"Фантастика 2025-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рэд Илья - Страница 103

— Ну, во-первых, я вижу все потоки, их следы, пусть даже трёхдневной давности… Могу и глубже посмотреть — но, боюсь, не выдержу, — отпив чаю, сказал он, когда мы беседовали, вернувшись с закрытия второй Бреши. — Во-вторых, если слишком долго нахожусь в этом…ммм… состоянии, я чувствую подступающую усталость, как будто тяжесть такая знаешь…

— Опиши подробней.

— Я как бы в весе прибавляю, сейчас, секундочку, соображу как объяснить, — попросил Ломоносов, — как в одежде зайти в воду, намокнуть и выйти обратно, — щёлкнул он пальцем, когда смог подобрать удачный пример.

— Вода, мокро, — перебирал я сравнения, — как будто липнет к тебе что-то?

— Можно и так сказать, — надкусив бублик, ответил он.

— Но тебе же не становится плохо от одного поиска? Только от активных заклинаний?

— Не совсем. Каждое использование дара — это нагрузка. Просто при «поиске» она равномерно распределяется и её меньше.

— Проклятие, Иван, так чего ты сразу не сказал? — рассердился я.

Оказывается, этот «герой» решил вот так себя угробить, даже не предупредив о столь серьёзных последствиях.

— Ты бы был против, да и какая разница? Мы же от этого не перестанем искать… В общем, кого надо искать, — рвано закончил он свою мысль.

В принципе Иван прав — талант манавидения нужно было использовать. Только теперь я скорректирую его применение на более важные вещи.

— А ты не думал, что это мана к тебе липнет? — вдруг осенило меня.

Я-то знал последствия перегруза энергией. Слишком большие сколы напоминали симптомы, которые были и у Вани: кровь горлом, кашель, боли во всём теле, тошнота…

Мы посмотрели друг на друга и как будто оба подумали об одном и том же. Глаза друга расширились.

— Я не могу смотреть внутрь себя, — сбивчиво заговорил он, кладя чашку с чаем на стол, — только на внешние источники, но то, что ты говоришь, вполне реально. По сути, я погружаюсь в мир маны как…

— … Как я в тень, — дополнил его я, — только ты не исчезаешь, ты в другом измерении и…

— Я чужак, — мурашки пошли по его телу, — я там не должен быть и как магнит, — Ваня положил руки себе на грудь, — втягиваю ману через дыхание в лёгкие, — он откинулся в кресле, и мы замолчали ненадолго.

— Ты хапнул в детстве избыточное количество маны, — потряс я пальцем, — а когда научился пользоваться даром, стало уже поздно, она слишком изменила твоё ментальное тело: ты не можешь выгрузить её через заклинания и надрываешься.

— У меня как будто такая же тяжесть после их использования.

— То есть ты её продолжаешь накапливать в себе вопреки всем законам логики, — подытожил я.

— Выходим мне конец? — пожёвывая губу, произнёс Иван.

Я нахмурился.

— Это что ещё за настроения?

— Мы можем оттягивать этот эффект Брешами, но не вечно же?

— Ваня, ты не понял, — я встал с кресла и прошёлся по комнате. — Мы разгадали причину твоей болезни, ты знаешь, что это значит? — я подошёл к нему и, взяв за плечи, встряхнул. — Мы теперь надерём ей задницу.

— Но как? Тебе не стать некромантом без учителя, никто не рискнëт за тебя браться. А не став некромантом, ты не сможешь отделить от него целительство, — пожал плечами Ломоносов.

Я сел обратно и, улыбаясь, барабанил пальцами по подлокотникам.

— Вот скажи, Ваня, ты умный?

— Я себя так не расцениваю, но многие говорят, что да, — смущённо сказал он, подоткнув пальцем металлический мостик очков.

— Сидишь тут, жалуешься мне — никто не посмеет меня учить, все боятся. А теперь ещё один простой вопрос: кого ты знаешь, кто не боится, вот кому и так нечего терять?

Тот нахмурился, а потом так быстро расплылся в улыбке и даже задохнулся от догадки.

— Чёртов гений, мать твою! — он несколько раз ударил по креслу и сжал кулак. — Мортиканты, ха-ха! — Иван встал и заходил по комнате. — И когда ты собирался… В смысле, иди ты!

Я понимающе кивнул и отпил в его честь прекрасного байхового чая.

— Не волнуйся, у меня всё схвачено, — сказал я ему, — просто слушай, что говорю, и верь мне. Мы на днях с Терехом уже приступим к обучению. У него третий шаг, самый большой из всех. Он будет только рад насолить Ложе. Прямо-таки пищал от восторга и обещал подготовиться. А теперь давай на боковую, — я посмотрел на настенные часы в комнате своего друга и удалился к себе наверх, пожелав спокойной ночи.

— Что-то Ваня громкий сегодня был, что-то случилось? — спросила Ривка, забираясь в желанные объятия, девушка уже согрела постель к моему прибытию.

— Восхищался твоей новой тридцадкой, — я не преминул похвалить её за прогресс в зачаровании, а заодно сменить тему.

— Понятно, мужские секретики.

— У женщин свои, а у нас свои. Иди сюда.

Бенкендорф перенёс рейд на три дня. Поехал в Вологду решать какие-то организационные вопросы, плюс недавно в Бастион нагрянула проверка из Москвы по поводу Мультибреши и, о чудо как совпало, к их приезду она была закрыта. Гибель целой группы ликвидаторов — это вам не шутки, вот и отправился Христ вместе со Шпульцем принимать бой иного характера.

Я называл это ковровыми сражениями. У чиновников тоже идёт своя война, невидимая вначале простому обывателю, но её последствия зачастую затрагивают многие жизни. Моим же начальникам предстояло доказать свою невиновность, дабы на них не повесили халатное отношение к работе. Всё-таки Мультибрешь — это несчастный случай, а не ошибка руководителя Бастиона.

У меня же освободилось целых три дня! Так я на это смотрел и намеревался провести их с пользой. Тем более мои награды за Бреши уже пришли, в том числе и за две личные. И это была целая гора денег.

Рейд Бенкендорфа принёс пятьдесят тысяч рублей. Туда было включено убийство Матки, одного Вожака и целой кучи насекомых, чьи трупики разобрали на полезные материалы для ремесленничества.

Каждому в отряде отвалило кругленькую сумму. К тому же одно из мест силы, что там открылось, было чрезвычайно редким — молнии. Христ выбил мне десяток бессрочных посещений, так что хоть через год, хоть через два я мог туда явиться и взять своё сполна. Даже если к тому времени не буду ликвидатором.

Это, кстати, другая сторона таких вот аренд. Государство не упускало возможности заработать. Пока ты закрываешь Бреши, можешь пользоваться местами силы сколько влезет, но если не выполняешь минимальный план, то будь добр — плати. Так что я был доволен таким подарком. Потому как эту магию я не рассматривал в качестве срочной.

А вот с личными Брешами получилась интересная тема. Неожиданно по десять тысяч за каждую. Однако эта была стоимость за совсем уж малюток: метр и полтора метра. В ратуше даже удивились: как это я успел их закрыть? Администраторша только-только прикрепила флажки на карту с местоположением новинок.

Я так понял, закрывать личным отрядом порталы было в разы выгодней, чем с группой Бенкендорфа. Тут учитывался весь барыш: и за зачистку, и за закрытие — а это две отдельные статьи оплаты. Для империи такие суммы — копейки, ведь они зарабатывали на переработке трупов монстров несметное количество денег. Зелья и артефакты покупали не только независимые ликвидаторские отряды на передовой, но и наши зарубежные союзники.

Зачарование высшего уровня, кстати, требовало редких материалов именно из монстров: к каждой стихии индивидуальные ингредиенты. Купцы привозили свои товары в Вологду, Сыктывкар и Воркуту, а на обратном пути закупали оптом дорогостоящее сырьё, чтобы перепродать ещё дороже, разъезжая по всей России. Спрос — бешеный.

В итоге после всех заработков у меня на руках оказалось сто пятнадцать тысяч рублей. Я смотрел на эту гору денег и вспоминал, как выпрашивал у отца лишнюю сотку. Чуть больше трёх месяцев прошло. Деньги за первые две Бреши я забрал себе, а вот с последующих уже буду присылать домой пятьдесят процентов. Всё из-за позднего оформления бумаг: я успел закрыть вторую Брешь раньше, чем приготовили документы на включение меня в имперский рейтинг.