Случайное наследство леди попаданки (СИ) - Белецкая Наталья - Страница 50

Она еще и баронесса. Всего лишь. Не то чтобы я зазналась от осознания того, что мой титул весомее, но оскорблять графиню, когда стоишь ниже по социальной лестнице, несколько опрометчиво.

Мужчина, что потребовал извинений, подошел к блондинке и строго на нее посмотрел. Знакомое лицо. Откуда я его знаю? Примерно лет сорок, ухожен, брюнет, на висках ранняя седина, но она его совсем не портит. Судя по количеству и качеству украшений, весьма богат. На переносице небольшой шрам, на щеке крупная родинка.

– Прошу прощения, графиня! Поверьте, я не со зла, – на удивление искренне произнесла баронесса. – Просто тут так жарко, и шампанское ударило мне в голову. Я не хотела вас оскорбить, что вы! Наоборот, хвалила! Извините меня, пожалуйста!

Блондинка состроила печально-просящее выражение на лице.

– Я не держу на вас зла, – со вздохом признала я, хотя понимала, что ее пьяные бредни еще выйдут мне боком.

– Ох, спасибо! Не обращайте внимания. Я вечно скажу что-то, а потом жалею. Простите, ради Создателя.

Баронесса, продолжая говорить, всплеснула руками и попыталась подойти ко мне ближе, то ли для того, чтобы обнять, то ли, чтобы продолжить разговор, но у нее на пути вырос тот мужчина, что потребовал извинений. Ловко оттеснив от меня навязчивую блондинку, он протянул мне руку, приглашая на танец.

Конечно, я тут же схватила его ладонь, и мы вместе влились в поток танцующих пар.

– Добрый вечер! Признаться, не ожидал вас тут встретить, леди дье Эвиль, – с мягкой улыбкой произнес незнакомец.

– Добрый вечер, почему же не ожидали?

Я решила не показывать, что не узнала мужчину.

– Последний раз мы виделись в парке Маракта. Не думал, что вы переехали в столицу.

В парке Маракта! Ну, конечно! Теперь я поняла, где его видела. Он один из потенциальных женихов, который хотел познакомиться поближе после того, как я отвоевала наследство. Как же его зовут? Точно помню, что не простолюдин, то есть приставка дье присутствует, а вот дальше… Калиб? Малиб?

Нет, не то. Но что-то похожее.

– Не расстраивайтесь из-за баронессы дье Зенталь, она перебрала и совсем не думает о том, что говорит, – умело ведя меня в танце, успокаивал мужчина.

– Как раз наоборот, она говорит ровно то, что думает. А другие молчат, но, полагаю, их мысли текут в том же направлении.

– О, нет! Я уверен, что после вашей отповеди даже те, кто рассуждал похожим образом, переменили мнение.

– Может быть, но в их глазах я все равно останусь скандальной особой. Еще и полгода не прошло со смерти моего мужа, а я занялась постановкой пьес – ведь это развлечение! – последнее слово я произнесла с сарказмом. – Кроме того, хожу на вечерние приемы и наверняка коллекционирую любовников. С графом дье Омри не получилось, но мне придумают еще кого-нибудь.

– Бросьте! Не стоит ориентироваться на слухи, которые распускают завистники. Положенный месяц траура выдержан, платье на вас в темных тонах, как положено. А еще вы пришли в сопровождении телохранителя из знатного, уважаемого рода, так что репутации ничего не грозит. Бредни о том, что работа режиссером якобы развлечение, не стоят даже упоминания. Любой неглупый человек понимает, насколько сложно в такой короткий срок сделать то, что сделали вы! Если немного задуматься, это вообще кажется невозможным.

– Что именно?

– То, что вы совершили, – с восторгом поведал мой собеседник. – Чуть более чем за месяц вы поставили успешную пьесу, создали удивительные декорации, набрали и убедили работать с вами талантливых актеров, сделали из зала встреч собственный ресторанчик, который оформили необычно и со вкусом. Я не удивлюсь, если в ближайшее время появится мода на такие прозрачные широкие столбы с иллюзиями внутри. Чтобы всего этого добиться, нужно серьезно работать.

Во время всей это прочувствованной речи, мужчина умудрялся еще и танцевать. Причем, даже не запыхался. Нельзя сказать, что танец был активный, но все же это интересный нюанс. Видимо, мой собеседник занимается каким-то спортом.

Надо признать, его слова меня успокоили и порадовали. Приятно, когда кто-то видит и ценит твои усилия.

– Спасибо за поддержку, – искренне поблагодарила я. – Хорошо бы и все остальные думали так же.

Этот Калеб, или как там его, смог исправить мое настроение.

– Я уверен, что так думают все, кто вообще способен думать, – хмыкнул собеседник. – О! Смотрите, хозяйка приема уже увела баронессу из зала. Готов спорить на свою шляпу, что в этот вечер дье Зенталь мы больше не увидим. Ей давно пора домой. Проспаться.

За разговором незаметно прошло два танца, а потом дье Кналиб – я, наконец, вспомнила род, к которому принадлежал мужчина – пригласил меня прогуляться в саду.

Найдя глазами Винсента, который кружил по залу какую-то невысокую девицу, я знаками показала, куда именно ухожу. Хоть он и являлся моим телохранителем, но неотрывно находиться при мне не мог, этикет не дозволял, поэтому Винс обычно был где-то поблизости. Его опыта и магического резерва хватало для того, чтобы поддерживать магический щит на мне на расстоянии. Однако далеко уходить не рекомендовалось.

– Тут, если идти дальше по тропинке, есть скамейка. Давайте там присядем, – предложил дье Кналиб, когда мы вышли из душного зала. – Я вам хотел кое-что показать.

Мы немного прошлись по дорожке, выложенной плоскими камнями. Справа и слева росли деревья, на которых висели маленькие тусклые фонарики, которые давали немного света и создавали атмосферу уединения. Приятный ветерок трепал юбку моего платья, пахло цветами. Пожалуй, пойти в сад было хорошей идеей.

Дье Кналиб довел меня до скамейки, над которой нависала широкая и высокая арка, оплетенная цветами. Отсюда хорошо просматривался выход из зала, будет видно, когда появится Винсент.

– Прекрасный сад, – заметил мой кавалер.

– Да, – признала я, – не отказалась бы посмотреть на него днем.

– Нет ничего проще. Приходите на утреннее чаепитие к леди дье Андинал. Она обязательно похвастается. Здесь есть две беседки, прудик с рыбками и даже небольшой водопадик.

– Если графиня пригласит, обязательно воспользуюсь советом. Так что вы хотели показать?

– Глядите.

Дье Кналиб протянул ко мне раскрытую ладонь, над которой вдруг появилась маленькая, примерно с воробья, желтенькая птичка с красной грудкой и хохолком. Оперение слегка светилось, поэтому красавицу было хорошо видно. Она чуть взмахнула крылышками, ища равновесие, попрыгала, а потом, повернувшись ко мне хвостиком, посмотрела через плечо, словно оценивая реакцию на свое появление.

– Так вы иллюзионист! – сообразила я.

– Не совсем, смотрите дальше.

Птичка еще прошлась по ладони мужчины, а затем взлетела. Оказалось, что за маленькой пернатой красавицей остается желтый светящийся след. И этот след сложился в довольно крупное сердечко, которое едва ли уместилось бы в ладонях. Потом птичка исполнила кульбит через голову и исчезла.

– Какая она забавная! – хихикнула я.

– Приятно видеть, когда вы так искренне улыбаетесь.

Я подняла глаза на дье Кналиба, и застыла. В желтом свете, который падал от посверкивающего сердца, мужчина превратился в красавца, в волшебного принца из сказки. Его глаза обрели какую-то особую глубину, легкая улыбка раздвинула губы, черные брови чуть приподнялись.

Пожалуй, в Голивуде за актера с такой внешностью режиссеры просто передрались бы. Такая харизма.

– Вы очень красивая, Ила, – прочувствованно сказал мужчина. Голос у него приятный, я сразу это заметила. – Это странно…

– Почему? – выдохнула я.

Наверное, надо было сделать замечание, ведь он без разрешения назвал меня по сокращенному имени, но я растерялась.

– Обычно красота редко сочетается с умом, талантом, умением себя держать, честностью и открытостью, и в то же время с завораживающей таинственностью. У вас есть гордость, но не гордыня, вы одинаково хорошо относитесь и к знатным людям, и к простолюдинам, подчеркиваете, но не выпячиваете свою красоту. Идеальный вкус и сдержанность в одежде и, в то же время, некая эпатажность в том, как вы держитесь – уверено, ровно, естественно, без ужимок, кокетства и ложной скромности. На подобных приемах это выделяет вас из множества других леди…