"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Мельницкая Василиса - Страница 1600

В гербовнике Джованни отыскал информацию про исконные земли и родовитость Комариных. Разглядывая на карте местонахождения вотчины графа, Джованни удивился. А ведь Пьемонт и ненамного больше будет этих вотчин. Но только Пьемонт населяло больше четырёх десятков семей, а болотами и лесами Комарины владели единолично.

«Кто же ты такой, граф Комарин? — задавался вопросом Джованни. — Роду всего три сотни лет, а уже и титул, и земли, и собственный дирижабль!»

Последнее было безумно дорогой игрушкой, особенно такой, какой был у Комарина. Об этом, кстати, Джованни тоже нашёл заметку в газете, где говорилось, что графу дирижабль достался в благодарность за предотвращение переворота в Японской империи.

Магу пришлось дважды перечитать заметку.

«Если жизнь графа оценили в пять миллионов, могли ли жизнь императора или его наследника оценить в шестьдесят-семьдесят миллионов?» — задумался Джованни. По всему выходило, что примерно так они и стоили.

И ведь граф, как верный подданый, предал аппарат на баланс Министерства обороны.

«Идиот, что ли? — в сердцах воскликнул маг, но тут же вспомнил, что Комарин — военный и не раз закрывал прорывы изнанки. Пришло осознание, что такую игрушку прикарманить графу попросту не дала императорская семья. — Вероятно, не оставили выбора. Хотя… Дирижабль ведь по итогу закрепили за его родом, и возит он его по личным делам за границу. Так что не такой уж и идиот. Нашёл, как выкрутиться».

Интересовался маг смерти и рангом силы противника. Информация разнилась и точных данных найти не удалось. Разбег же между четвёртым и седьмым уровнями был слишком велик. Да ещё и специализация мутная какая-то. Комарины, судя по фамилии, должны были иметь схожие возможности с Занзара, но указывалось, что граф — печатник, научившийся собственной кровью закрывать прорывы изнанки.

«А ведь неплохая способность. Здесь императорская семья пошла по пути приручения магов крови, а не их уничтожения. Вон, и к службе пристроили, и земель дали. Только, видимо, проблемных, чтоб уж или сдохли на службе родине, или вычистили гнилое место. Что ж, посетим графа с визитом. Надо бы посмотреть, как его охраняют».

Империя Сашари

Попытка номер два. В этот раз я решил появиться перед племенными братьями не в человеческом облике, а в змеином. К тому же животный облик имел гораздо большие шансы на произведение нужного эффекта.

Совет стараниями Тайпаны проходил не в пещере под землёй, где её когда-то хотели сделать наложницей, а на поверхности в пределах одного из безопасных оазисов. Таковых по Великой Пустыне было разбросано великое множество. Основной закон песков же гласил: «У воды пустынники забывают о своих распрях».

Символично. Посмотрим, сработает ли он и сейчас.

Рядом с небольшим пресноводным озерцом, окружённым пальмами и невысокими колючими кустами, был разбит алый с золотой росписью шатёр, где сейчас восседало практически полсотни человек. Их я слышал благодаря току крови и биению сердец. Чуть в стороне на расстоянии ста метров располагались маленькие тканевые палатки воинов сопровождения. Путешествовать по пустыне малыми группами — идиотизм, а племенными братьями идиоты не становились.

Я смотрел на совет племенных братьев глазами Тайпаны. Та умело вела разговор, возвращая всех к преданиям старины глубокой и легенде о возрождении Великих Змеев. Первым шагом предсказания было прекращение прорывов изнанки.

— Два десятка лет мы жили в мире, в наш мир перестали просачиваться враги, и даже равнинники и горцы перестали разбойничать на границе с пустыней, — степенно вещал лже-Рахус в лице Тайпаны.

— Всё твоими стараниями и деяниями, — склоняли головы в знак уважения племенные братья.

— Я не зря пропадал годами в сердце пустыни. Мне было откровение. Возвращение Великих уже началось.

Племенные братья зашумели, послышались выкрики недоверия. Их, кстати, стало меньше, чем я помнил.

«Я укрупнила самые мелкие племена, объединив исподволь через браки и всё такое», — тут же отреагировала на мои размышления Тайпана.

«Похоже, сводничество — исключительно женское искусство».

«Вопрос практичности, чем меньше глоток, тем легче их на что-то убедить».

«С твоими-то способностями?»

«Ты сам говорил, что нужно учиться договариваться и не недооценивать соперников и союзников. Я запомнила».

Тем временем шум и гвалт спали, и один из братьев задал закономерны вопрос:

— Если они вернулись, то почему же тогда не пришли к своим детям?

— А кто вам сказал, что они не пришли? — поддела на крючок любопытства совет Тайпана. — Братья, прошу всех выйти из шатра и познакомиться с Трайорданом Эсфесом, главой дома Эсфес.

Пустынники один за другим вставали со своих мест и выходили из шатра. Тайпана шла последней.

Братья озирались во все стороны, пытались всматриваться в синюю высь неба, но тщетно. Когда напряжение достигло своего пика, я открыл портал рядом с озером и вылетел через него в драконьем облике.

Впечатление я произвёл соответствующее. Одно дело, когда они только слышали о сказаниях древности и Великих Змеях, и совсем другое — видеть их вживую. Переговорный шатёр доходил мне едва до колена и был по площади меньше моего крыла.

— Нам ***, — высказался один из племенных братьев, здраво оценив перспективу сопротивления в случае несогласия с основной политикой поведения, то есть с моей.

— Приветствую братьев Великой Пустыни, носителей нашей крови и хранителей традиций! — пророкотал я громогласно, отчего головы некоторых братьев вжались в шеи. — Эра ваших скитаний прошла. Пришёл черед новой эры, эры возрождения! Великие Змеи вернулись и вновь превратят империю Сашари в цветущий оазис! Но для этого нужно устранить раскол. Раскол ткани миров мы уничтожили, уже два десятка лет вас не беспокоят прорывы иномирных тварей. Теперь же нужно устранить раскол крови и магии.

— О чём идёт речь? — уточнил ещё один из племенных братьев, один из старейших оставшихся в живых, если мне не изменяла память.

— В ваших жилах течёт кровь аспидов, тогда как в душах равнинников и горцев живёт наша магия. Их нужно объединить.

— Объединиться с этими? Ни за что! — выкрикнули из толпы. — Они веками крали наших женщин, угоняли детей, убивали стариков!

— Вы объединитесь! — с нажимом повторил я. — Впереди десятилетия изменений. Вы перестанете кочевать, каждое племя осядет на определённых землях, где мы поможем возвести города, леса, сады и поля. Вы станете аристократами новой империи Сашари, равными в правах с равнинниками и горцами. Мы построим дороги, возобновим торговлю между двумя регионами империи. Уже сейчас на границе Пустыни и долин строится единая Академия магии для одарённых жителей империи. И это лишь начало.

Я рассказывал вполне очевидные вещи, необходимые для выживания, но со стороны это выглядело пустыми обещаниями политика, желающего добиться власти любым путём.

— А если мы не захотим менять привычный уклад? Если не захотим идти под руку равнинников или горцев? — вопрос задали из задних рядов, не прячась, а глядя мне в глаза. Пришлось пояснить.

— Вы пойдёте не под их руку, а под моё крыло, — покачал я головой, — как и они. И именно я буду обеспечивать мир между вами и развитие. Но я же и буду карать за нарушение мира. Слишком долго на землях империи лилась кровь. Для наиболее непонятливых повторю, как раньше уже не будет. В будущее мы пойдём с вами или без вас.

— Не захотим мы встать во главе своих племён, найдутся другие желающие, — Тайпана произнесла то, что все остальные не решались. — И чтобы не было недопониманий, я от имени крови Найадов первым признаю притязания на власть Трайордана Эсфеса на основании права силы и права крови! И готов вместе с племенем осесть на землях, избранных императором Сашари.

Пример лже-Рахуса возымел действие, но не столь ошеломительное, как хотелось бы. Племенные братья с осторожностью отнеслись к моей насильственной инициативе, которая с виду имела черты пряника. А по факту загоняла их вольницу под хороший такой кнут. Колебания были заметны в их взглядах. Тогда я решил окончательно сломить картину их старого мира.