Двойник короля 14 (СИ) - Скабер Артемий - Страница 51

Третий попытался схватить сзади — обхватил руками за грудь. Я резко откинул голову назад и попал затылком ему в нос. Хруст хрящей, брызги крови, но хватка ослабла. Освободился, развернулся и врезал правой в челюсть. Мужик отлетел к стене.

Четвёртый и пятый действовали слаженно — справа и слева одновременно. Я присел, пропустил удары над головой. Подсечка правой ногой, и один упал. Вскочил, левой рукой блокировал дубинку второго, правой врезал в печень. Охранник согнулся пополам.

Шестой целился из табельного револьвера, но руки тряслись. Стресс, опыта маловато. Рванул к нему, пока тот думал, и сбил прицел ударом в запястье. Оружие полетело в сторону. Я захватил мужика за воротник, ударил коленом в живот. Потом ещё раз. И ещё.

Последний попытался атаковать меня в лоб. Схватил его за плечо, развернул, удар в переносицу основанием ладони. Кровь хлынула рекой. Мужик рухнул, как подкошенный.

Тем временем двое продолжали закрывать выход, словно я планировал сбежать. Охрана действовала на инстинктах, к ним претензий нет.

— Схватить его! — заорал Каменев.

Майор вскочил из-за стола. Лицо его стало красным от возмущения, вены на шее вздулись, глаза налились кровью.

— Ваша честь, гляньте, что происходит! — продолжал орать, тыча пальцем в мою сторону. — Вот он, обвиняемый, во всей красе. Пытается сбежать и нападает на охрану суда.

Я схватил Сюсюкина под мышки — осторожно, чтобы не навредить. Мужик был лёгкий, словно пушинка. И потащил его к нашему столу. Адвокат не сопротивлялся, только застонал, когда я перемещал.

Аккуратно бросил тело на стул. Сюсюкин откинулся на спинку. Глаза его были закрыты, дыхание — поверхностное, но живой.

— Ваша честь! — продолжал орать майор. Голос сорвался на фальцет, истерика нарастала с каждой секундой.

— Да заткнись ты! — рявкнул я.

Каменев аж подпрыгнул. Рот открыл, но слов не нашёл, только хлопал губами, как рыба.

— Балаган! — взвизгнул он наконец. — Немедленно арестовать графа, заключить его под стражу и не разрешать присутствовать на суде.

— Тихо! — вмешался Шереметев.

Граф поднялся с места присяжных. Мужчина лет пятидесяти, с сединой в бороде. Военная выправка, твёрдый взгляд, на груди — ордена за участие в походах. Настоящий вояка.

Присяжный спустился и оказался рядом со мной. Движения его были уверенными, спокойными — никакой паники. Видно, что драки графа не пугают.

Он тут же достал несколько лечилок из внутреннего кармана мундира, протянул мне флакончики и кивнул на Сюсюкина.

— Помогите товарищу, — сказал негромко, но твёрдо.

Я взял зелья и дал их адвокату. Мыслительный процесс не остановился ни на секунду.

Шереметев склонился над Сюсюкиным, проверил пульс, разлепил его веки и оценил глаза. Поморщился и тут же вылил ему в рот содержимое другого флакона. Жидкость голубоватая, с лёгким свечением. Немного, словно это дорогое зелье.

— Ваша честь! — повернулся я к судье. — Требую отмены сегодняшнего заседания!

Мужик в мантии сидел за своим столом, вжавшись в кресло. Лицо бледное, руки дрожат. Молоток выпал и катался по столешнице.

— Что? Немыслимо! Абсурд! — вскочил Каменев.

На его руках вспыхнул огонь. Языки пламени обвили ладони и пальцы. А температура в зале подскочила, воздух задрожал от жара. Идиот попытался меня атаковать — огненный шар полетел в мою сторону. Я увернулся, пригнувшись. Магия прошла мимо и врезалась в стену, штукатурка задымилась.

Зазвенела тревога. Резкий, пронзительный звук наполнил помещение. Красные лампы под потолком замигали. В зал суда вбежала ещё охрана — восемь человек в броне, с щитами и дубинками.

Несколько кристаллов льда впились майору в живот. Моя магия сработала автоматически: холодные осколки пронзили мундир и вошли в тело. Каменев закричал и схватился за раны. Началась свалка.

Я бросился в рукопашную с майором. Мужик корячился на полу, пытаясь вытащить лёд из живота. Подошёл и врезал ему в челюсть. Голова дёрнулась в сторону, Каменев захрипел и затих.

Новая охрана кинулась на меня: четверо с одной стороны, четверо — с другой. Дубинки, щиты, крики команд…

Первый замахнулся сверху. Я уклонился влево, схватил его за запястье. Рывок на себя, колено в рёбра и хруст костей. Мужик согнулся пополам, а я отобрал у него оружие.

Второй полез с щитом наперевес. Я атаковал дубинкой, удар пришёлся в самый угол. Охранник потерял равновесие. Тут же добил его по голове через край шлема.

Третий и четвёртый попытались взять в клещи. Но я отпрыгнул назад, к стене. Дубинка в правой руке, левая свободна. Один кинулся справа — парировал удар, тут же ответный в висок. Мужик рухнул. Второй слева — блок щитом, но я успел нанести удар снизу вверх в подбородок. Нокаут.

Остальные четверо действовали осторожнее. Видели, что товарищи падают один за другим. Выстроились полукругом, не спешили нападать. Но тут в драку вмешались присяжные.

Багратионов — грузный мужчина с густыми усами — напал на одного охранника сзади. Обхватил руками за шею, лишил возможности дышать. Мужик в броне барахтался, но безуспешно. Военный аристократ явно знал, что делает.

Шереметев действовал более изящно. Подошёл к охраннику, который целился в меня из револьвера, одним движением сломал ему руку в запястье. Хруст был слышен на весь зал, и оружие упало. Тут же удар в солнечное сплетение. Мужик в броне согнулся, задыхаясь.

Судья спрятался за своим столом, только макушка виднелась. Он тихо скулил и что-то бормотал под нос. Видимо, молился.

Военные земельные аристократы попытались нас растащить, но не меня с охраной, а охрану от меня. Они явно встали на мою сторону.

— Хватит! — рявкнул Шереметев. — Прекратить это безобразие!

Его голос прогремел, как выстрел из пушки. Все вдруг замерли.

— Мы видели, что произошло, — продолжал он, глядя на остатки охраны. — Граф Магинский хотел помочь своему адвокату, а вы на него напали.

Багратионов кивнул:

— Именно так. Человек просто пытался оказать помощь раненому. А майор начал применять боевую магию в зале суда. Это же грубейшее нарушение!

— Да! — подхватил Нессельроде. — Мы все видели. Каменев атаковал первым.

Охрана переглядывалась. Их было больше, но авторитет военных аристократов действовал подавляюще. Эти люди привыкли командовать и чтобы им подчинялись.

Шереметев подошёл к Каменеву, который корячился на полу. Майор хватался за раны в животе, кровь сочилась между пальцев.

— Живой будет, — констатировал равнодушно присяжный. — Царапины.

Начался процесс приведения в порядок зала. Охранники, которые могли двигаться, вытаскивали тех, кто не мог. Каменева тоже подняли и усадили на стул. Он был бледный, но держится.

Я отпаивал Сюсюкина зельями, которое мне уже дали другие военные земельные аристократы. Адвокат постепенно приходил в себя, цвет лица улучшился. Оглянулся: тревога продолжала орать, никто не смотрит.

Положил руки на юриста, закрыл глаза. Твою мать… У него в голове гематома огромная, и она разорвалась. Кровища давит на мозг. Ещё немного, и он кони двинет. Сука…

Риск? Да. Вариантов? Нет. Оглянулся. Никто так и не смотрит.

Воспользовался моментом и активировал своё лечение седьмого ранга. Магия потекла через руки в тело Сюсюкина. Я чувствовал, как источник истощается, энергия уходила мощным потоком.

Прошёлся по всем основным ранениям адвоката. Сломанные рёбра срастались. Внутренние кровотечения останавливались. Ушибы рассасывались. Главное — гематома в голове, она уменьшалась, кровотечение почти исправил. Пот тёк по моему лбу. Давай! Не вздумай подыхать после всего… Я опустошил источник почти полностью, но результат того стоил.

Шереметев заметил мои манипуляции. Как он оказался рядом? Был же у выхода. Когда я закончил, мужик кивнул с уважением.

— Седьмой ранг? — уточнил он негромко.

— Да.

— Редкость для вашего возраста, — заметил граф. — И потратить столько сил на простого адвоката… Благородно!