Инквизицию вызывали? Подработка для ведьмы (СИ) - Милеш Лидия - Страница 34

— А теперь слушай меня, — произнесла она, глядя прямо в глаза. — Я — будущий инквизитор. На меня напала ведьма, когда я выполняла свою работу. И что бы ты там себе ни придумала, мне не интересен Демиан ни как мужчина, ни как друг, даже как напарник он мне безразличен. Но если тебе так интересно, как прошло мое знакомство с его родственниками, то могу сказать только одно: бабуля уже давно списала тебя в утиль.

Лицо Анет покраснело, кулаки сжались, и казалось, что сейчас она либо набросится на соперницу, либо сама упадет с сердечным приступом.

— Это не конец, — прошипела она. — Это не конец!

— А я бы на твоем месте закончила, — ответила Лив и направилась к двери.

Решение по ее делу еще не приняли, а значит, еще есть возможность побороться. В конце концов, когда тебя окружают одни враги, начинаешь по-другому смотреть на любые правила и условности. Еще в поезде она не готова была встретиться с Демианом так скоро. И он, вероятнее всего, тоже. Но что ей терять кроме доброго имени? Тем более, что даже это имя не ее. Так что теперь осталось только найти кабинет Демиана.

Лив шла вверх по лестнице и чувствовала, как все внутри нее сжимается, словно перед ударом. Она боялась, что инквизитор не станет ее слушать, опасалась, что после утренних выступлений Анет, ее просто вышвырнут из управления, желая вернуть былое спокойствие. Но было еще одно, что не давало ей покоя и о чем она клялась не думать — совершенно неуместные воспоминания о счастливом спасении, одно конкретное воспоминание — тот самый поцелуй. Он не выходил из головы всю дорогу от Сальмаира до управления и договориться с собой никак не получалось.

Самое отвратительное — ей понравилось!

Черт побери, да ей действительно понравилось все, что произошло! Понравилось стоять рядом с Демианом, чувствовать его близость и обволакивающее тепло. Понравилось, что впервые кому-то совершенно чужому было настолько важно ее состояние, что он бросил все дела и лично отпаивал ее лекарством несколько дней. Лив подумала, что Валероту и правда есть на что злиться. Она бы на его месте была бы очень зла.

«Все, хватит, — она снова попыталась найти компромисс с собственными эмоциями. — У него есть невеста, ради которой он и охотится за ведьмами и колдунами. Селин… Он и за мной бы охотился ради нее. Забыть! Забыть все как страшный сон! Выкинуть все из головы и не думать. У меня есть цель. Одна очень простая и понятная цель и какой-то там инквизитор не встанет у меня на пути».

С этими мыслями она постучала в нужную дверь.

— Это вы? — сказал Демиан, стоило только Лив войти.

— Нам нужно поговорить, — на одном дыхании выпалила она, мысленно шипя на собственный разум, который то и дело подсовывал картинку с поцелуем.

Да что с ней вообще происходит? Почему не может оторвать взгляд от черных глаз Демиана, почему сердце начинает так сильно биться, а внутри словно лава кипит?

— Согласен, — ответил инквизитор и встал, чтобы налить себе выпить. — Только начну этот разговор я. Не желаете присоединиться? — он протянул бокал.

— И дать вам еще один повод меня уволить? Нет, спасибо, я откажусь.

— Поверьте, у меня достаточно других причин. Считайте мое приглашение дружеским жестом. Но выбирать, конечно, только вам.

Лив демонстративно прошла к столику и сама налила себе полный стакан вина.

— Начинайте, – уверенно сказала она, одним махом опустошив половину, и приготовившись к чему угодно.

— Во-первых, мне действительно жаль, что все так получилось.

— Начало не слишком оригинальное, — хмыкнула Лив.

— Я не буду оскорблять тебя словами, что все это случайность. Пусть вся моя семья и считает иначе, но я способен брать ответственность за свои поступки. И тот поцелуй случайностью не был, я действительно этого хотел. Когда ты умирала у меня на руках, — он приблизился. — Я думал, что не могу тебя потерять. Отдам все, но верну тебя в мир живых. И что самое неприятное, я готов был убить Торговца, если это хоть как-то поможет.

— Неприятное? — переспросила Лив. — Да, убить кого-то — это весьма неприятное обстоятельство, особенно, если оно ничем не может помочь. Но вы продолжайте.

— Не ерничай, — резко ответил Демиан. — Ты понимаешь, о чем я.

— Если честно, то нет.

— Отношения между инквизиторами недопустимы.

— Так и инквизиторы сплошь мужчины, так что логично.

— Это неважно. Мы не на отдыхе, здесь каждый неверный шаг может стоить жизни и поэтому у каждого есть своя роль. Помощник должен ПОМОГАТЬ. Я не должен переживать, где ты находишься, с кем разговариваешь и что делаешь. Тем более я не должен был бросать все, чем занимался столько лет, ради попытки вытащить тебя из царства мертвых.

— Я благодарна вам за это.

— Я бы удивился, будь иначе, — Демиан сурово посмотрел на нее. — В любом случае так быть не должно. У меня было пять помощников…

— Они все умерли?

— Закончили свою работу на королевской конюшне.

— Все равно что смерть, — кивнула Лив. — Но суть мне ясна, можете не продолжать. Вы хотите сказать, что ВАШИ чувства мешают МНЕ работать?

— Мои? — изумился инквизитор. — Насколько я помню, ты тем вечером с удовольствием ответила мне взаимностью. Послушай, у меня есть обязательства, а ты не тот человек, которому я хочу причинить боль. Между нами как работниками управления не может быть ничего серьезного и личного. Это понятно?

Лив посмотрела на стеллажи с книгами. Да столько книг про магию не было даже у Торговца, что уже говорить о ведьме из забытой всеми деревушки? Лично в ее распоряжении была только одна, но теперь ей отчаянно захотелось прочесть их все.

— Я понимаю, — улыбнулась Лив. — Господин Демиан, граф Сальмаир или как вас еще называть? Вы боитесь, что я одна из тех, кто будет бегать за вами, надоедая своей любовью и пытаясь навязать брак. Дело в том, что я этого совершенно не желаю.

— Я рад, — признался Демиан.

— Не желаю, но именно так и поступлю, — добавила Лив. — Да, графиня сообщила, что в любое время будет рада моему обществу и я непременно воспользуюсь ее приглашением. Я расскажу про нашу любовь, нет, даже не любовь, про нашу страсть, поглотившую с головой, заставившую меня встать на порог бесчестья и разврата. Я женюсь на вас, граф.

— Это я должен на вас жениться, — усмехнулся Демиан.

— Значит, вы женитесь на мне, граф. Только мне придется всем сказать, что ваша работа в управлении — это единственное, что не дает нам заключить брак. А еще представьте, как прекрасно будут выглядеть заголовки Хроник.

— Ты готова стать моей женой? — прищурился Демиан.

— Нет, но придется, — призналась Лив. — Если вы не вернете мне мою работу.

— Нам надо немного подождать — Демиан огляделся.

— Чего?

— Сейчас в добрых традициях из каких-нибудь кустов должен выскочить Колон и зафиксировать мое предложение руки и сердца. Без этого твой шантаж может провалиться.

— Я не шучу, — сурово сказала Лив. — Клянусь, если вы не позволите мне работать над нашим делом, то я мало того, что расскажу всем про ваш титул и ваши чувства ко мне, страстные ночи и не менее страстный вечер. Я еще и под венец вас затащу вместе с Валеротом и его новым мозгоправом, которого вы, кстати, ему и притащили.

— Значит, угрожаешь, — подошел вплотную Демиан.

Он был настолько близко, что сердце Лив невольно снова пустилось отстукивать бешеный ритм. И все стало еще хуже, когда он провел по ее волосам. С такой нежностью и заботой, что хотелось в один миг бросить все и кинуться в его объятия.

— Еще как, — сглотнула Лив, — а что мне терять?

— Так я ведь не мальчик, угроз не люблю и власть у меня есть. Думаешь, я пойду на поводу? Думаешь, что ты первая, кто попытался мне чем-то угрожать? Представляешь, чем все это может закончиться?

— Вы вернете мне мою работу, — Лив убрала его руку, хотя этого совершенно не хотелось. — Не потому что я вам угрожаю. И не потому что у нас был тот злосчастный поцелуй. Нет. Вы вернете мне работу, потому что это честно! Потому что я единственная из всех стажеров, кто смог увязать дела из тех папок. Потому что я, как вы сами говорили, единственная, кто смог вас удивить. Потому что это я нашла тот кристалл. Потому что это мой пес привел нас к тем кучерам, указавшим на волшебный квартал. И в конце концов, именно Валерот погнал на нас того самого торговца кристаллами, которого мы искали. Так что я — инквизитор!