Бойфренд для Цесаревны (СИ) - Ростов Олег - Страница 14

26 августа 1917 года, Корнилов выдвинул Керенскому ультиматум:

1) Объявить г. Петроград на военном положении.

2) Передать всю власть — военную и гражданскую — в руки Верховного главнокомандующего.

3) Отставка всех министров, не исключая и министра-председателя и передача временного управления министерств товарищам министров вплоть до образования кабинета Верховным главнокомандующим.

Дочитав до этого, я сначала сидел задумавшись. Что-то было не так. Хотя вроде тоже самое, что и в моей реальности. Сидел вспоминал свой реферат и, наконец, понял, что было не так. В этой реальности Корнилов эти требования выдвинул именно, как ультиматум, а в моей он тоже самое прислал Керенскому, но как предложения. То есть, здесь Корнилов действовал максимально жёстко, последовательно и бескомпромиссно, а в моей реальности он подтормаживал, пытался договорится и лавировал между правыми — то есть, убеждёнными монархистами и сторонниками жёстко диктатуры и между умеренными, то есть либералами. Здесь ничего подобного нет. Мало того, Корнилов хорошо продумал всю операцию по захвату власти в Петрограде и Москве. Эти два города были ключевыми. Особенно Петроград, где находилось Временное правительство во главе с Керенским и Петросовет. В усиление к верным Корнилову войскам на Петроград и Москву выдвинулись два бронепоезда. Один с Западного фронта, под №1, 5-ого Сибирского железнодорожного батальона и бронепоезд № 3 бывшей Собственного Его Императорского Величества железнодорожного полка с Юго-Западного фронта. А так же подошло два бронедивизиона, снятые с фронта, это 1-й дивизион и 5-й, имевший на вооружении пулемётные и пушечные бронеавтомобили. А вот этого в моей реальности не было. Бронепоезд №1 и 5-й бронедивизион были направлены на усиление 7-го Оренбургского казачьего полка, идущего маршем на Москву.

С Керенским случилась истерика. Это было как в моей реальности, так и в этой. Он испугался, что его просто расстреляют. В ночь с 26 на 27 августа 1917 года Керенский отправил телеграмму Корнилову и требованием сложить полномочия Верховного главнокомандующего русской армией и прибыть в Петроград. Такую же телеграмму он послал и генералу Крымову. Корнилов отказался сложить с себя полномочия. Генерал Крымов продолжил движение к Петрограду с верными Корнилову войсками.

28 августа 1917 года Керенский своим указом объявил Корнилова и тех, кто его поддерживает мятежниками и врагами России. Здесь всё развивалось практически так же, как и в моей реальности, с небольшими отклонениями, а именно усиление войск генерала Крымова бронепоездами и бронедивизионами.

Корнилов объявил по армии приказ, не подчиняться распоряжениям Временного правительства, а подчиняться только приказам Верховного главнокомандования. Этого же он потребовал и от гражданских администраций городов и селений. Корнилов объявил, что берёт власть в свои руки, как диктатор, для предотвращения распада и гибели России. Те из военных и гражданских чиновников, кто не подчинится его приказам, будут считаться изменниками Отечества и германскими шпионами, с которыми будут разбираться суды военных трибуналов. Корнилова поддержали командующие всех фронтов. Отказались ему подчиняться команды кораблей балтийского флота стоявшие в Кронштадте, так как были уже сильно распропагандированы и большая часть офицеров либо бежала, либо были убиты. Так же отказались подчиниться и большая часть солдат Петроградского гарнизона.

Тогда же 28 августа 1917 года войска генерала Крымова взяли Лугу, разоружив местный гарнизон. А части Туземной дивизии вошли в прямое боестолкновение у станции Антропшино с частями Петроградского гарнизона.

Керенский готовился к бегству. Но тут к нему обратились советы, которые в большинстве своём контролировались левыми эсерами и большевиками. Они предложили Керенскому помощь. Он её принял. В Петрограде и Москве начали формироваться рабочие отряды Красной Гвардии.

29 августа 1917 года продвижение войск генерала Крымова застопорилось на железнодорожном участке Вырьица-Павловск, где распропагандированные большевиками железнодорожные рабочие разобрали пути… Вот с этого момента и началась развилка. В моей реальности, когда движение застопорилось, в дело включились большевистские и эсеровские агитаторы и пропагандисты. Солдаты, в итоге, сложили оружие представителями Временного правительства. Генерал Крымов отправился на встречу с Керенским в Петроград, где после разговора с ним, вышел и выстрелил себе в грудь. Но сразу себя не убил. Его доставили в госпиталь, где она подвергся оскорблениям и истязаниям младшего медперсонала. Они срывали с него бинты. Генерал несколько раз терял сознание и в конечном итоге умер от отсутствия медицинской помощи. Его просто бросили.

В этой реальности произошло совсем другое. У Крымова был чёткий приказ, всех агитаторов и пропагандистов арестовывать и расстреливать на месте, как агентов германской разведки. Всего было задержано восемь человек, пытавшихся агитировать солдат и казаков. Их всех расстреляли прямо там. Железнодорожникам было предложено восстановить путь в кратчайшие сроки. Сначала они отказались. В результате пятеро рабочих были расстреляны прямо, у железнодорожной насыпи. Остальные решили не испытывать судьбу и восстановили железнодорожное полотно.

31 августа 1917 года войска генерала Крымова ворвались в Петроград, сбив слабые заслоны Петроградского гарнизона. Тем более, Петроградский гарнизон состоял из частей второго эшелона, был сильно распропагандирован революционерами и воевать категорически не хотел и не только за царя, и за временное правительство, но даже за Петросовет. Они стали разбегаться. К тому же, по казармам гарнизона стала бить артиллерия корниловцев и орудия бронепоезда. Отряды Красной гвардии оказали сопротивление, но состояли из рабочих, не подготовленных к ведению боевых действий и плохо вооружённых. Им противостояли ветераны Первой мировой, прошедшие фронт. Результат, Красная гвардия долго не выдержала. Не помогли баррикады на улицах. Их очень быстро разбивали из пулемётов и трёхдюймовых орудий, которые корниловцы подгоняли к баррикадам упряжками, разворачивали и сносили парой выстрелов. В городе началась резня. Петросовет был полностью разгромлен. Трупы лежали на улицах, в зданиях, куда врывались солдаты и казаки. Временное правительство разбежалось. Половина министров сумела скрыться, половину поймали и кого расстреляли сразу, кого повесили, а кого изрубили шашками разъярённые казаки. Керенскому удалось бежать. Как и в моей реальности, он бежал, переодевшись в женское платье. Только у нас это случилось позже в конце октября и бежал он от большевиков, здесь бежал от Корнилова и в конце августа.

Ленину тоже удалось скрыться. Только укрывался он не в шалаше в разливе, а в другом месте. Были запрещены все политические партии кроме монархистов. Запрещены любые сборища, шествия, стачки и забастовки. За нарушение этого положения, наказание было одно — расстрел. Революционеров и агитаторов вылавливали и вешали целыми гроздьями на фонарных столбах. Начиналась время террора.

7-ой оренбургский казачий полк при поддержке бронепоезда и бронедивизиона так же сумел ворваться в Москву. Часть московского гарнизона, а так же юнкера и кадеты, которых вооружили их командиры вскрыв оружейки поддержали казаков. Несколько дней шли уличные бои корниловцев с отрядами Красной гвардии и революционными солдатами некоторых частей московского гарнизона. Бои сопровождались особой жестокостью. Никто никого не щадил и в плен не брал. Вскоре к Москве подошли ещё два казачьих полка. После этого, часть отрядов Красной гвардии и революционных солдат заперлись в Кремле. Корниловцы начали обстрел Кремля из артиллерии. И вскоре туда ворвались солдаты, юнкера и казаки. По окончанию боёв, в Кремле всё было залито кровью и лежали горы трупов. Раненые были только среди корниловцев. Среди их противников раненых не было. Их просто добивали на месте. Москва так же покрылась виселицами. Я рассматривал старые фотографии тех лет, смотрел хронику. Это было жуткое зрелище.