"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Мельницкая Василиса - Страница 1646

— Сопровождение из гостиницы нейтрализовали, своих людей поставили, — коротко отчитался Борзый.

А тем временем события развивались стремительно. Барбарис чуть ли не в парке вцепилась когтями в их мужа и повела за собой, словно коня под уздцы.

— Я ей голову откручу! — не унималась азиатка, видя, как агентесса французов чуть ли не впивается в губы мужа поцелуем в холле гостиницы. — Вот с-с-с*ка! Она же ещё и скомпрометировать Мишу хотела перед свадьбой.

— Конечно, хотела! Иначе зачем весь спектакль, — согласилась Ольга. Пока они поднимались по лестнице в номер, Тэймэй всё опасалась увидеть обнажённые тела, сплетённые в экстазе.

Возмущалась она ровно до того момента, пока не увидела иглу, входящую в шею мужа. Дальше в её голосе звенел металл:

— Я её убью.

Ольга, до того с юмором относившаяся к высказываниям азиатки, напряглась. Эмоции Тэймэй полностью соответствовали озвученному вслух решению, и это уже больше походило на зарок.

В номер они вошли спустя пару секунд после мужа, и как раз успели к мастер-классу по скоростному раскалыванию агентов.

Мною хотели воспользоваться во всех возможных смыслах. Однако же француженку ждал неприятный сюрприз. Игла не пробила драконьей чешуи, а вслед за этим Луизу-Антуанетту по рукам и ногам спеленал Гемос.

Тот уже давно активно сигнализировал внутри, что с агентессой всё совсем нечисто. Он же и намекнул мне про ещё одну скрытую способность француженки. Та могла по желанию активировать выработку некоей железой секреции, что сводила всех мужчин в непосредственной близости с ума.

На меня сперва эти флюиды также возымели действие, вон, даже о вероятности завести любовницу задумался. Но Гемос тут же сигнализировал о влиянии на организм, сродни отравлению ядом. При этом сопоставить резкое сокращение дистанции и влияние на сознание не составило труда. А потому я дальше лишь давал Луизе желаемое, проверяя, насколько далеко она готова была зайти в выданных ей полномочиях.

Для достоверности пришлось припугнуть их тенями и двумя вероятными заказами ассасинам, обозначив собственную осведомлённость. Большего и не понадобилось.

Когда меня, как телка на привязи, повели в респектабельную гостиницу, я мысленно поаплодировал Арсению, который и предположил этот вариант, как наиболее вероятный. Тэймэй и Ольга страховали наше путешествие, невидимое для глаз окружающих. Бывшая маркиза липла ко мне не хуже банного листа к распаренной заднице, надеясь получить при случае ещё и компрометирующие доказательства моей неверности в канун предстоящей свадьбы.

Сейчас же Луизу буквально распяло на стене внутри номера. Гемос чёрной паутиной прилепил агентессу к поверхности, зафиксировав таким образом, чтобы она не могла не просто пошевелиться, а даже закрыть рта.

«Не перебарщиваешь? — уточнил у него на всякий случай. — А то на подготовку к неким специфическим любовным отношениям смахивает».

«Не-а! Во-первых, так она не сможет использовать связку артефактов, припрятанных на теле, и раскусить капсулу, заложенную у неё в зубе на крайний случай. Содержимого мы не знаем, а проверять как-то не хочется, — со знанием дела возразил симбионт. — А, во-вторых, а как она хотела? Хотела отыметь нас, а теперь пусть почувствует себя на месте жертвы».

Спорить я не стал. Не до того было. Нужно было быстро и доступно разъяснять всю глубину неприятностей, свалившихся на голову одной весьма самоуверенной особы.

— Итак, Луиза-Антуанетта Барбарис, бывшая маркиза дю Варан-Барбарисьен, до того, как вы попытались воздействовать на меня и скомпрометировать накануне свадьбы, у нас были шансы договориться. Теперь же вы слушаете и при мне слово в слово передаёте своему доверенному другу из Версальского садово-паркового ансамбля следующее. Я в курсе, кто и сколько продал вам эухений за последние пятнадцать лет. Я в курсе, что вы планировали приписать мне организацию сети по созданию макров на основе выкачки родовых сил различных аристократов. Но вы просчитались в одном, думая, что выше вас никого нет.

Я указал на серьгу Винограда, всё ещё висящую у меня в мочке уха.

— Думаю, вы должны быть в курсе, что обозначает эта безделица.

По глазам бывшей маркизы читалось узнавание. Не зря ведь она столько времени провела рядом с императорской семьёй. Уж про спасение принцессы Марии она была наслышана во всех подробностях, да и газеты не обошли стороной освещение сего события.

— Кроме него, я имею такую же возможность общения и со своим родовым тотемом. Быть последним в роду имеет свои преимущества. Как вы думаете, понравится ли богам, что ваш доверенный друг занимается выкачкой родовых сил с чужих земель, а значит, отбирает их у чужих божественных покровителей? — я намеренно сделал паузу и лишь через пару секунд продолжил. — Я не заказывал вашего…друга. Пока. Но стоит мне оповестить сами знаете кого, и за его жизнь я не дам и ломаного гроша. Его устранят совершенно бесплатно, причем, вероятно, этому поспособствует сам же Гиббон, чтобы не выносить сор из избы.

Луиза-Антуанетта была профессиональным шпионом, а потому умело скрывала свои эмоции, что при этом не мешало ей фонить своими страхами на всю округу.

«Дожми её. Угрозы Гиббону её мало заботят», — пришла подсказка от Ольги. Они с Тэймэй вошли в номер практически следом за мной, а тройка кровников уже была в помещении, когда мы ввалились сюда.

— И, если вы думаете, что боги скоры на расправу лишь в легендах, смею вас уверить, я вполне могу взять их обязанности на себя. Силёнок хватит, — я приблизил своё лицо к агентессе и тихо прошептал ей: — Я знаю, где вы храните свою главную ценность, о которой неизвестно даже Лиллиану. Кажется, её зовут Анабель, верно? И знаю, как погиб ваш несчастный супруг. А ещё знаю, чем вас держит при себе ваш «добрый» друг.

На лице Луизы-Антуанетты не дрогнул ни единый мускул, зато по кровной связи последовало взволнованное предупреждение от Ольги:

«Она в панике! Будет атаковать!»

Да уж сложно не заметить, когда в номер, проламывая оконный проём, влетает метровая сфера льда и расщепляется на сотню смертоносных лезвий. Отреагировали мы все почти одновременно: я выставил Радужный щит, Тэймэй создала вокруг меня каменный мешок, а Гемос и вовсе отвесил бывшей маркизе подзатыльник, сбив концентрацию и заявив:

— Обычно я женщин не бью, воспитание не позволяет, но ты прям выпросила!

Когда чёрное нечто, ранее обездвижившее Луизу-Антуанетту, заговорило, она впечатлилась, кажется, даже больше, чем моим угрозам.

— А ты думала, он только вам всякие интересности поставляет? — хмыкнул Гемос, создавая себе огромную зубастую пасть с белёсыми глазницами и длинным гибким языком, убравшим непослушный локон у агентессы с лица. — Поверь, вы не захотите познакомиться даже с малой толикой его возможностей. Ты сама убьёшь своего дружка и даже не будешь в курсе этого.

Луиза-Антуанетта старательно смотрела мне в глаза, игнорируя оскалившуюся пасть у своего лица.

«Готова к конструктиву», — выдала свой вердикт Ольга, но я и так уже видел, что бывшая маркиза настроилась на рабочий диалог, однако же перестраховаться не мешало.

— Гемос, капсулу и артефакты долой с бывшей маркизы, — отдал я приказ голосом, чтобы слышала и она. — А то вдруг она решит гордо пожертвовать собой, хотя ранее за ней самоубийственных наклонностей не наблюдалось.

Симбионт принялся разоружать агентессу французского президента.

На зубе она отчаянно пыталась мотать головой и не даваться.

— Гемос, стой!

Я просмотрел память крови конкретно об установке капсулы и не нашёл там ничего, что могло бы навредить маркизе. Хоть и ставили сие творение отравителей без согласия Луизы-Антуанетты.

«Она боится, что без капсулы её посчитают перевербованным агентом», — перевела возмущения маркизы на понятный язык Ольга, выступая отличным переводчиком с женского на человеческий.

— Вернём мы вам потом эту капсулу обратно, невеста моя и вживит. Так что вернём в целости и в сохранности, если сумеем договориться, — успокоил я француженку, которая после моих слов замерла и будто бы даже открыла рот пошире.