"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Мельницкая Василиса - Страница 1575

В целом я был с ним согласен. Репутация рода не продавалась и не покупалась, она нарабатывалась веками, а то и тысячелетиями.

— Почему же вы не сообщили об этом обстоятельстве, когда приглашали нас в гости? — задал я вполне резонный вопрос, раздумывая про себя как быть. Можно было заказать бочки и из скального дуба на первое время, но предки ведь не зря с ним не работали. Не нами заведено, не нам и отменять.

— Во-первых, потому что все производители, кто хоть чуть-чуть разбирается в специфике виноделия, в теме, а, во-вторых, вы и сами не обозначали сроков поставки.

Что правда, то правда. Я даже не мог представить, что бочки изготавливаются под каждый конкретный заказ.

«Я тут кое-что нашла. Нужна твоя помощь», — отвлекла меня от раздумий Ольга.

«Меня там ничем не обольют и факелом не подожгут?» — осторожно уточнил я насчет опасности нахождения рядом с супругой Жерома.

Нашему приглашению предшествовал феерический семейный скандал. Магичка природы костьми хотела лечь, но не пустить нас на свои земли, ведь я, по её мнению, «тёмная тварь, которая окончательно добьёт её и дубраву».

Сам же глава семьи готов был на что угодно, пытаясь отыскать выход из бедственного положения, готового вот-вот превратиться в катастрофу. Правда, будучи столь решительным до нашего приезда, он так и не удосужился напрямую попросить помощи сейчас.

«Я её уведу пока в дендрарий, а ты попроси Жерома провести тебя к дубу, посаженному в честь визита Лилиана Гиббона. Присмотрись к нему».

«Договорились, — не стал я спорить с эмпаткой, — а что конкретно тебя смущает?»

«Только не смейся. У меня либо паранойя, либо это дерево имеет на мой счет вполне себе явные эротические фантазии».

Я титаническим усилием удержал серьёзное выражение лица и продолжил разговор с хозяином дубравы:

— Жером, а при каких условиях должна храниться древесина? Температура, влажность, возможно, ещё что-то?

— Граф, вы думаете мои предки не пробовали упростить технологию? — со снисходительной улыбкой отвечал Жером на мои вопросы. — Нет, если вы умеете управлять временем…

— Нет, такой способности у меня нет, — пришлось расписаться в бессилии. — Но, возможно, у вас есть готовые бочки или что-то я смогу перекупить у кого-то из ваших прошлогодних заказчиков?

— Готовых нет. Мы не убиваем деревья впрок. Пять десятков ждут отправки к князю дель Ува в Пьемонт. Если сможете убедить его…

М-да, с дель Ува после всего произошедшего связываться не хотелось, поэтому я решил следующее:

— В любом случае я оставлю аванс на поставку в следующем году, ну а вас, если не затруднит, попрошу всё же показать свою дубраву. Не просто же так вы решились допустить нас в святая святых.

Мы шли сквозь ровные ряды деревьев по аккуратным дорожкам. По сравнению с всё ещё холодной Скандинавией, юго-запад Франции радовал непривычным тёплом. Воздух был по-весеннему свеж и чист, а погода радовала ласковыми солнечными лучами.

Жером рассказывал о местном укладе жизни, а я же почему-то вспомнил дубовые амулеты, выданные мне ещё во время противостояния с Олегом Крысиным.

— А вы не думали заняться изготовлением защитных амулетов против магии смерти?

Мой вопрос выбил собеседника из колеи. Я вкратце рассказал историю из собственного противостояния с магом смерти.

— В любом случае у вас должны оставаться остатки древесины, так почему бы не попробовать? Скооперируетесь с кем-то из магов жизни и будете иметь небольшую прибыль не только от бочек.

— Не думаю, что в таком случае нас обойдёт внимание президента, — тяжело вздохнул хозяин дубравы, — мы и так обошлись малой кровью за занятый нейтралитет во время революции. Владение же подобными амулетами станет прерогативой силовых ведомств, а где военные, там и принудительные планы поставок с огромными штрафами за просрочку. Выпиливать же всю дубраву по прихоти президента я не буду. Потому в нашем случае спокойствие стоит гораздо дороже утраченной выгоды.

Я не стал спорить. Не все стремились вращаться в сфере интересов больших денег и высокой политики. Я уважал и такой жизненный подход, тем более сам старался его придерживаться. Вот только нихера у меня не выходило.

Мы беседовали, когда я ощутил на себе голодный взгляд. Стараясь не подать виду, я осмотрелся, чтобы определить направление опасности. Вот только в нужном векторе условно живых существ не было. Лишь деревья, сотни и тысячи деревьев. Дар крови подсказывал, что на ближайший квадратный километр нет ни одного носителя крови, кроме нас с Жеромом. Но кто-то же облизывался на меня, причём делал это ни капли не скрываясь.

Определившись с направлением, я решил идти напрямик, игнорируя дорожки. Жером, заметив моё сосредоточенное выражение лица, умолк и шёл следом.

Спустя метров сто я остановился у чахлого дерева высотой в три человеческих роста. Оно было гораздо моложе остальных и росло на пересечении нескольких лесных дорожек. Казалось бы, дерево как дерево, но на энергетическом уровне оно выдавало себя с головой, напоминая мне Гемоса в самом начале наших с ним отношений. Такая же вечно голодная и неразумная форма жизни. Вот только Гемос пожирал людей, а это, кажется, умудрилось за пятнадцать лет присосаться не только к деревьям, но ещё и к родовому источнику Шен дю Лимузенов.

Я задумчиво прочитал вкопанную тут же мемориальную табличку:

«Этот дуб был посажен в ознаменование визита Его Превосходительства I Президента Французской Республики Лилиана Гиббона».

Дальше шла дата как раз пятнадцатилетней давности.

— И как давно у вас памятные дубы сажать стало принято?

— Да как Президент принял управление страной, так и основал новую традицию, — пожал плечами Жером. — Везде, где бывает, оставляет о себе память.

Я присвистнул, представив скольким родам он уже успел подгадить. Вот только мне была непонятна конечная цель. Извести врагов революции? Отомстить не примкнувшим?

— И как? Сразу прижился?

— Нет, первые пять лет пришлось постоянно магией подпитывать. Их же два саженца было, один здесь посадили, а второй — в дендрарии в честь основания. Там тоже пришлось повозиться. Если бы не постоянные проверки президентского лесничего, то и не мучались бы, а так он сюда все пять лет строительства дендрария приезжал, каждые шесть месяцев проверяя состояние подарка президента.

В голове со звучным щелчком встали на место детали головоломки.

Два существа — это всё равно что двойня, магически существующая и развивающаяся в паре, уравновешивающая друг друга. Если первое существо постоянно голодное и жрёт из источника, то должно жрать за двоих. Но тогда второе должно аккумулировать энергию.

«Оль, ищи близнеца дуба Гиббона в дендрарии. Они работают в паре, один пожирает энергию, второй должен накапливать», — поделился я с эмпаткой собственными догадками.

«Нашла! — пришёл осторожный ответ. — А они точно близнецы? Этот раза в два, а то и в три больше первого задохлика».

«На месте узнаем».

— И что прям всем такая честь выпала, что сразу два подарка, или вы особенные? — выпытывал я информацию из Жерома, пытаясь разобраться. Мало найти заказчика и исполнителя, нужно ещё понять причину.

— Чего не знаю, того не знаю. По сути, нам же тоже один достался, второй в президентском дендрарии растёт, — неохотно отвечал на мои вопросы хозяин дубравы, всё ещё не понимая, к чему я клоню. — К чему эти вопросы?

— Давайте ещё посмотрим второй подарок в дендрарии, и я вам всё объясню. Обещаю.

Путь в дендрарий занял полчаса, которые мы провели в молчании. Я без доказательств не собирался голословно обвинять правителя чужой страны, а Жером хранил молчание по каким-то своим причинам.

Мы обошлись без видимости экскурсии и сразу направились в центр ландшафтного парка, где на пересечении дорожек рос воистину исполинский дуб. Ствол его едва ли смогли бы обхватить двое взрослых мужчин. Если бы мне кто-то сказал, что этому дереву пятнадцать лет, я бы не поверил и решил, что это шутка.