нет, здания будут блокировать сигнал. Ладно, до встречи. Я вытащу тебя отсюда. Главное, не геройствуй.

Спуститься вниз не составило труда. Это верхний этаж здания был почти разрушен, остальные же выглядели так, словно люди просто ушли из своих жилищ, оставив всё нажитое. Да, из-за долгого времени без ухода многое пришло в негодность, но это не отменяло главного — всё, что мне довелось увидеть, пока спускался по лестнице, выглядело непривычно.