"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Мельницкая Василиса - Страница 1637

Божественная полукошка воспрянула духом и продолжила:

— Я клянусь адамантием, что не была организатором нападения на род Эсфес. Я всего лишь потребовала от драконов наказать самозванца из их племени, посмевшего нарушить древнее уложение о разграничении сфер влияния.

Солнечная Нэко, а вместе с ней Кречет и Красный Дракон затаили дыхание, ожидая, пронесёт или не пронесёт хитрую богиню. Не пронесло.

Это было красиво. Нэко, как стояла возле Кречета, так и начала стремительно терять краски и уменьшаться в размерах. С кожи её облетали микроскопические серебристые частички, свиваясь в пылевой смерч напротив хитрозадой богини, надеявшейся обмануть всех и загрести жар чужими руками.

В глазах Нэко плескался первобытный ужас. Она пыталась руками ловить утекающий сквозь пальцы адамантий, но тот безразлично ускользал, формируя напротив богини её точную копию из божественного метала.

— Нет! Нет! Нет! Я не хотела так! Я приношу свои извинения. Меня дезинформировали. Я больше так не буду! Вернись!

Момент, когда богиню покинул весь адамантий, почувствовали все. Солнечная Нэко потускнела и скукожилась, будто стала тенью себя прежней. Она стояла на коленях и тянула руки с своему адамантиевому двойнику, но тот безучастно взирал на её стенания.

«Это твоя работа? — осторожно уточнил я у своего внутреннего подселенца. — Тут, кажется, весь объём вышел, а мы думали ей одну пятую часть оставить».

«Нет. Я вообще ещё не вмешивался. Обдумывал лазейку с клятвами, чтобы легально передавать запасы друг другу!»

Тем временем на наших глазах адамантиевая копия богини полукошки распалась на два вихря, в одном вращалось примерно две трети, а в другом — треть. Меньший смерч впитался обратно в Солнечную Нэко, частично восстановив ей сияние и размеры тела. Второй же смерч отправился ко мне и за секунду слился с драконьей чешуёй, придав ей серебристое сияние на некоторое время.

«А-а-а почему так мало?..» — хотел было заикнуться я, но вовремя заткнулся. И так чужого добра неожиданно перепало, чтобы ещё и жаловаться.

«Колония адамантия внутри богини оказалась относительно разумна и самостоятельна. Мы не стали препятствовать и дали возможность им самим определить степень вины своей носительницы. Таково было их решение. Они вернули объём, равный адамантию в душе Йордана и в кольчуге жены, потраченный на защиту от атаки драконидов».

Интересно, и как я должен был сейчас это объяснить? Хотя… Я им не нанимался просветительством заниматься. Пусть думают, что хотят.

— Помни этот момент, богиня, — с издёвкой прогрохотал я над полукошкой, — и в следующий раз думай, кого пытаешься обмануть! Это тебе, чтобы остальные «братья и сёстры» не порвали на части, как голодные псы кость.

Похоже, проняло не только Нэко, но и остальных.

— Я всё ещё жду клятвы о не причинении вреда и невмешательстве в мои дела.

Солнечная Нэко, раздавленная потерей основы своего могущества на глазах у всего пантеона, не стала перечить, послушно повторив клятву за своим врагом.

— Не скажу, что приятно было познакомиться, но надеюсь, что впредь удастся избежать подобных недоразумений, — я окинул взглядом богов, притихших на ярусах божественного амфитеатра. — Ещё раз для всех повторю, меня не интересуют ваши ареалы кормёжки. Мне этот вид энергии неинтересен. Меня не интересуют ваши местечковые дрязги, но если кто-то решит покуситься на моё, то получит адекватный ответ.

Заседание малого совета завершилось. Богам пантеона было что обсуждать и кому перемывать кости ещё на ближайшую декаду. Сперва сверхскоростное обожествление последователя Мангуста, затем смена покровительства родом Инари и вот знакомство с Высшим. Зверюга, явно крупнее большинства из присутствующих, не просто обличила в развязывании войны Солнечную Нэко и фракцию драконидов, но на глазах у всех наказала зарвавшуюся богиню, неудачно спланировавшую очередную интригу.

Большинство приняло произошедшее с Нэко близко к сердцу. Все боги были не без греха. За тысячелетия своей жизни они спланировали и осуществили множество интриг. Но лишать за это честно накопленного адамантия было перебором! В большинстве своём Нэко симпатизировали ещё и из страха. Свои хитрецы были давно известны, а залётная сила, вдруг столь ярко вспыхнувшая в пантеоне и показавшая непримиримость к местным специфическим способам борьбы, пугала до дрожи.

Алый Змей, Красный Дракон и Кречет также не избежали этой участи. Сильнейшие боги в своих фракциях собрались отдельно и принялись обсуждать увиденное.

— Силы… Что-то связанное с перемещением в пространстве, — предположил Кречет, вспоминая, как Эсфес изящно решил порталом простенькую задачку появления перед высоким собранием. — Управления адамантием я не заметил, может, у кого-то от страха глаза велики?

— Хочешь сказать, я сам ему адамантий свой подарил? — прорычал Красный Дракон, выпустив струи дыма из ноздрей.

— Нет, не думаю, — покачал головой покровитель императорской семьи, — скорее, склоняюсь к наличию у Высшего некоего артефакта, обладающего ограниченной волей. И уже сам артефакт определил меру твоей вины и вины нашей шерстяной интриганки. Если Эсфес хотел получить четыре пятых, то артефакт одобрил виру в размере лишь двух третьих. Тебе, Красный, и вовсе повезло, что только половиной отделался. По такому принципу ваши с Нэко наказания примерно одного уровня ответственности. Не максимальны, чтобы не разжечь войну, но и не малы, дабы не показать слабость.

Кречет взмахнул крылом, и на зелёной травке у подножья горы возник круглый стол с закусками и напитками. Обсуждение вести стало гораздо комфортней, прикладываясь к энергетически насыщенным напиткам и алхимии и заедая всё изысканными редчайшими фруктами.

Алый Змей слушал Кречета и в чём-то соглашался с его выводами, а в чём-то нет. Наибольшее сомнение у Тайпана вызывало предположение Кречета, что к ним на огонёк заглянул никак не Высший, а бог из другой песочницы с неким артефактом. Алый видел Высшего в деле, успевал анализировать его тактику и скорее склонялся к мнению, что их песочницу в очередной раз решили использовать для неких подковёрных игр в высших сферах.

— Я скорее поверю, что он у нас на время прячется, пока там, — Тайпан неопределённо махнул головой, — идёт передел власти. Создание местного рода — качественная маскировка, чтобы его не отличили от местных. А Высшего искать по песочницам будут в последнюю очередь.

Кречет кивнул, давая понять, что теория вполне рабочая и принята к сведению, сам же спросил о другом:

— Что думаете об Инари?

— А что тут думать? Она вполне могла продать род за адамантий, характер подходящий, постоянно находящийся в поиске лёгких путей, — пожал плечами Красный Дракон. — И думаю, что он не убивал. Нас же не убил и даже Нэко пальцем не тронул. Война ему ни к чему, вот и старается не привлекать внимания, отгораживаясь от чужих подвигов. Кстати… Проблема с экспансией паразитной магией не решилась.

— Знаю, — подхватил разговор Кречет разочарованно, — было бы идеально, если бы виноват был он, а так выходит, что есть ещё некая иная сила, точащая на нас зубы. Вы, кстати, заметили, откуда он появился?

— Открылся переход из песков пустыни, — ответил Тайпан, встречающий Эсфеса вместе с Комаро, но слабый бог комаров не был допущен к обсуждениям такого уровня.

— Вот и человеческая разведка провалилась в пустыне, — пробормотал Кречет себе под клюв, но был услышан.

— Мало ли пустынь в мирах, — возразил Красный Дракон. — Ты сам говорил, что первый прорыв был из горной местности. Закономерности пока не вижу.

— Верно, — пришлось согласиться Кречету. Он в ипостаси большой хищной птицы расхаживал из стороны в сторону, размышляя. — Придётся отправить следить за ним кого-то из мелких. Мы не можем себе позволить оставить его в покое. Кто-то из наших попытался уловить след открытия последнего портала Эсфеса?

— Пытались, — кивнул Тайпан, — но говорят, что конечная точка смазана. Повторить не смогут. Будто что-то мешает.