"Фантастика 2025-91". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Мельницкая Василиса - Страница 1247

Хитрые сукины дети! Вот тебе бог дорогой кровавые жертвы, а то, что в этой крови случайно утопилась надежда всего рода, так это чистая случайность.

Я наблюдал, как жизненные силы перетекали из мучителей в девочку, справедливо выполняя древний закон: «Око за око, зуб за зуб». Когда на лучах пентаграммы остались лежать бездыханные тела, кровавые лепестки сложились в бутон, скрывая альбиноску от наших взглядов, а спустя мгновение осыпались пылью, являя очнувшуюся юную особу с кроваво-красными глазами.

Она, словно затравленный зверёк, оглянулась по сторонам, увидев опустевшие крестовины и кровавую пентаграмму со своими убийцами на концах лучей, а затем на чистейшем русском произнесла:

— Я, княжна Аста Исбьерн, прошу взять меня под защиту и клянусь быть верной сестрой, защитником и боевым товарищем моего спасителя. Я призываю в свидетели клятвы тотем рода Исбьерн.

За спиной девушки проявился Белый Медведь, стоящий на задних лапах.

«Комаро, оно нам надо?» — спросил я у покровителя, представляя размер проблем за этим последующих.

«Надо. Что-то назревает у нас наверху. И в этой ситуации лучше иметь как можно больше лояльных богов в коалиции».

Мне ничего не оставалось, кроме как сменить ипостась на человеческую и ответить:

— Я, граф Михаил Комарин, принимаю под защиту княжну Асту Исбьерн и клянусь быть верным братом, защитником и боевым товарищем своей подопечной. Я призываю в свидетели тотем рода Комариных и Великую Кровь.

Я резанул ладонь, выпуская кровь, и подождал пока Аста сделает тоже самое. Девочка подобрала кусок камня поострей и последовала моему примеру. Наши ладони соприкоснулись, кровь смешалась, и раны тут же затянулись. Боги признали истинность клятвы.

Домой мы возвращались, основательно убравшись за собой. Я не стал оставлять живописную картину с пятью трупами на долгую память рюгенцам, поэтому тела отправились на дно Балтики. Весной найдут, если рыбки не съедят.

Сейчас меня больше интересовало, как так вышло, что группа попала в засаду, и куда девать белобрысое и красноглазое приобретение с адамантовым перстнем главы рода на пальце. Нормальная такая княжна с символом верховной власти в роду.

Возвращались мы порталом обратно Хмарёво, потому как коек лазарета в столичном особняке банально не хватило бы на группу Маркуса.

На входе нас уже ждали. Передав пациентов на руки Живе, Света покачнулась от слабости и чуть не рухнула тут же на плацу.

— Света, твою мать! Что? — кинулся я к невесте.

— Сил… много… потратила, — с запинками ответа лекарка.

Я выругался и всунул ей в ладонь макр для подзарядки. Она попыталась было вяло отбрыкаться, но все же потянулась за энергией. Заметив, что щёки её заалели, я с силой расцепил ей пальцы, отнимая макр. Для многих подзарядки подобного рода становились зависимостью, и я не хотел, чтобы Светлана пополнила их ряды.

— Сейчас марш в душ и спать, — чмокнул невесту в нос и уже более тихо добавил, — я скоро приду. Только решу пару вопросов.

— Знаю я тебя, — прикрывая ладошкой рот и зевая, ответила лекарка, — но сейчас и правда нуждаюсь в отдыхе. Не забудьте меня здесь, — пошутила она, — что я зря на коронацию собиралась.

— В столицу возвращаемся завтра утром, — громко произнёс я для всех, и продублировал информацию по кровной связи.

Асту на своё попечение забрала Кирана. Девочке банально нужно было отмыться от крови и снять кандалы. Я же отправился в кабинет. Мне нужно было подумать.

Мои раздумья прервал едва слышный не то стук, не то скребок в дверь. Вслед за этим дверь отворилась, и в кабинет нерешительно вошёл оракул. Каждый его шаг описывал полукруг в попытке избежать столкновения с невидимыми препятствиями.

Я устало потёр переносицу. Что привело ребёнка ко мне, я даже не догадывался, а с учётом моего полного отсутствия знаний в японском, наше общение было максимально затрудненно.

Я хотел было позвать толмача по кровной связи, но мальчик выставил перед собой ладошку и с акцентом произнёс:

— Не звать. Я показать.

«Похоже, пора и себе лингвистику прокачивать. Может есть какой-то способ через менталистов и ментаторов это сделать? Хотя, на мне столько клятв, что наверно так это не сработает и придётся по старинке».

Пока я размышлял, Атараши обошёл стол своей танцующей походкой и протянул две ладошки вверх к моему лицу. Пришлось чуть склониться, чтобы его ручки оказались поверх моих висков. И он показал.

Я стоял на коленях в своём прошлом мире возле башни, где хранилась моя личная библиотека крови. Вокруг лежали изломанные тела в некогда белоснежных мантиях святош. За моей спиной трубили горны и отбивали бешенный ритм боевые барабаны. Рёв тысяч глоток заглушал свист дождя из стрел, а я почему-то не мог заставить себя поднять взгляд от земли, пропитанной кровью. Мир окрасился в алые тона, в душе поднимало голову странное чувство. Не ненависть, не злость. Нет. Безразличие ко всему. Святоши дрогнули, и по мою душу пришли инквизиторы.

Вот только мне уже было всё равно кто мои противники. Я чувствовал себя выжженной пустыней, не имеющей права даже на самый мелкий дождь. Грудь сдавливал спазм боли, будто откуда-то изнутри выдирали штопором росток чего-то доброго и светлого, что поселился внутри, а сейчас погибал в агонии.

Стоило сделать всего лишь шаг, и я оказался бы дома, добрался до образцов крови этих тварей и уничтожил их. Я же так хотел этого. Освободить свой мир. Вернуть силу. Жить.

Всего лишь шаг. Бесконечный шаг, ценой которого стала миниатюрная женская фигурка с платиновыми волосами, распятая на входе в башню.

Видение оборвалось, так и не дав ответа на самый главный вопрос: «Кто?»

Агафья? Светлана? Аста?"

С учётом наличия кровной связи с каждой из девушек ощущения, испытанные в видении, были вероятны в каждом варианте. Вот только как любая из них могла оказаться в его мире? И зачем? Вопросов было больше, чем ответов.

— Это точно будет? — смог задать я вопрос, когда детские ладошки освободили мои виски. Во рту до сих пор стоял привкус крови, будто я только что вернулся с поля боя.

— Душа родиться заново в тот мир. Ты помогать ей!

— Чья? — я пытался получить хоть немного больше конкретики.

— Душа быть чистой. Забыть. Или смерть. Ты понять. Не опоздать.

Оракул ушёл так же тихо, как и пришёл, оставив меня наедине с очередной загадкой. Боги, когда же моя жизнь перестанет напоминать бесконечную шараду?

Глава 20

На этом неожиданности не закончились. Чуть позже ко мне зашла сестра. Она была серьёзна и задумчива, не спешив начать явно непростой разговор. Я не торопил её, ожидая пока та соберется с мыслями.

— Ты собираешься жениться на Асте?

— Боги с тобой, она — дитя! Ей на вид лет одиннадцать-двенадцать! — возмутился я. — Что ж мне все штат жён хотят увеличить! С такими темпами у меня гарем будет не меньше, чем у Гепардеви.

— А это кто такой? — заинтересовалась сестра новой фамилией, поудобней усаживаясь в кресло и поджимая под себя ноги.

— Как-нибудь познакомлю. Шехзаде Абдул-Азиз Гепардеви, второй принц Ирана и Аравии и первый клинок страны, сволочь редкостная, но с понятиями чести в голове, — дал я краткую характеристику старому знакомцу. — Было дело, я ему в Дербенте жизнь спас.

— Ты так интересно некоторых описываешь, что я даже не знаю, хочу ли с ним знакомиться или нет, — покачала головой сестра, — но вернёмся к текущей ситуации. Аста уверена, что с появлением первой крови станет твоей женой.

— А я уверен, что вокруг меня какой-то женский дурдом. Я вас всех, конечно, люблю и уважаю, но от вашего образа мышления у меня уже мозг плавится, — я встал и прошёлся к бару, выбрав из напитков вино. Хотелось крови, но я рассудил, что утолять голод кровью лучше в критических ситуациях, а в будни и вино сойдёт. — Давай по порядку. Вижу, ты с ней пообщалась. Рассказывай, кого мы спасли?