Связанные целью (СИ) - Морозова Мария - Страница 2

Когда к власти пришел король Годрик, отец нынешнего правителя, стало немного полегче. Порядки медленно менялись, а король Арениус не стал отменять реформы отца, продолжая его курс. Сейчас женщины могли владеть хоть каким-то имуществом или деньгами, без разрешения мужчины получать профессию, пусть и типично женскую, вроде швеи, учительницы, гувернантки. Вот только несмотря на реформы прогрессивного монарха, магички по-прежнему оставались собственностью семьи или Ордена магов.

Все дело в том, что самые сильные дети рождаются в парах, где оба родителя одарены силой. Да, бывают и исключения, когда дар пробуждается стихийно, и я сама – одно из таких исключений. Но одаренные девушки считаются очень ценным ресурсом, которым не разбрасываются просто так. Если магичка рождается в знатной или просто обеспеченной семье, она воспитывается дома, а потом выходит замуж за подобранного чуть ли не с колыбели жениха. Естественно, выгодного роду жениха. Те семьи, которые не могут себе позволить нанять учителей, отправляют дочерей в университеты. В самых крупных из них есть факультеты так называемой бытовой магии, носящие в народе емкое прозвище «Факультет элитных жен». Там и правда готовят жен, способных составить пару магической элите королевства.

Все обучение посвящено превращению крестьянок и мещанок в идеальных супруг. Нас учили ведению хозяйства, этикету, танцам и кулинарии. И, конечно, вдалбливали мысль, что наша участь лучшая из возможных, поэтому мы должны относиться к ней с принятием и смирением. Мне всегда интересовало, зачем нужно смирение, если участь лучшая, но я благоразумно не задавала этот вопрос.

Конечно, магии нас учили тоже, потому что любой дар нуждался в раскрытии и стабилизации путем регулярных упражнений. Но это была только бытовая магия, чтобы поддерживать порядок в доме, кулинарная – готовить супругу любимые блюда, и целительская – лечить разбитые коленки детям. Больше ничего.

Моей радостью и моей бедой стало то, что я выросла в Ильбронском университете. С двенадцати лет меня воспитывал дальний родственник, служивший в университете главным библиотекарем, поэтому юность я провела среди книг. Читала все, что попадалась под руку, интересовалась самыми разными темами, изучала магическую теорию и страстно мечтала, что у меня тоже когда-нибудь пробудится дар. Как ни странно, дар и правда пробудился. Но это привело меня не к славе и свершениям, а на бытовой факультет, где наставники попытались задавить мою жажду знаний.

Вот только у них ничего не вышло. Я прогуливала занятия по танцам, чтобы понаблюдать за тренировками боевиков. Освоив простые маскировочные чары, тайком пробиралась на лекции парней, чтобы урвать кусок чего-нибудь интересного. Изучала заклинания, которые не входили в мою программу. Придумывала собственные схемы и испытывала их, радуясь каждой удаче, как ребенок.

С выпускного бала, по сути бывшего ярмаркой невест, я попросту сбежала. И попыталась найти работу, которая позволила бы мне и дальше развивать способности, но везде получила только отказы. Теперь стало понятно, почему. Да, глупо было надеяться, что на мое стремление к свободе махнут рукой. Я все четыре года сидела костью в горле нашего ректора. Разве мог он отпустить меня на вольные хлеба? А с лордом Мористоном они дружны, так что ректор вполне мог попросить его о небольшой услуге, чтобы щелкнуть по носу зарвавшуюся девицу. Как же несправедливо!

Не в силах что-либо решить, я стояла и бестолково таращилась на мраморную громадину, как вдруг меня окликнул знакомый голос:

– Ванден!

Вздрогнув, я обернулась. От кареты с гербами нашего университета ко мне степенно шествовал лорд Раймин – ректор. Оказалось сложно удержаться от гримасы. У нас с лордом ректором была стойкая взаимная нелюбовь. И на почве моего непослушания, и просто из-за поганого ректорского характера. Он постоянно кичился своей важностью и сейчас тоже смотрел на меня со странной смесью презрения и снисхождения. А после того, что я сейчас узнала, с ним даже на одном тротуаре стоять не хотелось. Но не бежать же.

– Ты то мне и нужна, Ванден, – сообщил лорд Раймин, останавливаясь рядом. – Я направляюсь с визитом к лорду Мористону. Пойдешь со мной.

Выдав этот приказ, он развернулся и отправился в гильдию. Я зашагала следом. Не от большой покорности, нет. Во мне подняла голову робкая надежда. Может, все же удастся изменить мнение лорда Мористона о себе? Может, он поймет, что это не просто блажь, а искреннее желание, подкрепленное талантом, и даст мне шанс проявить себя?

Мне еще не доводилось бывать в главном оплоте магии Темирана, и сейчас я рассматривала его во все глаза. Внутри было так же роскошно, как и снаружи. Мои старые ботинки ступали по полу из наборного дубового паркета. Светильники с яркими светоносными кристаллами разгоняли полумрак, в который погрузили город тучи. Лестница, ведущая на второй этаж, могла похвастаться ступенями из мрамора и перилами из бронзы. И даже приемная главы Ордена выглядела во много раз солиднее, чем ректорский кабинет в нашем университете.

Завидев лорда ректора, секретарь сверился со списком и важно кивнул. Про меня не стал и спрашивать, а я сама просто потеряла дар речи, когда вошла в кабинет. Очень уж шикарно он был обставлен. Да, лорд Мористон совсем не бедствует.

– Лорд Раймин, – раздался приятный мужской голос.

Я спохватилась и перевела взгляд с витражных окон на хозяина кабинета. Пожилой мужчина с окладистой бородой сидел за столом, за которым, наверное, могла бы поместиться вся наша группа. На вид ему (главе, не столу) можно было дать лет шестьдесят, но все знали, что он гораздо, гораздо старше.

– Добрый день, глава, – чуть склонился ректор.

– Вижу, вы не один сегодня.

– Со мной Сэрли Ванден.

По кивку ректора я сняла капюшон, сделала небольшой шаг вперед и поклонилась. Главный маг всея Темирана окинул меня любопытным взглядом.

– Ну что, нагулялась? – спросил он вполне дружелюбно.

– Простите? – выдавила я, не совсем понимая, что именно маг имеет в виду.

– Лорд Раймин давно рассказывал о тебе. И о твоей ненормальной идее искать после выпуска работу. Мы дали тебе месяц, чтобы ты побегала по городу и убедилась на своей прелестной шкурке, что ничего не выйдет.

– Получилось бы, если бы не ваш приказ, – не сдержалась и тут же осеклась, когда взгляд лорда Мористона заледенел.

Небо, ведь это не добрый дядюшка, который просто пожурит, если сделаешь что-нибудь не так. Глава слыл жестким человеком, не любившим споры. А я решила перечить. Но потому, что это и правда было совсем несправедливо – лишать меня даже шанса.

– Простите мою дерзость, лорд, – повинилась, вспомнив ненавистные уроки этикета. – Только мое желание – это не блажь и не глупость. Я хочу найти свое место, применить знания, которые получила в университете, и быть полезной народу и королевству.

– Что ты несешь, – прошипел лорд Раймин.

– Глупость, – махнул рукой верховный маг. – Ты будешь полезной супругу, родив сильных, одаренных детей. В этом весь смысл твоего существования.

– Но глава…

– Довольно, – выпрямился тот в кресле, разом теряя все свое благодушие. – Ты должна была понять: все твои чаяния – совершеннейшая чушь. Если не поняла, что ж, тем хуже для тебя. Потому что сегодня вечером в город возвращается твой будущий супруг, который уже сговорился с Орденом.

– Я могу быть кем-то большим, чем чужой тенью, – не сдавалась я, хотя от слов о муже меня начало трясти.

– Строптивая, – неодобрительно покачал головой лорд Раймин.

– Ничего, герцог Арбандо любит укрощать таких, – глава скупо улыбнулся.

И пока я хлопала глазами, лихорадочно раздумывая, что делать, он положил ладонь на пластину, вмонтированную прямо в столешницу. Не прошло и минуты, как дверь открылась, и в кабинет заглянул высокий мужчина с грубоватым лицом.

– Вызывали, глава? – спросил он.