"Фантастика 2025-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рэд Илья - Страница 180

Всё оказалось просто: хочешь рунический нож с пятью процентилями, значит, на каждое развеивание должна быть стихия не менее пяти процентилей, иначе — рискуешь идти вслепую. И так по возрастающей: чем более искусным руническим магом ты становишься, тем сильнее твой уровень универсального зачарования.

Я потратил порядка восьми часов, чтобы добиться результата и сделать всё филигранно — нож опять закрутился в воздухе и упал на гранитную столешницу уже пятипроцентилевым.

«Я смог, получилось», — довольный я провёл по лезвию ладонью и достал «старичка», изготовленного ривкиным предком. Да, чувствовалась некая уникальность изделия — каждый мастер проходил свой путь, прежде чем создать артефакт.

«Теперь мне нужно догнать по значениям огненный атрибут, тени и некромантию, чтобы руны больше не отставали от системы „Человек-Источник“».

Когда исчезают неопределённости и знаешь, в какую сторону двигаться, любая дорога спорится. Эти слова затрагивают как зачарование, так и саму жизнь.

«На сегодня хватит».

Приведя себя в порядок, я обрадовал Ривку новым достижением и в этот раз добился, чтобы мой рунический красавец лёг-таки на торговый прилавок. Со стороны может показаться, что это мелочь, и никому такой товар не нужен, но для мастеров, для сообщества зачарователей всё далеко не так. Мастерская возродила своё наследие, и отошедшие в иной мир маститые ремесленники рода Гольдштейнов могли спать спокойно — редчайшее искусство не забыто и ступило на новый этап развития.

К тому же это отличный шанс ещё больше расширить ассортимент диковинных товаров. Думаю, Ицхак грамотно этим воспользуется, ну а я наделаю столько артефактов, сколько потребуется, и даже больше.

Купленный у Ривки нож пока побудет у меня, но с ростом магической силы, придётся отложить его в сундук с трофеями. Да, для меня это был тоже трофей — ключ к сердцу любимой женщины, и продавать я его не намерен.

Переодевшись, я сгонял к мортиканту Тереху в сопровождении Ломоносова — тот заскучал и напросился на прогулку. Моё воинство нуждалось в пополнении, а я не мог больше откладывать церемонию посвящения.

Завтра уже надо будет выдвигаться в поход на стометровую Брешь — ликвидаторы вовсю расчищали в это время дорогу к ней и даже построили фортификационные сооружения близ портала, чтобы облегчить нападение.

На улице сгущался вечер, поэтому я хотел всё сделать побыстрее. Встреча произошла в получасе езды вглубь леса. Там на небольшой полянке уже ждали коленопреклонëнные мортиканты. Точнее, их принудили к этому. Руки и ноги связали верëвкой, а на головах болтались старые мешки.

Вокруг было навалено опавшей разноцветной листвы, а корявый сухой скелет леса трепетал на ветру.

— Развязать эту падаль, — велел я стальным голосом, и трое мортикантов с ножами кинулись выполнять приказ.

Моë появление почуяли ещë до того, как я открыл рот — полумëртвые сразу признали Повелителя и вскинули вслепую головы.

— Вам уготовано жалкое существование, — начал я. — От куска мяса до куска мяса, день за днём, месяц за месяцем — вот ваша судьба. Унижаться, продавать себя, убивать… А больше вы ни на что не годны, — я обвëл взглядом несколько потупившихся лиц и понял, что это мортиканты-новички. — Так думает каждый житель с той стороны, — я показал рукой туда, где раскинулся Бастион. — Вы не то, что второй сорт некромантов, вы — зависимое от людоедства отребье.

Я выдержал небольшую паузу и перестал ходить из стороны в сторону.

— Я согласен почти со всем, кроме одного: вы не бесполезны. Неудачный ритуал выкинул вас за борт человечества, но вы всë также можете ему служить, стать послушным инструментом, ну или сдохнуть здесь и сейчас, — резко подвëл я итог. — Вы не перестанете быть для меня кусками говна, но я дам вам новый смысл существования. Кто согласен, в очередь, — после я разрезал огненным ножом ладонь и вытянул кулак вперëд.

Жадные глаза будущего воинства провожали падающую на землю каплю крови, как самое важное в мире событие. Их было двадцать, все разные, но в прошлом подающие надежды некроманты.

Как только она упала, первым не выдержал заросший бородой мужик и прыгнул вперëд всех, чтобы слизать еë с жëлтого опавшего листа. После него клятву дали и все остальные. Даже зелëные новички в людоедстве.

Жалко ли мне их? Категорично нет. Но я за рациональное использование таких ресурсов: им незачем множить бесконтрольное зло и дальше. Мëртвое тоже должно участвовать в построении будущего. Такова моя философия.

Когда посвящение закончилось, я заметил знакомое лицо.

— Эй, ты, да ты, подойди сюда, — это был тот самый мортикант, что подорвал нефтяную цистерну. — Значит, ты выжил?

— Так точно, мой Повелитель, — склонил голову отступник, — спрятался в тень, как вы и учили.

— Ясно, — кивнул я и бросил ему теневой нож на тридцать процентилей. — Как и обещал — получай своё оружие. А теперь пошëл прочь.

Тот застыл на месте, засмотревшись на остатки крови на ноже, и полез было слизывать их языком, но Терех отправил его в полëт с ноги в корпус.

— Потом покишкоблудишь, встать в строй, гнида! — это отрезвило бойца, и тот поспешил выполнить приказ, остальные завистливо косили взгляды на подаренное оружие.

Ну, ещë бы, до этого самый большой процентиль был у командира Тереха — двадцать единиц, а тут у рядового теневика сразу тридцатка!

— Кудяблик ко мне, все остальные — свободны. Выдать новеньким снаряжение и чтоб ишачили у меня! — рявкнул я, и все поспешили вглубь леса, к подземным туннелям, где находились склады мортикантов.

— Повелитель, каждый день пью за ваше возвышение, каково будет следующее задание? — почëсывая сбившуюся бороду, спросил с хитрецой мортикант.

— Дай сюда карту, — велел я Тереху, тот с готовностью порылся за пазухой и вынул тубус со свëрнутым внутри свежим планом местности. — Запоминай, вот тут, тут и тут — свободные места силы под тень. В этих областях ликвидаторы ходить не будут в ближайший месяц — я обо всëм договорился с комендантом. Берëшь своих ребят и шуруешь туда. Чтоб через месяц у каждого было двадцать процентилей тени. Кто не справится — пойдëт на корм остальным. Ясно объясняю?

— Да куда уж яснее, — нервно почесал репу Кудяблик, — тока вот новенькие…

— А мне насрать, — перебил я его, — не науськаешь их — заменю и тебя. Достаточно на моей шее посидели, мне нужны результаты.

— Будут.

— Ступай, — велел я ему, — а теперь ты, — обратился я к Тереху и показал слепые зоны под стандартные четыре стихии, чтобы Пронский тоже не скучал. — Своих обучишь аналогично и с тебя Брешь в неделю, хоть расшибись, — потряс я пальцем. — Если много подохнет — сделаем донабор, но в твоих же интересах, чтобы они жили долго.

— Понял, мой Повелитель, благодарю за оказанное доверие, — в глазах читался щенячий восторг, до этого на командире была одна лишь разведка, а тут полноценная операция во благо Девятого!

Я готовился к отъезду в Громовец и пытался наладить автономию, чтобы всë работало и без моего присутствия. Терех уже обучился друидизму голубя на пятëрочку и мог держать связь с Бастионом, потому я разрешил от моего имени вызывать на закрытие Бреши Радмира, а следом и чистильщиков.

— Жëстко ты с ними, — прокомментировал Ваня, когда все разошлись, и мы ехали обратно в Бастион. — Я бы так не смог, — задумавшись, добавил он.

— А тебе и не надо, ты на своём месте. Злым и я могу побыть, мне несложно. Сложно оставаться добрым, но неглупым, как ты.

— Артëм, — вдруг напряжëнно ответил Ломоносов и остановился, я проехал чуть дальше и развернул лошадь.

— Что такое?

— Он хочет с тобой поговорить.

— Кто?

Глаза друга постепенно начали наполняться синим светом, черты лица разглаживаться, а осанка — выпрямляться, формируя величественную позу.

— Клирикрос.

Глава 11

Равновесие

— Ты не послушал меня Отчуждённый, — прозвучал глубокий тембр. — Зачем ты упрямо наращиваешь мощь? В прошлый раз ты был второго шага, теперь — третьего, ты испытываешь моё терпение?