"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Мельницкая Василиса - Страница 1787

Я пришёл к алтарю стихий сам. Пещера с огромной жертвенной гекатомбой ни капли не изменилась. Только сам алтарь теперь не выглядел огрызком себя прежнего. Теперь он напоминал мне корону с четырьмя зубцами разных цветов. Каждый зубец — кристалл с мерцающим внутри средоточием стихии. Красиво. Величественно. А ещё кристаллы росли. Подозреваю, что через некоторое время они достигнут потолка пещеры и прорастут сквозь неё. Вот тогда ко мне возникнет ещё больше вопросов.

Хотя… Есть шанс, что я попросту не доживу до этого славного момента.

Пальцы непроизвольно сжались в кулаки, а кровь быстрее заструилась по венам, но я заставил себя расслабиться. Нервы мне не помощники.

— Оптимизм в тебе так и плещется, — хмыкнул алтарь, при этом вспыхнул кристалл огненной стихии. — С чем пожаловал? Давненько не объявлялся.

— С новостями пожаловал, — я уселся на пол у алтаря, уперевшись спиной в него. Камень был холодным, но в груди горело что-то тяжёлое и колючее. — Вселенная наказала меня кровавым безумием за спасение жены, а кто-то из высших сущностей пообещал мир с божественной песочницей тому или той, кто меня убьёт.

— Весело, — ответил мне совершенно другой голос, холодный и напоминающий журчание воды, — а когда и где ты успел пролить кровавые реки, что мы не заметили?

— Да как-то и не планирую… Но мне сказали, что у Высших презумпции невиновности не существует. К тому же на охоту за моей головой отправили моих братьев и сестёр по Обители Крови.

Алтарь умолк, но кристаллы стихий разом засветились. Воздух в пещере наполнился гулом, в котором я различал четыре голоса с разными тональностями, но слов разобрать не мог. Пламя в огненном кристалле рвалось наружу, вода пузырилась, словно кипящая, земля глухо дрожала, а ветер выл на высокой ноте. Похоже, у первостихий проходило некое совещание, к которому меня не спешили допускать.

Минут пять я ожидал, пока алтарь вновь заговорил со мной.

— Скажи, вы ведь никогда не убивали никого, пока тот не запятнал себя всякими… деяниями. С чего вдруг сейчас должно что-то измениться?

— Так песочница же на кону. А, как я понял, за такую награду тут готовы глотки рвать, не то что отступить от идеалов Великой Матери Крови, — высказал я собственные предположения, при этом бездумно водя пальцем по пыльному полу. На сером слое пыли вырисовывалась цепочка рун защитного конструкта. — К тому же кое-кто всё же переметнулся к техносам.

— Вот этих бы я и опасался. А те, кто сделали неверный выбор, но не опустились до предательства, могут оказаться вполне надежными союзниками.

— Я тоже об этом думал, но со свихнувшимися у нас разговор короткий. Не смотрели даже на кровное родство. У Комариных предок убил брата родного, а ты говоришь… К тому же Система намекнула, что кое-кто всё же вычислил меня. Уж не знаю, по каким признакам. А потому боюсь, что гости у нас неизбежны.

— Что собираешься делать?

— Хочу эвакуировать всех, у кого есть кровь, оставив лишь тех, кто во второй ипостаси не имеет оной. Как ледяные гончие Ксандра, к примеру. Они чистые порождения стихии.

— Таких мало, — вынужден был признать алтарь, — всё больше животные…

— Знаю, поэтому и пришёл с просьбой. Я знаю, где взять ещё. От тебя прошу делиться своей мощью не только с эргами, но и с другими… союзниками.

Я уже предчувствовал бурю эмоций, которую на меня обрушат стихии, когда узнают, кто станет нашими предполагаемыми союзниками.

— Кто?

— Местный пантеон. Там тоже хватает божеств со стихийными силами.

— Ты не охренел ли часом? — вспыхнул алтарь, огненный кристалл полыхнул так, что в пещере на миг стало светло, как днём. — Сговорился? Решил преподнести нас им на блюдечке? Они постоянно пытались подчинить нас, использовать для собственного усиления, они тебя убивать приходили! И ты теперь такое предлагаешь?

— Предлагаю, — подтвердил я тихим и спокойным голосом. Иного выхода я не видел. — Я могу сейчас и дальше воротить нос от бывших врагов, но сейчас у нас всех один враг. Если явится кто-то равный мне по силам, а то и более могущественный, то достанется всем! Я сейчас без всякого безумия в состоянии притянуть к себе кровь со всего мира, убив всех его жителей. Эргов тоже — их плоть всё равно несёт в себе капли крови, а значит, подвластна мне. То есть один возвысившийся маг крови уничтожит базу всего местного пантеона, и весь твой и без того немногочисленный выводок эргов. А потом свалит на меня. И я заимеюсь доказывать, что я не я и жопа не моя!

— А ты правда можешь?

В голосах стихий сквозило неподдельное сомнение. Кристаллы мерцали неровно, будто колебались между ужасом и гневом.

— Могу! Но зачем? Это такой же для меня родной мир, как и Сашари.

— И что… без местных ты никак не справишься?

— Я, если честно, не уверен, что и с местными справлюсь, если по мою душу явится сразу же семеро таких как я. Поэтому попробую сперва решить вопрос на чужой территории.

— А если не решишь?

— Тогда у вас останется Ольга и два моих кровных потомка.

В этот момент я жалел, что не успел осуществить мечту Ольги.

— Так, а что мы сможем сделать против таких?.. — искренне недоумевал алтарь.

— В одиночку — ничего, но если объединимся, то вашей задачей будет не выпустить магию крови за пределы моих земель.

— Как?

— Создадите и будете поддерживать стихийный шторм ранга этак двадцатого.

— Ты в курсе, что это уже относится к терраформированию? — осторожно объяснил алтарь.

— В курсе. Читал записки биологического отца. Этим могут заниматься именно носители исконных магических сил. В Сашари это были магия Рассвета и Заката. Здесь, подозреваю, стихийные. Именно пробуждение исконных сил и должно купировать использование любой магии в границах шторма.

— А ты что будешь делать?

— Я? — я встал с каменного пола, отряхнул руки. В глазах отражалось пламя кристалла. — То же, что и всегда. Защищать свои земли, своих людей и свои миры. Если понадобится — до последней капли крови.

Следующими на очереди шли боги. Комаро я отыскал в его личном убежище, нынче имеющего вид грота, заваленного пустыми амфорами. Бог-покровитель восседал на бочке из-под нектара, безмятежно развалившись. Компанию ему составлял не менее укушанный Виноград, запутавшийся в собственных лозах так искусно, что напоминал неудачный экспонат в саду скульптур. На полу красовалась лужа вина с плавающими в ней виноградными косточками — похоже, Виноград какое-то время буквально истекал напитком. Эм… или возвращал выпитое.

— О, Миша! То есть Трай! То есть Эсфес! — Комаро махнул рукой, чуть не выронив бутылку, заткнутую отчаянно дрыгающим пальцем гидры. — Присоединяйся! Выбирай — у нас есть… э-э-э… — он потыкал пальцем в воздух, словно пересчитывая варианты. — Точно! Только «Яд Горгоны», но зато до дна!

— По какому поводу попойка? — приличия ради я решил уточнить.

— А нам ску-у-учно-о-о! — протянул Комар, подперев голову лапой. — Так хорошо жили, за тобой наблюдали, из передряг всяких вытаскивали, а теперь что? Даже Кречета и того ты прижал к ногтю и заставил жить дружно. Ик!

— Так я вовремя! — рассмеялся я, отстраняясь от протянутой бутылки, от которой несло серой и мятой. — У меня такие новости, что скука в миг улетучится, и протрезвеете моментально!

— Попробуй удиви! — с вызовом ответил Комаро, но его веко предательски дрогнуло, когда он неудачно оперся на пустую амфору. Та с гулким звоном покатилась по полу.

— Есть высочайшая вероятность, что скоро в нашей песочнице появится тот, кого так боялся Кречет и собирал коалицию.

— Ты уже и так здесь! Ик! — возразил Виноград, пытаясь расплестись, но только силнее запутываясь. — Даже два тебя! Ой… — он замолчал, осознав, что только что намекнул на двоение в глазах.

— А речь не про меня, — добавил я интриги. — Речь про еще семёрку таких же как я, которые постараются устроить в нашем мире кровавую баню, а потом всё свалить на меня.