Случайное наследство леди попаданки (СИ) - Белецкая Наталья - Страница 46

– И шантажировать их? – предположила я.

– Почему нет? Или ты думаешь, что они остановятся на этом?

Нет, я так не думала. Если мы отобьем эту атаку без потерь, Людвиг и Тьнмира придумают что-то еще. Шантаж, конечно, не особенно благородный способ, но действенный. К сожалению, сделать это будет очень непросто.

Полагаю, я не первая задумалась о том, что Людвига и его сестричку можно шантажировать. Уверена, что все тайны семьи дье Эвиль скрыты за семью печатями.

– Не остановятся, – признала я. – Как бы не пришлось отбиваться от их пакостей постоянно.

Марис злобно хохотнул.

– Мне кажется, теперь они сотню раз подумают, прежде чем попытаются еще раз подкупить прессу. Я сделаю так, чтобы всем стало известно о том, что произойдет с продажными гадами, которые понаписали статьи, даже не посетив театр.

– Как это? – не понял Юранс.

– Большая часть этих… – Марис запнулся, словно хотел сказать что-то нецензурное, но потом неприязненно выдал, – писак даже не видели пьесу! Вы не задумывались, почему статьи вышли так быстро?

Кстати, да. Премьера закончилась поздно. Даже позже, чем обычно, потому что антракт растянулся на сорок минут, ведь мы открывали обновленный зал встреч. Принц и Шон ушли сразу после финальной песни. Это было около одиннадцати вечера, а остальные зрители покинули театр примерно в половину двенадцатого.

– Для того, чтобы написать статью, требуется время, а потом ее надо набрать и опубликовать! Успеть к утреннему выпуску, конечно, можно, но при этом надо работать всю ночь, а печатный станок запустить затемно, – продолжал объяснения Марис. – У трети этих, с позволения сказать, издательств даже своего станка нет, они арендуют у других на несколько часов, заранее это согласовав.

– То есть, они еще до премьеры это все написали? – уловил мысль Юранс. – И не видели пьесы! Вот ведь продажные, лживые твари!

– Именно! Только у Ратира – это один из авторов этих статеек – есть указание на то, что в театре был принц. Но даже тут никаких подробностей! А ведь это такое событие, что его вряд ли бы упустили в «Столичном сплетнике» или в «Тайнах Ровенража». То есть, они даже не были на премьере! Кстати, в суде это легко доказать.

– Его высочество сказал, что ему пьеса понравилась, значит, критикуя ее, они так же критикуют и вкус принца, – медленно произнес Юранс. – А это…

– Да! – улыбнулся Марис.

– Они ведь не знали, что он похвалил пьесу… – пробормотала я.

– Какая разница! – махнул рукой журналист. – Если правильно расставить акценты, всю эту историю можно вывернуть вам на пользу. У меня есть знакомые в «Королевском вестнике». Я не гарантирую, что они помогут, но обязательно к ним обращусь.

– О! Это замечательно! – обрадовался Юранс.

«Королевский вестник» – самое престижное издание в столице. Там публиковали исключительно проверенную информацию. И если в «Вестнике» появится хотя бы небольшая заметка о нашей пьесе со словами принца о том, что ему понравилось, то это будет самая мощная реклама!

– Его высочеству достаточно просто показать недовольство вышедшими статьями, и этих надоедливых писак быстренько уволят! – радостно заключил Марис. – Я давно многим из них говорил, что до добра подобная нечистоплотность не доведет!

Сдается мне, что он решил таким образом проредить конкурентов. Заодно и с нас денег стрясти. Ну и пусть! Не жалко. Все же он настоящий профессионал.

– А потом ты хочешь распространить информацию о заказчиках этой травли? – сообразила я.

– Да. Среди своих коллег максимально разъясню ситуацию. Намекну, что у вас с Юрансом влиятельные знакомые. Вон даже принц не остался в стороне. Уверен, что впредь брать заказы от детей Дориана издательства поостерегутся.

Настроение за столом разительно изменилось. Теперь мы знали, что эти писаки получат по заслугам. Даже если Марису не удастся договориться с журналистами из «Королевского вестника», можно подать в суд на издательства. И доказать, что статьи были написаны еще до премьеры.

Военный совет – именно так я назвала наше собрание – закончился после полудня. Марис убежал работать. Он пообещал выпустить статью о новой пьесе сам, и подбить на это других журналистов.

Мы же с Юрансом и Винсом отправились в театр. Успешная премьера – это хорошо, но отдыхать некогда, у нас еще детская постановка на носу.

Актеры, вчера счастливые и воодушевленные, сегодня испытывали отнюдь не радостные эмоции. Кто-то злился, кто-то печально вздыхал. Конечно, они уже прочли о том, что написали в газетах.

Так дело не пойдет. Надо их успокоить и взбодрить.

Моя речь о пользе черного пиара, кажется, даже Юранса убедила. Конечно, таких слов, как «черный пиар» я не использовала, но напирала на то, что известнее всего становятся события, на которые существует, как минимум, две точки зрения. Если еще одновременно подпитывать и одну, и вторую, то каждому захочется посмотреть самому и составить личное впечатление.

– Кстати, готовьтесь к тому, что со следующей недели у нас будут по два вечерних представления, – завершила выступление я.

Мы с Юрансом и с остальными актерами уже обсуждали такую возможность, и решили, что примем решение после премьеры. Если все сложится хорошо, тогда будем играть «Волшебную лампу Аладдина» дважды в день. Если нет – оставим один сеанс.

– Тогда почему люди билеты сдают? – раздался обиженный голос актера, что играл Джафара. – Если дальше так пойдет, мы будем играть в полупустом зале!

Выяснилось, что несколько билетов на представление сдали в кассу обратно. Именно поэтому люди так сильно переживали.

– Потому что пока наша позиция выглядит слабее, но ужа завтра ситуация изменится, поверьте мне!

– Мы с леди Илаидой уже разработали план, чтобы заткнуть рты тем, кто пишет ложь о премьере, – включился Юранс.

– А те люди, что поверили наветам и сдали билеты, потом станут рвать на себе волосы и охотиться за свободными местами, – добавила я.

В общем, нам удалось заразить уверенностью актерскую труппу, и репетиция прошла в приподнятом настроении. Потом я встретилась с художником, который показал эскизы афиш детского спектакля, и с декораторами, заказала новые кресла и не заметила, как день закончился. Если бы не Винсент, который напомнил про обед, я бы вообще забыла поесть.

Глава двадцатая. Содержанка

Перед самым началом вечернего показа в театре появился Шон. Он зашел с черного хода и подошел ко мне сзади, когда я осматривала зал. Ни одного свободного места! Даже сданные билеты на другие дни уже успели продать.

– Ила, – шепотом позвал меня Шон.

– Ты пришел! – тихо воскликнула я, обернувшись к графу. – Спасибо большое за то, что пригласил принца. Это был самый лучший сюрприз!

– Я молчал не потому, что специально так задумал, просто до последнего не был уверен, сможет ли его высочество посетить премьеру или нет.

– Понимаю…

– Не волнуйся насчет тех гадостей, что написали в газетах. Принц прочел пару статей, и в ближайшее время напечатают опровержение.

– Спасибо! Думаю, что этих писак можно будет привлечь к ответственности…

Я пересказала наш с Марисом разговор. Чем больше говорила, тем четче понимала, что если бы не появление принца на премьере, то нам бы пришлось гораздо сложнее.

– Ты останешься до конца спектакля? – поинтересовался Шон.

– Нет, я хотела отправиться домой. Завтра утром рано вставать, нужно много всего сделать.

– Тогда позволь тебя проводить?

Он вдруг взял меня за руку и погладил обратную сторону ладони кончиками пальцев. Мы стояли в темноте, рядом со сценой, за сложенными друг на друга декорациями. Нас никто бы не увидел, даже если бы мы стали тут целоваться.

Наверное, поэтому я не стала выдергивать ладонь из рук Шона, а просто стояла и наслаждалась невинными прикосновениями.

– Ила?

– Хорошо. Поехали вместе. Если честно, я еще не ужинала и буду рада чего-нибудь съесть. Ресторанчик на первом этаже моей гостиницы еще работает.